Вик Разрушитель #4 - Валерий Михайлович Гуминский

Я на всякий случай проверил шкалу зарядки аккумуляторов — Зворыкин поставил мне новые — и коротко ответил, что готов. Правда, легкий червячок сомнения копошился в голове, отвлекая от предстоящего боя. Не поспешил ли я, решив провести замену откалиброванных и проверенных батарей?

Но в то же мгновение мне стало не до этого. Судья махнул желтым флажком, и все пришло в движение. Я заметил, как Муратов мгновенно взмыл вверх и намеревался, видимо, сразу же обрушить на меня «воздушный кулак» — спрессованные в несколько кубометров плотный покров воздушных масс. Лида, оказавшаяся на его пути, сразу же навязала бой, чтобы у соперника больше не возникало подобных мыслей.

Бахметев не стал сближаться со мной. Он вообще не двинулся с места, решив обрушить подо мной землю. Я почувствовал колебания почвы и нарастающую дрожь. Тонкие струйки земли стали стягиваться в одну точку, словно в гигантскую воронку. А на ее дне стоял я, которому грозило быть засыпанным тоннами песка и гравия. Причем, действие магии ощущалось как-то… опосредованно, что ли. Она как бы и была, и в то же время ее не было. На пассивную технику не похоже.

Привычная тяжесть в ушах, когда взмываешь вверх — и сразу же хрустальный перезвон, ломающий всю магию противника. Хм, интересный прием: окружить меня нейтральной завесой и давить извне. Кто же такой умный сообразил, как нужно действовать против антимага? Откуда казанцам про меня известно? Вернее, могли они узнать о моих способностях из каких-то посторонних источников?

Я своими действиями не допустил оседания почвы, разорвав завесу и уничтожив конструкты. Приземлившись на ноги, использовал технику «закрытой руки», ударив кулаком по земле. Закаченная в него энергия из ядра создала эффект удара небесного камня о землю, только в уменьшенном масштабе. Невидимая гигантская рука встряхнула ристалище, и Бахметев едва устоял на ногах. Он стал поспешно накачивать в защитный доспех Силу, словно готовился к моей атаке, и заодно создавал магоформы в виде песчаных змей, пытавшихся обвить мои ноги, но бессильно осыпавшихся мириадами песчинок по щиткам бронекостюма.

Бедолага Бахметев был шокирован тем, что его противник действовал без стихийного доспеха, но в то же время оставаясь невредимым, успешно отражая все атаки. Пока он в ошеломлении, подбегаю к нему, перепрыгивая через возводимые фортификации в виде хаотичного нагромождения бастионов и лопающейся под ногами земли. Вернее, пытающейся противодействовать. Конструкты, слетавшие с пальцев Бахметева, опадали как желтые листья с деревьев, не причиняя мне большого вреда.

Удар открытой ладонью, хук справа — и доспех сползает линялой змеиной кожей. Бахметев беззащитен и обездвижен. Его интегратор гаснет, уходя в долгую перезагрузку. Сам же казанец застыл соляным столбом как его предыдущий напарник — Дивеев.

— Иду к тебе! — говорю в микрофон и на тяге взмываю вверх. Желудок отреагировал с возмущением, но я с усилием уговариваю его не бушевать.

— Заходи со спины! — выкрикнула Лида и добавила такую фразу, что услышь ее цесаревич, с удовольствием бы вытянул дочку по мягкому симпатичному месту кожаным ремнем. Неужели проблемы с Муратовым нарисовались?

Бой на десятиметровой высоте к восторгу трибун, принимал затяжной оборот. Все эти кульбиты, магические конструкты в виде огненных змей, серебристо-блеклых серпов и дисков могли тешить публику, но не меня. Покойный Сидор постоянно вбивал в мою голову одну мысль: бой нельзя затягивать. Единственное исключение, если он исключительно для развлечения высокородных. Вот в этом случае можно и покуражиться. Но сейчас-то не развлекаемся, а боремся за кубок! И перед нами стояла важнейшая задача-минимум: обеспечить себе общую победу над главным фаворитом турнира и войти в полуфинал. Значит, только быстрая атака и победа.

Лида не стала скрываться под стихийным доспехом, перенаправляя всю энергию в атакующие конструкты. Муратов вертелся как уж на сковородке, но отвечал достойно. Можно сказать, у них был паритет.

Я по широкой дуге обогнул дерущихся, показывая свои намерения казанскому княжичу. Все-таки это не настоящий бой, и неожиданное нападение со спины будут трактовать как подлый трюк. Ну и зачем мне это? Зато теперь Муратов видит, что он остался один, и на него сейчас будут давить с двух сторон.

Княжич извернулся в воздухе и послал в меня кучу едва видимых лезвий и дисков. Силен, однако! Успевает доспех держать и одновременно атаковать на два фронта.

Делаю вид, что небрежно отбиваю конструкты, рассыпающиеся на глазах деморализованного противника. Мне нельзя блокировать интегратор княжича, иначе грохнется на землю и переломает себе кости. Так-то допустимо, и нарушением подобный трюк считаться не будет. Но… опять же некоторые условности сдерживают мой порыв.

Я перевожу потоки энергии лишь в одну точку, захожу сбоку и толкаю перед собой упругий, насыщенный разнообразными флуктуациями воздух и сбиваю княжича с траектории. Вся защита оказалась сметена моим комбинированным ударом, отчего наш противник резко дернулся в сторону и опасно кувыркнулся. Интегратор, поддерживающий магические потоки в контуре, позволил ему удержаться в воздухе, но вот от сокрушающих ударов моей напарницы не выдержал, стал уходить вниз, к земле.

Здесь я его и поймал с чистым сердцем. Мне было достаточно снизиться и захватить в поле действия антимагии его магическую плату.

Муратов немного не дотянул до поверхности на остатках магии. С грохотом упавшего пустого ведра он прокатился кубарем, поднимая тучи пыли и песка. И застрял в воронке, оставшейся после моего удара. Н-да, нехорошо получилось. Трибуны, наверное, ржут сейчас.

Красный флажок заметался над головой судьи. Все, мы победили и во втором бою. Казанцы повержены и не страшны более. Не думаю, что с новгородцами у нас возникнут проблемы. Я очень зол на их наемников-скаутов, пытавшихся повлиять на результат вне поля.

Рядом со мной приземлилась Лидия и с пыхтением скинула шлем. Я последовал ее примеру, подставляя разгоряченное лицо прохладному ветерку. Защитные панели уже отключили, стало легче.

В воронке тяжело ворочался Муратов, похожий сейчас на несчастную черепаху, перевернутую на свой панцирь. Я протянул руку и помог княжичу подняться. Парень раздраженным движением стянул шлем, поглядел на меня черными как ночь глазами, потом хмыкнул:

— А я думал, Аким приукрашивает твои способности. Лихо ты меня ссадил, Андрей Георгиевич. Лидия Юрьевна, кажется, в вашей команде появился сильный боец.

— Без обид, Алексей Якимович? — я кивнул на воронку.

— Да какие обиды? — усмехнулся Муратов, тщательно скрывая разочарование проигранным боем. — Все по правилам. И спасибо, что не ударил со спины.

А ведь заметил, шельма!

Подошел Бахметев, смущенный тем, что не помог напарнику. Мы пожали друг другу руки и под аплодисменты стадиона скрылись в тоннеле. Все, моя