Корона пепла - Мара Вульф

class="p1">– Итак, если все готовы… – теплым тоном произносит Зевс. Они с Герой подошли к нам. – Или мы ждем еще гостей?

– Уверена, что остальным членам своей семьи смогу показать остров в другой раз.

– Разумеется, – говорит верховный греческий бог. – Будем рады их видеть. – Он отходит в сторону, пропуская меня вперед.

Гера улыбается, когда я беру Азраэля за руку и мимо нетерпеливо ожидающей толпы тяну за собой к мосту.

– Значит, время пришло? – шепчу я, когда мы приближаемся. На горизонте по линии моря катится солнечная колесница Ра.

– А не рановато для рассвета? – спрашивает Кимми у меня за спиной.

– Да. Но он бы не пропустил такой момент, – вежливо отвечает ей Гор.

Мой взгляд прикован к противоположной стороне. Внешняя кольцевая стена возвышается над землей, устремляясь ввысь; но башни дворцов еще выше. Впрочем, купол храма по высоте превосходит все их, ярко сверкая во тьме. Азраэль однажды рассказывал, что он сделан из золота, серебра и орихалка. Боги обитали в своих дворцах прямо на территории храма. За ним следует канал и еще одно кольцо суши, на котором живут ангелы. Дальше есть еще один круглый водный путь, а на земле за ним живут джинны. Во внешних областях за третьим каналом селились остальные бессмертные, к которым относилась семья Энолы. Каждое кольцо и центр защищены высокими стенами. Перед внешней цилиндрической сейчас покачивается несколько кораблей.

– Почему никто не выходит нам навстречу? – Голос у меня дрожит, что неудивительно с учетом обстоятельств, но я стараюсь подавлять нервозность. Не получается. Там Атлантида. Мистический остров богов. Никто не знал, существовал ли он в действительности или являлся лишь плодом воображения Платона. Это невероятно и непостижимо, однако его очертания проступают все отчетливее, по мере того как колесница Ра поднимается выше.

Я делаю первый шаг, потом второй. Позади нас толкаются бесчисленные бессмертные, которым не терпится вернуться на родину. Этого мгновения они ждали двенадцать тысяч лет. Я даже приблизительно не могу представить себе такой временно́й отрезок.

Но чем ближе мы подходим к городу, тем сильнее становится странное ощущение у меня в животе. Что-то не так. Это чувствую не только я, но и все остальные. Мы постепенно замедляем шаг. Бессмертные считали, будто под стеклянным куполом их остров продолжал существовать. Просто жизнь шла дальше без них. Я никогда в этом не сомневалась, но вдруг они просто выдавали желаемое за действительное? Остров хоть и существует до сих пор, но, возможно, жителей на нем уже нет. Еще совсем недавно охватывавшая меня эйфория испарилась, уступив место неясной тревоге. Я улавливаю страх остальных, а Азраэль крепче сжимает мою ладонь.

Мы почти достигли доков, и от картины, что предстает глазам, стынет кровь, которая вновь течет по моим венам. Вода красная, а в гавани плавают трупы. Большинство кораблей пробиты и тонут. Несколько находящихся поодаль горят. Ужасное зрелище. На берегу среди мертвых обращенных сидят раненые. Они поднимают головы, глядя на нас. На кольцевой стене я замечаю вооруженных джиннов. Вряд ли хоть один из них невредим. Не понимаю, что тут произошло.

– Они до сих пор ведут войну? – спрашиваю у Азраэля. – Спустя столько времени? Почему?

Других объяснений этому ведь просто нет, правильно? Битва, судя по всему, завершилась, когда Атлантида всплыла, поскольку нигде не слышно звона оружия.

Ответа я не получаю. Лицо Азраэля так же бледно, как у всех остальных, кто окружил нас и тоже застыл. Они в недоумении смотрят на корабли, мертвых и раненых. Поколебавшись, мы движемся дальше. Я ощущаю желание Азраэля отпустить меня, чтобы взлететь и выяснить, что здесь творится. Однако он не хочет оставлять меня одну. Кто знает, что нас ждет, когда мы войдем в пределы города.

– Необходимо разделиться, – говорит он другим. У них с Сетом завязывается молчаливая беседа, в которую эти двое не хотят посвящать остальных. Затем аристои решают, кто направится в какой район. Вперед уходят воины-призраки и войско ангелов. Вместе с ними в небо взмывают Джибриль и Микаил.

– Мы полетим к храму, – произносит Азраэль, взяв меня на руки. – Держись крепко. – Его тело дрожит от напряжения. Мне бы очень хотелось успокоить его, сказать, что этому есть объяснение, однако это будут лишь пустые фразы, а не утешение.

На площади перед храмом пусто и неестественно тихо. Дворцы богов располагаются на некотором отдалении. Мы осторожно приближаемся к широкой лестнице. Бросив быстрый взгляд наверх, я замечаю ангелов в патрулях, что немного меня успокаивает. Ахнув, Кимми хватает меня за руку, а потом я вижу то же, что и она. На ступенях лежат мертвые жрицы. Их легко узнать по одеяниям. У некоторых есть крылья, разодранные и залитые кровью, как и белые платья. Остальные убитые – джинны или богини.

Гор бросается вперед и падает на колени возле одного из трупов у подножия лестницы. Рядом с вывернутым телом валяется отрубленная львиная голова. Мертвые глаза выглядят более чем человеческими.

– Это Шезму? – Подавив рвотный позыв, я притягиваю к себе Кимми, чтобы она не видела мертвецов. – Не смотри туда, – прошу я, когда кузина пытается высвободиться. – По-моему, Шезму погиб в тот день, когда вы забрали регалии? – спрашиваю, не обращаясь ни к кому конкретному.

Отпустив меня, Азраэль в несколько шагов оказывается у тела лежащей в луже крови женщины. Я леденею сильнее, чем в то время, когда была вампиром. Грудь женщины лихорадочно поднимается и опускается. Рядом с ней лежит поверженный демон. Его когти до сих пор вытянуты в ее сторону, в них он сжимает кинжал. Азраэль встает на колени перед ней, и у меня складывается впечатление, будто время остановилось, когда из уголка ее глаза скатывается слеза, а он бережно ее вытирает.

– Милый, – с трудом стонет она. – Вам удалось?

Кивнув, ангел берет ее окровавленную ладонь в свои и подносит к губам.

– Удалось. Регалии в безопасности.

Она закрывает глаза, но я уже давно поняла, что они такие же серебряные, как у меня.

– Хорошо, – с хрипом выдыхает она. – Я бы… я… это…

– Не надо ничего говорить. – Он с душераздирающей нежностью убирает слипшуюся от крови прядь волос с ее лица. Если отмыть их, они будут такими же черными, как мои. – Я отнесу тебя домой, и ты скоро поправишься. Все будет хорошо. Мы победили.

Я моргаю, чтобы прогнать картинку, которая вспыхивает перед внутренним взором. Так же он нашел меня в геенне. Так же смотрел на меня. А теперь Азраэль берет ее на руки, и она стонет от боли. Уронив голову ангелу на плечо, она теряет сознание. Порываюсь подойти к