Мера один (СИ) - Изотов Александр

Серые Волки — это не Скорпионы и не Кабаны. И уж подавно не Белые Волки. Там, на окраинах, судя по всему, звериная мелочь. А сейчас я увидел реальных суперменов.

Скрипнула дверь и в щель просунулась белобрысая голова.

— Проснулся? — улыбнулась Устрица и окинула меня взглядом.

Я даже смутился — она будто раздела меня мысленно. Девушка осторожно подошла и коснулась груди.

— Не болит?

Я помотал головой.

— А это я тебя перевязывала, — Устрица игривым взглядом посмотрела вниз, — А ты и вправду симпатичный! Везде…

Выдавив из себя улыбку, я сказал:

— Спасибо.

— За симпатичного? — первушка стала наматывать локон на палец.

— За то, что позаботилась, — ответил я и поджал губы.

Устрица прошлась по комнате, заглянула в маленькое окошко. Она была миниатюрной, фигуру облегало приталенное белое платье из простой ткани. Казалось, что она даже слегка выгибается передо мной.

Я понимал, что со мной самым незатейливым образом флиртуют, но сейчас меня волновали совсем другие вещи.

— Трутень был такой веселый, — сказала Устрица, — Мне так его не хватает.

— А Трутень… Это…

— Это перваш, который жил здесь до тебя, — сказала она, а потом, поджав губы, уставилась на кровать, — И спал он на этом лежаке…

Ее взгляд говорил о многом, я сразу понял, что Трутень спал на этом лежаке частенько не один.

— Знаешь, мы с Трутнем очень дружили, — осторожно сказала белобрысая, подошла, и коснулась пальцем моей груди, — Я понимала, что он рано или поздно умрет…

— Трутень был прималом?

— Да.

— А кто это? — спросил я, и сразу наткнулся на удивленный взгляд.

— Кто, Трутень?

— Примал.

— Ты не знаешь?!?

Я покачал головой.

— Но ты же так сражался там, во дворе! Хозяйка была так довольна!

Усмехнувшись, я похлопал себя по повязке:

— Что-то я не заметил.

— Когда Трутень взял пятую ступень, хозяйка тоже была довольна.

— Пятую? — переспросил я.

— Да, — Устрица так и трогала ворот моей рубахи, — Прималы сражаются, когда хозяева скажут. Хороших прималов ждут в столице, чтобы усладить взор великого приора.

Я вздохнул. В принципе, я и так подозревал, что это что-то вроде гладиаторов. Только смысла в этом я не видел. Это немного не вписывалось в систему, которую я для себя выстроил.

Я давно понял, что в Инфериоре выше всего — человек, третья мера, и его я еще не встречал.

Ниже находится зверь.

Еще ниже — стихийник, первая мера. Так сказать, полезный слуга, обладающий первичной магией.

И на самом дне — ноль. Самая слабая и примитивная рабочая единица, жизнь которого в Инфериоре не стоила ничего.

— А… зачем примал госпоже? — спросил я.

— Как же, — удивилась Устрица и хихикнула, — Ты и правда такая деревенщина? Я слышала, что ты с самых окраин.

— Ну, да, я крестьянин с деревни Зеленых Скорпионов, — сказал я.

И тут белобрысая произнесла то, что окончательно выбило почву у меня из-под ног:

— Никогда не слышала, — она хихикнула, — Там много деревень.

До меня потихоньку стало доходить, что знакомство с Нулевым миром я начал в реальной глуши.

— Но… как же? — прошептал я, — А про Желтых Скорпионов ты слышала?

— Неа, — девушка мотнула головой, — Я плохо знаю, что вокруг Вольфграда.

— Вольфград?

— Ну да, это наш город.

Я подумал, что не стоило многого ждать от служанки. Разве она может обладать обширными знаниями? Ну, как говорится, ее мера маленькая. Служит Волчице, тому и рада.

Устрица оглянулась на дверь, а потом приблизилась и прошептала:

— Прималы бьются за честь клана. Они сильные первушники.

Я тряхнул головой.

— Какого клана? Серых Волков?

Она засмеялась, а потом поманила пальцем, чтобы я склонился. Притянувшись губами ближе к моему уху, она зашептала:

— Великий приор Зигфрид запретил зверям убивать друг друга, если они не нарушают закон. В стае Серых несколько кланов, это наследники одного из великих родов Диких Волков.

