Битва драконов. Том 1 - Валерий Михайлович Гуминский

И он нисколько не лукавил. Тагир и Арсений, как и Никита, были приверженцами специфических знаний, и делиться своими методами работы вряд ли станут. Помочь в становлении охранной системы и натаскать молодых парней в боевом слаживании — пожалуйста. Они оставались потайниками до мозга костей, и волхв об этом знал.

— Как только наши эмиссары выявят всех причастных, начнем переброску боевой группы в Верхотурье, — продолжил Никита и посмотрел на Костю Краусе, точнее, уже Назарова, его родственника, с которым смешал кровь. За последнее время телепортатор потерял сухость и жесткость, а сам он распрямил плечи, лицо округлилось, но все равно его долговязая фигура возвышалась над всеми сидящими. — Костя, как у тебя по тоннелю дела идут?

— Сразу скажу, дело тяжелое, — откликнулся телепортатор. — Расстояние от Вологды до Верхотурья почти тысяча двести километров по прямой. Для стабильной работы порта и беспрерывной энергетической подпитки нужна промежуточная точка между этими городами. Я бы мог сначала протянуть к ней нитку, завязать маячки на нужном месте, а уже потом провести сопряжение с Верхотурьем.

— Ты уже рассчитал, где надо ставить маячок, — утвердительно произнес Никита, хорошо изучивший Костю. Тот был разумным инициатором, и редко когда бежал впереди телеги, но в иных случаях более лучшего исполнителя не сыскать.

— Да, — кивнул молодой мужчина, изобразив легкую улыбку на губах. — Это Вятка. Там как раз предельное расстояние получается, и не потребуется ставить дополнительные генераторы. Все должно получиться. Но сначала мне нужно будет смотаться в Верхотурье. Где будем размещать точку? Да и в Вятке нужно покупать дом для вывода портальной нитки отсюда. Работы невпроворот. Один не справлюсь.

— Нужны помощники, — помрачнел Никита. Машинально вытащил из стаканчика карандаш и стал постукивать его кончиком по столу. — А где их взять? Даже не представляю. Сын твой пока вырастет, да по твоим стопам пойдет… Кстати, есть надежда, что из него выйдет сменщик?

— Вроде бы задатки появляются, — улыбка Кости стала шире. — Да пока рано говорить… А помощника взять можно в «Изумруде».

— Кого? — удивился Никита. — У нас всего двое: Малыхин и Козак. Юрка Козак!

— Ну да, Никита. Род Козаков приносил тебе роту. Неужели запамятовал?

— Те самые, которые в Емельяново лесопилки держат?

— Ага. Весь лес в округе вывели, злыдни, — хохотнул Шубин, успевший изучить все роды, ушедшие под руку Назаровых.

— Запомнишь тут, — проворчал волхв. — Сотни человек в день проходили перед алтарем. В таком случае я дам распоряжение Шульгину, чтобы освободил Юру от работы на несколько дней. Поедешь с ним в Верхотурье. Помещение для портала подготовишь в доме Коваленко. Нет у меня времени заниматься поисками свободного и подходящего жилища. А в Вятку тем временем поедет…

Никита призадумался снова. Эмиссаров не хватает тоже. Вот приспичило охватить разом несколько дел — и все…

— Пошли Мишку Шаталова, — подсказал Ильяс, видя затруднение хозяина. — Он такие сделки на раз проворачивает. Только не одного, а с адвокатом. Пусть все будет по закону. Такие портальные тоннели еще пригодятся в жизни.

Яна закивала, соглашаясь с Бекешевым.

— Принято, — Никита посмотрел в ежедневник. — С утра позвоню Геннадию Митрофановичу, согласуем вопрос. Может, и самого уговорю съездить. Теперь, Костя, по твоей просьбе… Не знаю, как быстро получится решить вопрос с Козаком, но будь готов в любой момент к поездке. Веронику предупреди, чтобы не волновалась. Мы за ней присмотрим.

Ну да, уже седьмой месяц в тягости ходит. Не хочется в такой момент парня отрывать от семьи, но надо. Запустишь болезнь — всех выкосит без пощады. Желтолицые ребята из Триады скоры на расправу с теми, кто пересекает им дорогу. Они и в чужой стране себя ведут дерзко и нахально. Поэтому укорот следует дать как можно быстрее.

— Да, еще, — волхв обвел взглядом команду и задержал его на Бекешеве. — Ильяс, мне нужен серьезный боец для сопровождения телепортатора.

— Я сам поеду, — неожиданно сказал Ильяс. — Антон может на время взять управление всей охраной на себя. Не разучился, небось…

— Валяй, — ухмыльнулся Шубин. — Хоть от тебя отдохну. Не забудь потом коньяком проставиться.

— Ну и славно, — Никита прихлопнул ладонями по столу. — Значит, Ильяс вместе с телепортаторами едет в Верхотурье, а потом сразу же — в Вятку. Надеюсь, за пару недель мы сможем навести тоннель. А до этого времени вводим режим повышенной готовности. Антон, завтра обсудим с тобой все мероприятия.

— Слушаюсь, — кивнул Шубин.

— Тогда — всем отдыхать, — приказал Никита, и дождавшись, когда кабинет покинет последний человек, с хрустом потянулся. Все-таки Балахнин, подумалось ему, подложил большую свинью. Князь, вероятнее всего, знал о деятельности «Лотоса» на своих землях, и быстренько сбросил активы, не побоявшись потерять прибыли. А вот Никите придется очень крепко напрячься для наведения порядка в своем хозяйстве. Вопрос — зачем? Какую цель преследует Балахнин? Вывод не самый приятный: в столице что-то намечается. Никита завязнет в войне с Триадой, а княжеский триумвират Балахнин-Шереметев-Волынский постарается убрать Меньшиковых и их людей со всех значимых постов, если вообще не сместить императора.

Никита не слишком-то верил в свои размышления. Меньшиковы сильны, и вряд ли позволят втянуть себя в междоусобицу. Но в случае серьезных претензий могут пойти на уступки в малом. Отдать, например, посты в низовых государственных учреждениях. Н-да, мысли плохие лезут. Внешне все пристойно, и даже неприятная склока с Велимиром Шереметевым не тянет на серьезную аналитику. А вот чувствуется на сердце тяжесть.

Он вышел в полутемный коридор (прислуга уже погасила верхний свет на втором этаже), закрыл кабинет на ключ, который был только у него, и сделал несколько размашистых движений пальцем по лакированной поверхности двери. Защитные руны вспыхнули яркими загогулинами и тут же погасли, намертво врезавшись в структуру древесины.

Перед сном Никита решил заглянуть к детям. Осторожно приоткрыл дверь в спальню Ярика и заметил дремлющую в кресле «няньку» — женщину средних лет в строгом темно-сером платье. Сын посапывал в кроватке, разметав во сне ручонки; пальцы его иногда вздрагивали, словно пытались жить своей жизнью.

Услышав шорох за спиной, Никита повернулся и укоризненно прошептал:

— Оксана, почему вы не ложитесь спать? Или собрались всю ночь в кресле провести?

— Ой, Никита Анатольевич, — выпрямившись, смущенно пробормотала нянька, лихорадочно убирая прядь волос за волосы, — сегодня Ярик