Юрий Корчевский - Броня. «Этот поезд в огне…»

Ознакомительный фрагмент

Но это не Сергей решал, куда стрелки переведут, туда он и поедет.

Состав он остановил в Волово. Линия оживленная, найдутся паровозы. А у него свой приказ и приписка – бронепоезд.

— Василий, отцепляй вагоны, нам в Чернь возвращаться надо. Похоже, так и так попадет по первое число.

— Выполняли приказ военного коменданта, — высказался Виктор.

Никто из них не знал, что после ухода эшелона комендант был убит осколком снаряда, так и не успев позвонить в Чернь, командиру дивизиона бронепоездов.

Но паровоз – не иголка в столе сена. Политрук уже обзванивал из здания вокзала станции – не случилось ли чего, вдруг разбомбили? И со Скуратова дежурная ему ответила, что был паровоз серии «Э», ушел с составом на Горбачево.

— С каким составом? — удивился политрук.

— С эвакуированными. Станцию из пушек обстреливали, вот ваш паровоз эшелон и увел.

Об услышанном политрук доложил командиру дивизиона. Тот недоумевал: паровоз приписан к бронепоезду, и забрать его может только Главное автобронетанковое управление РККА, которому бронепоезд подчиняется. Над Сергеем нависла угроза.

К отцепившемуся от состава паровозу уже бежала дежурная в черной форменной шинели.

— Механик! Ты зачем отцепился? Тащи состав в Узловую.

— Мы – «черный» паровоз, приписаны к бронепоезду и обязаны возвратиться в Чернь! Мы выводили эшелон с людьми со станции Скуратово, из-под обстрела. Дальше не поеду! — отрезал Сергей.

— Ах ты, беда какая! — запричитала дежурная. — У меня на станции ни одного «горячего» паровоза нет.

«Горячим» называли паровоз, стоящий под парами, забункерованный, с бригадой на борту и готовый к работе.

— Ну хоть литерный возьми, все равно ведь до Горбачева порожняком пойдешь!

— Это можно.

«Литерными» называли эшелоны воинские или со срочным специальным грузом, следующим вне расписания.

— Переезжай на четвертый путь, в конец состава.

Сергей проделал маневры. Поворотного круга на станции не было, прицеплялись к эшелону передом, а возвращаться придется тендером вперед. Паровозу все равно, тяга и скорость одинаковые, что вперед едешь, что назад, а вот паровозной бригаде плохо. Управление паровозом впереди, а смотреть, высовываясь едва ли не по пояс в окно, надо назад. Шея должна быть постоянно вывернута назад, от неудобного положения затекает, глаза от ветра слезятся. Но взялся за гуж – не говори, что не дюж.

Семафор у выходных стрелок поднял крыло – за задержку литерного дежурной могло влететь.

Сергей дал гудок и тронул паровоз. И снова впереди путь, который он только что проехал. Как будто в кино лента наоборот пущена, с конца.

Сергей ехал и раздумывал. Вот забункеровался он в Скуратово, съездил в Волово и назад. Третья часть угля в тендере убыла – как и воды. От командира достанется за задержку и расход угля, а ведь бригада в происшедшем не виновата.

До станции Горбачево, что на главном ходу была, они добрались быстро. Путь прямой, видно далеко – ни спусков, ни подъемов. На станции отцепились от эшелона, и Сергей сам побежал к дежурной по станции.

— Мы «черный» паровоз бронепоезда «Илья Муромец». Выпускайте на Чернь.

— Ишь, разошелся! — остановила его дежурная. — Сейчас литерный пройдет, потом тебя пущу.

Опять задержка! Сергей был раздосадован. Но военный эшелон, ведомый мощным ФД, проследовал станцию через десять минут, и вскоре поднялось крыло семафора.

Чем ближе подъезжал Сергей к Черни, тем сильнее волновался. Уже вечер, он отсутствовал почти двенадцать часов. Ох и влетит ему! Но лишь бы командир дивизиона его с паровоза не снял. А то оставят в базовом поезде в наказание – ящики с боеприпасами или консервами таскать. Для Сергея это – позор. Паровоз он любил, жизни без него не мыслил.

Паровоз на станцию Сергей ввел медленно, притаился за базовым эшелоном. Ноги как будто свинцом налились, так неохота было идти к командиру, но надо.

Сергей вздохнул, собрался с духом, направился к командиру бронепоезда и доложил причину задержки.

Старший лейтенант выслушал его внимательно и повернулся к политруку:

— Что делать будем?

— С одной стороны – виноваты. А вдруг, по боевой обстановке, потребовался бы паровоз? А с другой стороны посмотреть – немцев уничтожили, одного пленили даже. И эшелон из-под огня в тыл вывели. Не знаю, как быть. Лучше доложить командиру дивизиона.

— Идем.

Время было вечернее. Командир дивизиона сидел за столом, разглядывал карту и прихлебывал из кружки чай.

— А, дезертир? — встретил он Сергея.

— Разрешите доложить? — Командир дивизиона решил защитить машиниста и рассказал, почему случилась задержка.

— Да? Что-то на сказку похоже. Всю бригаду под замок, и пусть особый уполномоченный проверит правдивость их показаний.

Сергея под конвоем отвели в пустую теплушку и там закрыли. Через несколько минут туда же привели Василия и Виктора.

— Ну, говорил же я вам – влетит.

— Разберутся, — пробурчал Виктор. — Давайте спать ложиться, устал я что-то.

— А паровоз топить кто будет? — всполошился Василий. — Топка к утру погаснет…

— Не наше дело, уж в этом нас точно не обвинят. Сами посадили, вот пусть сами и топят.

— Верно. — Василий успокоился и стал укладываться в угол.

Испачкаться никто не боялся. Грязнее робы, чем у паровозников, на всем бронепоезде не сыщешь.

— Подожди, — вдруг сел на полу Сергей. — Мало того, что топка погаснет, так ведь еще и зашлакуется.

— Брось! Небось кочегара с бронепаровоза поставят.

Сергей снова улегся, подложив руку под голову. Конечно, он не ожидал, что его встретят хлебом-солью, но и в кутузку попасть не думал.

Ночью на станции проходили поезда, но шум от них был привычным и спать не мешал.

Утром загремел замок, и дверь отъехала в сторону.

— Выходите!

У вагона стояли конвой и особист.

— Сведения проверены. Милиция факт доставки пленного и документов еще троих фашистов подтверждает. Военный комендант убит, но дежурный по станции свидетельствует, что к эшелону вас заставил прицепиться комендант.

— Можно подумать, мы в Тулу развлечься катались, — пробурчал Виктор.

— А оружие трофейное почему не сдали? Мы в тендере три автомата нашли.

— Не успели. Нас же в будке паровозной повязали – и сюда.

— Чтобы впредь такого не было. Свободны!

— Есть!

Когда они подошли к паровозу, Виктор вдруг сказал:

— Паровоз-то наш обшмонали.

— Топили, что ли?

— Не понял? Обыскали! Компромат искали.

В паровозе находился кочегар бронепаровоза.