Супермен должен умереть - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Я думаю, что ты можешь нарушить статус-кво, — сказал Стилет. — То есть, совсем необязательно, что ты его нарушишь, но шансы есть. И я готов на это поставить.

— А мое мнение, как обычно, несущественно?

— Именно так, — заверил он меня. — У тебя просто нет достаточной информации, чтобы это мнение сформулировать. Поэтому сейчас порешаю я, а дальше можешь выплывать, как хочешь.

И он снова поднял меч.

Двадцать первый век, подумал я. У нас есть высокоточное оружие, при помощи которого можно прихлопнуть жужжащего на другом континенте комара, и ядерные ракеты с бесконечным запасом хода (это если нам по телевизору не врут, конечно), а глава преступного мира Москвы собирается проткнуть меня долбанным мечом. Наверное, в этом была какая-то ирония, но тогда я ее не заметил.

Честно говоря, страшно было до чертиков. Это я вам сейчас все так спокойно рассказываю, а в том ангаре меня трясло не по-детски, и холодный пот градом по спине, и мурашки, и сердце в пятках и вообще вот это вот все.

Потому что даже если среди них есть настоящий целитель, который потом все вылечит, смерть от болевого шока в процессе еще никто не отменял.

— А мне никакое обезболивающее не положено? — поинтересовался я без особой надежды.

— Тут только полный наркоз мог бы помочь, — подала голос женщина-целительница.

— И то не факт, что, — добавил мужчина-пироманьяк.

— Так что будем делать все натурально, — подытожил Стилет.

Он одним рывком одолел разделяющее нас расстояние, и я даже дернуться не успел, как он загнал свою железяку мне в живот.

Сначала я просто ощутил толчок, потом что-то чужеродное противно проскрежетало по нижним ребрам, и в следующий миг пришла боль. Такая, словно мне расплавленный свинец в живот залили. Я чего-то прохрипел и начал заваливаться на пол, Стилет предупредительно вытащил из меня меч и отбросил его в сторону. Как я заметил, обратно в арматурину он так и не превратился.

— Перестарался, — заметил Стилет.

— Да ты его насквозь проткнул, — сказал пироманьяк. — Там сантиметров двадцать из спины торчало.

Я к этому времени уже валялся на грязном полу и рассматривал багровый туман, плавающий перед глазами. Мозг отдал рукам команду зажать рану на животе, но руки уже не слушались или им просто не хватало сил. Сознание подернулось дымкой, зато и боль чуть отступила.

— Он сейчас выключится, — сказала женщина. — Чего ты ждешь?

Через багровый туман ко мне шагнула фигура пироманьяка. Он чем-то щелкнул, и та боль, что была до этого, оказалась лишь легким зудом. Кажется, я орал, но за это не поручусь.

* * *

В себя я пришел на том же полу, только он стал еще грязнее.

Как и обещали, у меня ничего не болело. Только слабость была страшная, одежда испорчена в хлам, настроение не на нуле, а в отрицательных значениях, и вдобавок меня стошнило, когда я понял, что в качестве источника запаха горелого мяса, висевшего в ангаре, выступал ваш покорный слуга.

— Двенадцать минут, — констатировал Стилет, глядя на часы. Нет, он все-таки еще и пижон. Ну кто в наше время наручные часы носит? — Как чувствуешь себя?

— Не ощущаю я потоков силы, учитель Йода, — с большим трудом я перевернулся на бок, встал на четвереньки и отполз подальше от омерзительной лужи, в которой лежал.

— Мне нравится этот парень, — хохотнул пироманьяк. — Десять минут назад орал, как зарезанная свинья, а теперь уже ничего, шутить пытается.

— Это он не шутит, это у него защитные механизмы включились, — сказала целительница.

— Вовсе нет, — прохрипел я. — Просто в детстве я потерялся в цирке и до совершеннолетия меня воспитывали клоуны.

— Ладно, — сказал Стилет. — Полагаю, на этом мы и закончим.

— А поцеловать? — не удержался я.

— Нацеловались уже, — сказал Стилет. — Мы сейчас отсюда уйдем, а ты полежи. Как наберешься сил, доползешь до своего рюкзака, мы твою мобилу туда положили. Звони, кому хочешь. Хоть в скорую, хоть в полицию, хоть самому Безопаснику лично.

Я добрался до паллеты с консервами и уселся, навалившись спиной на коробки. Мой рюкзак валялся у самого выхода, метрах в пятнадцати от меня. Думаю, к следующему году я до него доползу.

— Все, уходим, — сказал Стилет.

Владимир, или второй парень, имя которого они не называли, я их лиц не запоминал, открыл дверь в ангар и в тот же миг его голова взорвалась. Мне с моей наблюдательной позиции показалось именно так, хотя чуть позже я выяснил, что подобный эффект оказывает выпущенная в упор пуля из «дезерт игла», брат-близнец которого до сих пор валялся в моем рюкзаке.

И не успели оставшиеся в живых удивиться этому странному происшествию, как в ангар вошел Безопасник.

Но если вы думаете, что эта история о том, как молодой человек воспылал дружескими чувствами к отважному супергерою, который явился, чтобы в одиночку расправиться с его обидчиками, то черта с два вы угадали.

Это совсем не такая история.

Глава 5

Как любил говорить один мой знакомый, я, конечно, идиот, но не до такой же степени.

Когда в ангар вошел Безопасник, картинка в моей голове полностью сложилась. Может быть, будь на моем месте более проницательный человек, он сообразил бы и раньше, но я готов себя простить.

Во-первых, потому что это я, и себе я готов простить почти все.

А во-вторых, потому что меня похитили, проткнули ржавой железкой, чуть не поджарили и в целом обращались не очень хорошо, и я вполне имел право протормозить.

Безопасник, тем временем, не терял времени даром. Вторую пулю он всадил в грудь пироманьяка, и того отбросило на ящики с тушенкой. Второй из притащивших меня сюда парней (а может это и был Владимир, но какая уже разница?) выхватил свой пистолет и выстрелил в Безопасника, и, по-моему, даже попал, только Безопаснику это никак не повредило. Он даже не пошатнулся, когда его защитное поле остановило пулю.

Не обращая внимания на Владимира (или второго парня) Безопасник выстрелил в целительницу и снова попал. Она как раз развернулась и попыталась скрыться в проходе между паллетами, когда пуля угодила ей в спину и… Ну, словом, здоровья это ей не прибавило.

Следующие несколько выстрелов предназначались режиссеру-постановщику недавнего фильма ужасов со мной в главной роли, однако Стилет оказался тем парнем, которого так просто не застрелить. Он и пальцем не шелохнул, но пули изменили траекторию полета и улетели в потолок.

Стилет разительно переменился. Плащ упал на пол, и оказалось, что под ним глава преступного мира закован