Полковник - Евгений Борисович Коваленко

разрывом в один час, в аэропорт Душанбе, сели шестнадцать грузо — транспортных ИЛ 76 которые выгрузили сотню морпехов с Дальнего Востока из несчастной 55 дивизии морской пехоты. Именно в 1993 году эту дивизию практически зарезали. Дикие сокращения, тупые реформирования и слияния, задержка зарплат на полгода, северный завоз был сорван на девяносто процентов. Тупо нечего жрать и тупо нечем обогреваться. А ведь дети и женщины! Вот генерал и свел меня с майором ….. Пока без фамилий и будет он просто Комбат! Ну и далее все по старой схеме через Лоцмана. БРДМ, БМП, два танка Т — 72, три Тунгуски, и четыре Шилки, ну и гора стрелковки. Механики водители и экипажи, и как вишенка на тортик два взвода профессионалов высшей пробы из 263 разведывательно — диверсионного батальона все той же 55 дивизии. Прибыл я конечно ого го как громко и охренеть как шикарно. И чего же мне надо в Таджикистане? Ну во первых. Встретится с дервишем, и это самое главное. И второе. Мне нужно быстро провести дерьмократические выборы и заиметь в этой стране легитимную власть. Зачем? А кто будет заказывать бронепоезд и оружие из России? Правильно. Нужен Президент и нужно правительство с парламентом. Таковы правила игры. Будем соблюдать видимость дерьмократиии и для пущей важности, даже оппозицию заведем. Ручную конечно, а я им даже газету подарю. Все как у людей будет, хрен кто оспорит, и никто не скажет что Таджикистан это не государство. Это государство! И мне предстоит много работы, что бы оно стало легитимным для всего мира.

Глава двадцатая. Награждение непричастных и наказание невиновных

— Не всегда следует слушать мнение большинства.

— Это еще почему?!

— Потому что даже миллиард мух, не убедят меня, что говно — это вкусно.

Массы никогда не знали жажды истины. Им подавай иллюзии. Без иллюзий, массы не видят смысла своего существования.

Зигмунд Фрейд.

Главное — не перейти улицу на тот свет.

Жванецкий.

Высадку планировал конечно же не я. Комбат имел реальный боевой опыт в Анголе и поэтому быстро перехватил у меня командование операцией. Первым садился борт с Тунгусской, машиной энергообеспечения комплекса и сорок бойцов плюсом шли два японца выделенные мне Мьенаем Киетой. Нахрена японцы? Два инженера с отменной военной подготовкой будут разворачивать станцию спутниковой связи. А как же?! Связь это нерв войны и пучок нервов в мирные дни.

На мои вопросы Комбат жестко ответил.

— Саня. Самое главное это прикрыть заходящие на посадку борта.

— А этот, первый?

— А это смертники. Тут уж как повезет.

О как. Я заткнулся и более не лез в обеспечение, планирование и тем более командование операцией. Есть профессионалы и мне было указано мое место. Обиделся ли я? Я похож на идиота? Да и не до обид было, у меня своих дел было выше крыши. Мне колониями нанодроидов надо рулить и делать это без связи. Само понятно, что первый борт принял не только технику и людей, первый борт привез пятьдесят жирных и откормленных колоний и два контроллера в виде двух кошек.

Первый борт сел, выгрузил технику и людей. Бойцы тут же взяли под контроль технику, стоящий самолет и небо. Да. У каждого бойца по одной Игле и плюсом на всю группу девять пулеметов и три автоматических гранатомета Василек. В случае чего, причешут так, что мало не покажется. Второй борт притащил связистов, РРС, мощную радиостанцию и свой генератор. Развернули связь и дали канал на штаб 201 первой дивизии. Пока принимали и разгружали второй борт, экипаж Тунгусски дал связь с диспетчером аэропорта, и включил радары. Ага. Их там два. Один для неба другой по наземным целям. Получив телетайп, Комбат облегченно выдохнул и заявил, что САМАЯ опасная часть операции выполнена.

— Все Саня! Небо над Душанбе наше. Купол в сорок километров под нашим контролем.

— Можем лететь?

Комбат хмыкнул.

— Неа. Твой борт самым последним пойдет.

— Нее, не! Я там нужен!

Возмутился я.

— Нехер делать! Там стреляют и убивают! Все наличные силы на боевые посты и только потом гражданские!

Отрезал Комбат. Писец какой то! Он чего, он решил что продавил меня?! Да охренеть!! Я с легкой улыбочкой кивнул, потом взял трубку телефона и набрал давно известный мне номер. Номер коммерческого отдела аэропорта Шереметьева. Набрал и перевел аппарат в режим громкой связи.

— Добрый день Игорь Валентинович.

— Ооооо! Какие люди?! Александр Петрович!

— Узнали?

— Еще бы. Такие голоса стоят миллионы долларов.

— Благодарю, и я по делу.

— Слушаю.

— Можно борт организовать?

— Когда, куда?

— Душанбе, в течении пары часов.

— Ебст! Сам понял чего просишь?

— Да понимаю я! Коридоры, уведомления, ПВО. Вопрос в другом. СКОЛЬКО?

Человек выдохнул воздух.

— Пфрр. Ну мля!

Подумал секунд двадцать и ответил.

— Сделаем. Пятьсот тысяч налом, и гарантированная заправка в тех ипенях.

— Секунду.

Я удерживая руку с трубкой с вопросом уставился на Комбата. Мужик набычился, погонял желваки и осадил назад.

— Ладно. Летишь четвертым бортом.

Мило улыбнувшись, я опять вернулся к трубке.

— Игорь Валентинович. Огромная вам благодарность, но пока отбой. За беспокойство, лично вам премия.

Диктую номер Шульца и продолжаю разговор.

— Это представительство Сименс. Можете забрать деньгами, можете забрать новеньким Мерседесом. Герра Шульца я наберу прямо сейчас.

Выслушав благодарности, я вежливо свернул разговор. Вот так. И никак по другому. Этих крутых вояк надо держать на коротком поводке. А после такого разговора Комбат еще и виноватым себя ощущает. Один пустой звонок обошелся мне в Мерседес. Вот и пускай. Вот и отлично. А теперь, необходимо объяснить свои действия. Комбат просто обязан быть в курсе моей миссии и внутри себя простить мои наглые действия. Психология. Мать ее рефлексы!

Положив трубку после разговора с Шульцем, я улыбнулся.

— Товарищ майор. Постараюсь объяснить свои действия, а вы постарайтесь понять.

— Нннуу.

Буркнул Комбат.

— В Душанбе меня ждут. Не кто то конкретно, меня ждет весь народ.

— Народ значит? Все девять миллионов.

Ехидно высказался Комбат.

— Да. И еще пятнадцать миллионов таджиков за речкой. И эти тоже ждут и ждут они конкретно меня. Так что, за Речку, мы тоже прогуляемся.

— Ты совсем ипанулся?!

Комбат пристукнул ладонью по столешне. Я только кивнул и вытащил пару листков с синопсисом Легенды.

— Прочтите это. И еще. Там фигурирует некий герой по имени Рустам. Все таджики уверены, что я его приемный сын.

Видя как расширяются глаза у офицера, я махнул ладонью.

— Все вопросы потом. Пока внимательно читайте очень древнюю Легенду. Она писана во времена Авесты и