Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

— Уже пять лет я работаю на Боспера, и, как видишь, всё ещё жив.

— Не забывай, что я хрупкая беззащитная девушка. Мне позволено бояться, даже если эти страхи надуманны! — наигранно капризно ответила девушка.

Я вновь обнял Джулию и поцеловал в щёку.

— Да, милая, ты, конечно, права.

Не вырываясь из объятий и глядя мне прямо в глаза, Джулия продолжила:

— К чёрту лес! У меня есть идея получше. Сегодня вечером, закрыв лавку пораньше, отец уезжает в поместье Онаров заключить новый контракт на поставки. Онар — неуступчивый скупердяй, и будет торговаться до последнего медяка. Дело быстро не решится, отец останется там ночевать, чтобы попытать счастья с утра. Но это не важно. До завтра дом будет в моём полном распоряжении, даже лавку он велел мне отпирать самой.

Мысли спутались, я не верил своим ушам. Предложение было совершенно очевидным и настолько заманчивым, что я просто не мог отказаться. С другой стороны, порядочной девушке не пристало приглашать на ночь мужчину — нужно выходить замуж. Увидев моё замешательство, Джулия недовольно произнесла:

— Ты так таращишься, будто я зову тебя в логово мракориса! Впрочем, думай сам.

Она высвободилась из моих рук и показательно резко пошла прочь. Я остался стоять во дворе, расстроенный своей нерешительностью, успев лишь выкрикнуть ей вослед:

— Я приду!

Остаток дня я не мог думать ни о чём, кроме предстоящего вечера. Мне не терпелось испытать на себе гостеприимство Джулии. Всё происходило слишком быстро, нашим отношениям была всего неделя, и они до сегодняшнего дня ограничивались лишь тайными свиданиями на заднем дворе. Я был неопытен и не знал, как вести себя. Дочь мясника была на пару лет старше, и, судя по всему, уже бывала с мужчиной — целомудренная девушка вряд ли позволила бы себе такое вольное поведение. Впрочем, я отгонял порочащие её предположения — рано было судить, вечером я планировал узнать всё наверняка. В моём воображении Джулия была едва ли не ангелом небесным, образцом красоты, чистоты и добродетели. Моё естество сопротивлялось и отказывалось думать плохо о возлюбленной. Сидя недавно в кабаке Кардифа, я краем уха уловил беседу двух посетителей. Один из них хвастался своими любовными похождениями, то и дело, упоминая имя Джулия. Я уже было порывался пойти поговорить с ним поподробнее, и, возможно, научить вруна хорошим манерам, однако сдержался, вовремя сообразив, что на белом свете полно девушек с таким именем, и, должно быть, хвастун имеет в виду совсем не мою возлюбленную.

Я сомневался, будет ли прилично прийти, не ударю ли я в грязь лицом, и не навлеку ли беду на Джулию. В конце концов, порывы молодости восторжествовали и, когда Фернандо миновал ворота города, я уже стоял на пороге его дома с букетом свежих полевых цветов. Я постучал в запертую дверь и весь напрягся от волнения. На верхнем этаже послышалось шевеление, и прикрывающие окошко шторы едва заметно дёрнулись. Через минуту, показавшейся мне вечностью, заскрежетал засов и дверь распахнулась.

Джулия была, как всегда, прекрасна. Взяв протянутый букет, она улыбнулась своей широкой обворожительной улыбкой, схватила меня за рукав, увлекла внутрь и захлопнула дверь. Слова были не нужны. Путь на второй этаж оказался долог, постоянно прерывался поцелуями, ласками и объятьями. Разгорячённая Джулия, всё же смогла дотащить меня до кровати, которая после жёсткой деревянной лестницы показалась раем небесным. На следующие несколько часов мы забылись, наслаждаясь друг другом. Джулия оказалась куда опытней и уверенней меня — порой её забавляла моя неуклюжесть, и она звонко смеялась, этим лишь сильнее разжигая моё желание.

Я покинул дом мясника только утром — раньше у меня просто не хватило сил расстаться с любимой. Новый опыт пьянил, но в то же время заставлял задуматься о будущем. Я был увлечён Джулией, будто мальчишка, каковым тогда и являлся. Мне казалось, что и она любит меня.

Последующие воспоминания оказалось тяжело переживать вновь, даже зная, что всё уже давно в прошлом. Всегда трудно признавать свою наивность и глупость, но иначе моё дальнейшее поведение и не назовёшь: вдохновлённый бурной ночью, переполняемый чувствами юнец решил жениться. На моё счастье, утром я перекинулся парой слов с Бартоком, который тогда ещё жил вместе со мной в большом и просторном доме Боспера. Хотя он был мне, как старший брат, мы не были с ним близки, так что он даже не знал о моём любовном увлечении, но мне было просто необходимо с кем-то поделиться наболевшим. Вместо ответа на вопрос друга о том, где я пропадал всю ночь, я спросил:

— Где можно купить золотое кольцо?

— Кольцо? Думаю, лучше всего поискать у заезжих торговцев, там цены получше… Но постой! Зачем тебе вдруг понадобилось кольцо? Только не говори мне, что ты собрался подарить его девушке.

— Почему нет? Именно так я и поступлю.

— Очнись! Сколько тебе лет, Младший?

— Восемнадцать, — произнёс я с некоторой обидой в голосе.

— Так зачем такие дорогие подарки? Нарви своей красавице букет цветов или на худой конец купи что-нибудь, но попроще.

— Я хочу сделать предложение, — выпалил я, сам удивляясь тому, как это прозвучало.

— Что? — Барток чуть не поперхнулся от удивления. — Кто же твоя тайная возлюбленная? Как так вышло, что я даже не подозревал о её существовании? Или ты решил пойти ва-банк, сразу взяв быка за рога? Плохая идея — не советую. В таком деле нужно всё обдумать и получше узнать друг друга.

— Это Джулия — дочь мясника Фернандо.

Барток застыл, шокированный моим заявлением, а на его лице попеременно отражались то удивление, то негодование, то сомнение. В конце концов, он будто бы до конца осмыслил то, что я сказал, и расхохотался:

— Хорошая шутка, Младший! Я сперва даже поверил.

Такая реакция друга привела меня в совершенное замешательство.

— Что смешного? — вознегодовал я, уже подозревая неладное.

— О её ножках полгорода толкует, кто только не побывал у неё в гостях. Честно признать, я и сам пару раз наведывался к ней — на охотников она почему-то особенно падка. Порядочный человек не возьмёт себе жену с такой славой. Один лишь её бедолага отец в неведении. Жаль мне его, когда всё раскроется, и он застанет её с очередным незадачливым любовником…

Не было никаких оснований не верить Бартоку, но я уже не слушал, что он говорит дальше — мир будто вылетел из-под ног и перевернулся. Как я мог оказаться таким глупцом? Мне вскружила голову обычная смазливая нимфоманка! Почему я раньше не