Лицензия на геноцид. Дилогия - Евгений Борисович Коваленко

чем то. Тут же попросил Тарантулов дать связь через проводной телефон с кордона. Алиби. На самый черный день мне надо алиби. Марь выдала интерфейс набора номера и я набрал Серафиму.

– Серафима добрый день.

– Ой здравствуй Арес. Номер новый.

– Да нет. Это я с кордона звоню. Кстати этот номер запишите, ну на всякий случай. Тут только проводная связь, сотовые не берут. Я насчет малой, как у вас там?

– Да все хорошо. Ваню тоже в садик взяли, сегодня первый день. Я пока на работе. А Лиза как?

Млять. Косяк с моей стороны. Не подумал что Лизу то она спросит.

– Да нормально с Лизой, кур обихаживает, к сельской жизни привыкает. Через часок перезвонит, поговорите.

– Ой нет. Меня ругать будут, начальница суровая женщина. Пускай лучше вечером домой звонит.

– Ну ладно. Без проблем. Не буду вас задерживать. До вечера.

Я откинулся в кресле. Пронесло. А ведь могла и попросить Лизу к трубке. Так сколько там осталось до пробуждения Лиз? Ага сорок минут. Ладно пойдем встречать. Такой момент пропускать нельзя. Через десять минут я сидел на стульчике возле ванны с Лизой. Густая желтовато-красная слизь вызывала неприятные ассоциации с гноем и кровью. Слизь жила своей жизнью. То вспучивалась огромным множеством пузырьков, то шла мелкой рябью, то прогибалась параболами во внутрь. Неприятное зрелище. Да и запах, запах женского парного молока. Может кому то этот запах и нравился, но я вообще молоко не люблю даже коровье, а уж от парного меня просто выворачивало. В общем я сидел курил и ждал когда процесс закончится. Тут развернулась Марь.

– Бот доставил арестованных с Земли.

– О! Это очень хорошо. Сейчас Лиз проснется и я один побеседую с этими толерастами.

Тут слизь вспухла огромным пузырем который лопнул с противным чавком и уровень слизи в ванне начал резко падать. Секунд через сорок на дне в позе эмбриона лежала только Лиз. Зеленый шар личного хранителя Лиз завис над ванной и тело медленно начало подниматься к краю ванной (антигравитация наше все). Лизу медленно опустили на кушетку. Наконец Лиза начала кашлять выплевывая сгустки слизи и через минуту она открыла глаза.

– Доброе утро Лиз. Ну ты как?

– Ой не знаю, вроде живая.

– Ну тогда вставай и в душ. Таракан проводит. Давай вставай потихоньку.

Лиза потихоньку поставила ноги на пол и встала. Ну а дальше куча восторгов, это я и сам проходил. Тело просто летает. Лиз просто ускакала в душ, а я остался возле ванной. Время тикало но торопиться вроде некуда. Минут через сорок Лиз появилась во всей красе. Да изменения видно невооруженным взглядом. Даже волос стал длиннее сантиметров на десять, а уж густота. Лиза стояла с заплетенной косой.

– Ну как!?

– Лиза! Обалдеть! Я тебя и не узнал. Теперь я вижу какая ты была в молодости.

– Ладно. Прощаю.

– Это за что!

– А кто только что сказал что я была старая и некрасивая.

Я стоял охреневая от женской логики.

– Так дорогой. Дама хочет кушать. Нет я хочу жрать.

– Ну поехали в кают-компанию.

– Да. Поехали.

Потом мы насыщались и весело ржали сами над собой. Лизу больше всего развеселил мой разговор с директрисой садика.

– Вот так дорогой мы и делаем дела. Иначе вас мужиков и не подвинешь.

Чувствуя приятную тяжесть в желудке я закурил и медленно пуская дым начал строить коварные планы. Планы не строились. Хотелось спать и не хотелось быть коварным.

– Так Лиз. Ты как хочешь а я спать. Устал как собака всю ночь с бумагами сидел. И это. Часика через три набери Серафиму.

– Как это я наберу?

– Просто. Скажешь 'Тарантул' дай связь с Серафимой. Тарантул в курсе что и как сделать. И не забывай что ты на кордоне, мало того ты сегодня кур кормила и специальность птичницы осваивала. Не запали контору.

– Не учи женщин врать. Мы этому искусству с детства обучены. А в интернете можно поюзать.

– Можно, но только без видео.

– Ууууу! А я хотела по Скайпу.

-Ну я не знаю. Говори с искинами. Может тебе и организуют какой ни какой уголок, с обычным земным интерьером.

– Ладно. Разберусь.

Меня чмокнули и я пройдя метров пятьдесят зашел в свою каюту. После чего реально завалился спать. Проспал я три часа. Душ, кофе с сигаретой и парадный мундир полковника ГРУ со всеми орденами. Ну можно и на суд идти. Виллис доставил меня к тюремному отсеку. Бегущая световая линия привела к одной из камер, дверь открылась и моему взору предстала радостная картина. Прямо бальзам на сердце. Штурм-группа, точно такая же как у Стикса, стояла в ряд. И перед каждым дроидом висело тело скованное силовым полем. Тела крутили головами и даже говорили. Но двинуть не могли даже пальцем. Тут одно из тел заметило меня и заорало.

– Здесь человек! Мы спасены!

– Я подошел поближе и внимательно смотрел на уродов. Реально уроды. Ну а как еще можно назвать людей которые делают все для уничтожения страны в которой они родились? Страны которая дала им все. Квартиры, бесплатное образование, возможность творчески развиваться, все эти дяденьки во дворец пионеров ходили, в кружки и секции. Ведь всем этим тварям сорок и больше, ну за исключением двух адвокатесс. Этим по двадцать пять. Эти уже воспитаны как потребители, а не созидатели. Ну и как их понять? Ведь все что им дала страна кто то заработал своим потом и горбом. Обычный колхозный Ваня обеспечил их жрачкой, строитель Вася построил для них квартиры, учителя научили их думать и дали путевку в институт. Ну и так далее. И чем эти твари отблагодарили простой народ который их выкормил и выпестовал. Ненавистью они отблагодарили, предательством, созданием пятой колонны которая