Пермский Губернский 7. Ультимат. Том 2 - Евгений Бергер

сопротивления Теням? Не будут же они бояться вечно, да?

Хотя, одна из удивительных черт людей — лучше «пере», чем «недо». И во многих моментах — это правильно!

— АПЧХРЕН!!! — чихнул подбежавший заснеженный кот: — Ну, всё… С ранеными закончили. Погнали уже домой, а? Холодно тут… Ещё и этот пассажир рано или поздно очухается. А ну, как руками размахивать начнёт? Я суету во время езды очень не люблю.

— Аналогично. — махнув рукой Голубике, зависшей над пожарищем, я сел в пассажирское кресло и включил обогрев.

Что ж, видимо впереди нас с новоиспечённым богом войны ждал очень серьёзный разговор.

* * *

Одна из фишек нового дома в Полазне — шикарный гараж с обогревом. Мало того, что сюда помещалась приличная часть коллекции дядиных авто, так ещё и присутствовала зона для обслуживания.

Именно туда я решил определить нашего гостя, чтобы снять чёртов костюм.

— Ты хоть раз видела, что-нибудь подобное вблизи?

— В плане технологий ульфриги ушли не сильно далеко от местных людей. — ответила Лэмия, а затем перевернув гостя, щёлкнула застёжками на спине. Доспех тут же открылся, а тело Глэйтрона вывалилось на пол.

— Да уж… Я думал, что придётся распиливать.

— Костюм из бриариевого сплава. Даже если бы мы не смогли его открыть — пришлось бы создавать диск с заряженными алмазами. А это заняло бы у нас очень много времени. Ты лучше скажи, куда мы его определим?

— В доме ещё есть гостевые комнаты. Думаю, чтобы у него было время прийти в себя — поселим нашего гостя на чердаке.

— Чердаке? — Глэй тут же открыл глаза, и резко вскочив, вопросительно посмотрел на нас с Лэм: — Мне казалось, что я не заложник… Вернее, я прибыл сюда с мирной миссией.

— Господи… — обречённо выдохнул я: — Чердак — это не башни «Крепости Печали». Там такая же комната. Просто… немного выше всех остальных.

— Тогда меня устраивает. — бог войны тут же начал принюхиваться, а затем выпучил глаза на Лэмию: — Акулка!!!

— Акулка. — улыбнулась она: — Но, как мне уже успели доложить — не твоя.

— Не моя. — лицо бога войны тут же сделалось грустным: — Я искал её две тысячи лет! Избороздил две Вселенные вдоль и поперёк… И едва находя зацепку — практически мгновенно терял след Лэм. Мы, как будто, играли в кошки-мышки. Видимо, она поняла, что её преследуют… Но подумала, что это агенты Мегарда. Или ищейки Сената.

— Того самого? Который с Миротворцами?

— Ага… Очень опасные твари, скажу я вам!

— Ты лучше скажи, из какого временного потока прибыл? — поинтересовался я.

— Точно не знаю. Наверное, из предпоследнего.

— Сколько Глэйтронов ты видел?

— Много… Очень много. Но все они отказались от поисков своих Акулок. Сдались… Никчёмные слабаки! А я ведь даже хотел создать корпус богов войны. Все лучшие сыны Мегарда собираются воедино, чтобы выбить из старика дурь. Это ли не прекрасно?

— Но что-то пошло не так?

— Всё пошло не так. Предыдущие Глэи — разочарованные и отрекшиеся от всего, в большинстве своём живут на отшибе галактик. Кто-то влечёт жалкую жизнь затворника. Кто-то пытается строить из себя Миротворца, создавая мир под себя… Да только вот — глупости всё это! Без мощи Мегарда ничего ты не сделаешь. Да и Ультимат без последователей — в лучшем случае просто сильный оператор энергии. Ой, простите — волшебник, если изъясняться местной терминологией. Но один из наших меня впечатлил.

— Правда? И чем же? — глаза Лэмии вспыхнули от любопытства.

— Один из самых старых Глэйтронов попал на отдалённую заброшенную планету Миротворцев. Её тоже назвали Землей. Там было всё аналогичное… По образу и подобию, как любили говорить в Сенате. Только вот, я так и не понял, почему тот мир забросили?

— Плевать нам на мир! Ты про Глэя рассказывай! — богиня схватила бородача за плечо.

— Я был там не так давно… Залетел поздороваться. Он там разжился! Стал Императором Российской Империи. Состоял в тайном мировом правительстве, которое в итоге разрушилось из-за двух маньяков. Кстати, один из этих маньяков в итоге женился на его дочери! Представляете?

— Погоди… А как он всё успел? Он же просто вселился в человеческое тело, верно?

— Ядро Миротворцев, испускающее заряженные частицы, дестабилизировалось из-за чрезмерного потребления местных волшебников. Начались энергетические выплески, формирующие особые источники. Кажется, Глэй говорил, что они назвали их ямами Лэйзара, или как-то так? Не запомнил. Так вот, избранные могли обновлять свои тела при помощи данных источников. И жить практически вечно!

— Сомнительно. Ядро же может стабилизироваться через несколько сотен лет. И, что он будет делать дальше?

— Они создали технологию по переносу энергетической составляющей в новое тело. И что самое главное — они научились клепать модернизированные оболочки!

— Погоди. — Лэм с подозрением сузила глаза: — Технология переноса — это случайно не «Ловец Душ»?

— Он самый! А ты откуда знаешь?

— Меня спасли аналогичной технологией. А моё новое тело называется — биокорп. Миротворцы создали всё это на случай, если придётся экстренно покинуть предыдущую физическую оболочку.

— Умно. Но я не думал, что в мире того Глэя были Миротворцы. По крайней мере — он об этом не упоминал.

— Так, может быть, Глэй просто про это не знал?

— Кстати, да! В том мире у него отключился Определитель Ультиматов.

— Интересно. Только я так и не понял — ты просто ищешь сестру?

— Не совсем. Во-первых, это единственный мой родственник, который действительно меня поддерживал, и которого я действительно могу назвать своим близким. А во-вторых, я должен показать Глэйтронам, что шанс есть! Что можно найти Акулку, если постараться. Нам нужно объединиться и выступить против Мегарда! Титаны доложили мне, что видели Лэмию. А ещё, что Акулка собирает армию, чтобы совершить прыжок в будущее и навсегда поквитаться с Мегардом. Меня это очень воодушевило! Я начал настраивать гиперсветовой радар, но в итоге смог обнаружить лишь одну мощную сигнатуру. Скаканул сюда, но врезался в огромный плавник Кракена на подлете к Солнечной системе. Просто оторванный плавник, плавающий в открытом космосе! Представляете?

— Ужас-ужас…

— А… — Глэй отрицательно покачал головой: — Так это ваших рук дело? Честно — я не удивлён.

— У нас не было другого выбора.

— Понимаю. И не осуждаю. Мне тоже нравилось на