— То есть, у Серых Волков нет главного?

— Конечно, есть, — девушка испуганно оглянулась на дверь, а потом хихикнула, — Это в вашей глуши, наверное, уже и не осталось вожаков. Стаей Серых Волков правит великий мастер Альфа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вот так и зовут — Альфа? — удивленно спросил я, вспомнив, что на Земле в стаях волков главный вожак тоже обязательно альфа-самец.

— Зовут его господин Рагнар, он стал Альфой совсем недавно, — она коснулась пальцем кожи на моей шее, — Ты его еще увидишь.

— Почему?

— Прималы часто бьются перед Альфой, — прошептала Устрица, — Таков закон, кланам нельзя воевать друг с другом.

— А, то есть, мне придется защищать честь твоей хозяйки?

Белобрысая опять испуганно оглянулась на дверь, а потом сказала:

— Госпожа и твоя хозяйка тоже! Да, ты будешь защищать…

Тут с улицы донесся знакомый и ненавистный мне голос:

— Устрица!

— Ой, — белобрысая метнулась к двери.

— Стой, — я протянул руку, — Слушай, у меня на груди…

Но Устрица уже выскочила за дверь.

— Да, госпожа Хильда, — послышался ее голос.

— Там Спика проснулся?

Я, не дожидаясь, пока меня позовут, вышел сам. Солнце было уже довольно высоко, и я зажмурился с непривычки.

— А, первота, вот и ты, — Хильда отошла от двери дома и отвесила подзатыльник подскочившей Устрице, — Быстро принеси пожрать нашему новому прималу.

— Да… госпожа…

Первушка чуть не ударилась в слезы, но кивнула и исчезла в доме. Я поморщился, наблюдая эту сцену. Непроизвольно я посмотрел в сторону манекенов… и замер. Пальцы сами собой задергались, перехватывая невидимое древко.

Вдоль стены стояло несколько новых копий. Меня охватили и радость, и страх одновременно. Волчица совершенно меня не боялась, даже зная о моих способностях.

Рядом с площадкой в стене сарая красовалась нехилая вмятина. Будто тараном долбанули, чуть не пробив стену. Пара кирпичей все-таки вывалились, их обломки валялись рядом.

До меня не сразу дошло, что это меня впечатали в стену. Я рефлекторно коснулся груди, ребра едва не заныли от фантомной боли.

— Я вижу, ты вполне оклемался, — Хильда подошла, схватила меня за плечи и стала разворачивать, осматривая.

— Да, — ответил я.

Резкий удар в живот согнул меня пополам.

— За каждое забытое «госпожа» я буду ломать тебе по ребру, — послышалось у меня над ухом, — За каждый вызов лекаря я должна платить! И за каждый ден ломать по пальцу! А это значит, первота, что я буду недовольна.

Ее пальцы, словно стальные гвозди, впились в плечо, и меня рывком подняли. Я выпрямился и упрямо поджал губы.

— Тебе ясно, первушник?

— Да, госпожа, — процедил я сквозь зубы, — Ясно.

— Хорошо, — она указала пальцем на вмятину в стене, — А теперь почини вот это!

Я удивленно уставился на стену, а потом на свои руки. Волчица недовольно проворчала:

— Мне твои ребра обошлись в три дена, так что тебе лучше поторопиться.

В этот момент в ворота постучали, и Хильда нетерпеливо крикнула:

— Кого там принесло?

— Мастер, это Скегги, — послышался приглушенный ответ.

Волчица оглянулась, но из дома уже выскочила Устрица и со всех ног понеслась к воротам. Она торопливо вытянула засов и открыла створку.

В проеме показался огромный воин, за спиной у него висел большой двуручный топор, еще пара поменьше висела на поясе. В остальном он выглядел, как большинство Серых Волков: шлем с хвостом, кожаные доспехи с железными вставками, измазанное краской лицо.

— Мастер, — коротко кивнул воин, приветствуя Хильду.

Тут он, наклонившись, ласково шлепнул ниже спины не успевшую отскочить Устрицу. Та взвизгнула и унеслась в дом.

— Скегги, — поморщилась Волчица, — Сколько раз тебе говорить — не трогай моих служанок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Виноват, мастер, — осклабился тот, хотя по его виду было понятно, что таковым он себя не чувствует.

— Ну, вы были в деревне Белых?

— Да, — кивнул тот, — Вот только оттуда…