Рассказы о мире Майи - Михаил Евгеньевич Щукин

лет было легче поверить незнакомым людям в форме. Впрочем, Рринс прекрасно ее понимал. Тот лекарь из рубежников провозился с нею не менее двух часов. Сначала безропотно менял раствор в ванночке, пока кровотечение совсем не прекратилось. Потом долго подбирал какие-то пузырьки с жидкостями, которые должны были ускорить заживление. Рриссан и сам был благодарен ему только за то, что поврежденные кончики волос у сестренки не будут болеть. Кто не испытывал этой боли, тому не понять.

А Линша распространила это свое доверие на всех, кто им встречался. Даже здесь радостно улыбалась, когда в секцию входил кто-то из экипажа. И что удивительно, никто из них ни разу не проигнорировал ее улыбку. И разнообразные шоколадки у сестренки теперь не переводились.

– Давай в задачки? – Это стал традиционный вопрос Линши вместо доброго утра и пока мама приводила себя в порядок в ожидании завтрака.

Рриссан не спорил. К математике он был равнодушен. Но почему бы не порадовать младшую сестренку. Тем более что это было нетрудно.

– Два грызлика столкнулись со стаей курхи. – Послушно начал парень, поднимаясь с кресла. – Первый раздавил тлапами трех тварей из стаи и одну словил зубами. Второй споткнулся и упал, раздавив пятерых. А еще двумя пообедал. Сколько было курхи в стае, если известно, что убежало в три раза больше тварей, чем погибло.

– Ну, это просто. – Отмахнулась Линша. – Три плюс одна плюс пять и плюс две будет равно одиннадцати. Одиннадцать плюс одиннадцать и плюс одиннадцать, всего убежало тридцать три.

– Линша, для чего ты проходила таблицу умножения. – Вмешалась мама. – Надо ею пользоваться.

– Зачем, если тут и так все решается.

– А если бы было девять раз по столько? – Весело предположил Рриссан.

Сестричка забавно нахмурила лобик.

Знакомая служащая вкатила столик с едой.

Пока происходила процедура перемещения тарелок, она с интересом смотрела на чем-то озадаченную девочку. Но та так сосредоточенно думала, что даже начала шевелить губками. В конце концов, радостно заулыбалась.

– Поняла, одиннадцать надо умножить на девять. Всего будет девяносто девять курхи. А если посчитать, сколько всего было в стае, то надо умножить на десять.

– Молодец. – Мама одобрительно подтолкнула тарелку к девочке.

– А еще? Ой, здрасьте.

Женщина от неожиданности рассмеялась.

– Доброе утро. Так вы по утрам задачки решаешь?

– Это она решает. – Поправил Рриссан, открывая свою тарелку. – А мене она по утрам из-за этих задачек спать не дает. Приходится выдумывать мне или маме.

– Проблема понятна. – Снова рассмеялась женщина и куда-то вышла.

А через полчаса, когда она пришла забирать посуду, на стол пред Линшей лег небольшой плоский предмет с экраном.

– Это планшет. Я скачала в него несколько задачников из учебных курсов для начальных классов. Я не знаю, какой сложности задачи тебе нужны. Но думаю, сама разберешься. А еще тут есть функция записи. Так что теперь можно записать все задачи, что тебе Рриссан с мамой придумали и их решение. Если ты это сделаешь, программа планшета сама определит сложность задачки, которую тебе предложить.

– Ухты, это мне? А когда надо вернуть?

– Можешь забрать его с себе. – Улыбнулась женщина.

– Нам нечем заплатить. – Через силу улыбнулась мама.

– Планшет остался в капсуле после одного из рейсов. Это ученическая модель из тех, что выдают ученикам в школах бесплатно. – Пояснила женщина для мамы. – За ним никто не обратился вот и валяется без дела.

– А забыли и скоро обратятся?

– Сроки хранения давно вышли, мы объясним, что с ним случилось. – Пожала плечами служащая. – Так что Линша, можешь считать это подарком от неизвестно пассажира.

Девочка замерла, недоверчиво глядя на нее. Потом растерянно сморгнула и перевела взгляд на маму. После ее неуверенного кивка все так же молча двумя руками подняла планшет со столика и с ногами забралась в кресло.

Женщина отметила, как побелели костяшки пальцев девочки, с силой сжимающих несчастный планшет.

– Это ее первый подарок. – Тихо ответила на вопросительный взгляд мама.

– Совсем первый? – Растерялась та.

Мама только молча кивнула и через силу улыбнулась.

– Рабы не имеют своего имущества. Поэтому они не могут ничего подарить даже своим детям.

– Но…

– Для других рабов это наверно не так. Но мы асса-анши. За нами следили даже рабы других рас.

Женщина торопливо закрыла рот и уже в дверях еще раз посмотрела на девочку, осторожно отлепившей одну руку, чтобы погладить пальцами гладкий экран. Засветившееся изображение ее заинтересовало.

К вечеру того дня перед Линшей лежало сразу несколько шоколадок, две пачки карандашей и три тетрадки для рисования. А в кресле радом покоились две мягкие игрушки. Все это под разными предлогами приносили члены экипажа. Рриссан совсем не ожидал, что и он окажется обладателем записывающего прибора похожего на длинную ручку с небольшими вставками для ушей. В нем была записана музыка и чьи то рассказы.

– Все записи содержатся вот в этом картридже. – Пояснял помощник капитана, извлекая из прибора нечто вроде тонкой иглы длиной едва ли не с палец. – Их можно легко стирать и записывать новые. Даже с этого вот визиофона.

Мужчина вставил иголку в еле видимое гнездо и вызвал меню. Несколько минут ушло на то, чтобы разобраться с принципом записи и перезаписи. Потом он встал.

– Давно у меня валяется. Новые коммуникационные браслеты заменяют плейер полностью. Так что мне он не нужен.

Рриссан считал себя уже взрослым. Но в тринадцать лет для него это был точно такой же первый подарок в жизни, как для младшей сестры. Он впервые стал обладателем чего СВОЕГО, ЛИЧНОГО. Нужна ему или нет эта вещь, он разберется потом. А пока он пытался разобраться с тем, насколько с этим подарком изменилась его жизнь.

– Дашь послушать? – Осторожно поинтересовалась Линша. – Не сейчас, когда захочешь.

Младшая сестра понимала своего брата лучше всех. Она и сама не впускала планшет из рук, и при этом пыталась подержать то одну, то другую игрушку.

Рриссан моча протянул один из наушников сестренке. Благо они были без проводными. Та подставила ушко. А потом пристроилась рядом и пристроила планшет между собой и братом.

Мама не вмешивалась. Только молча наблюдала за ними сидя в сторонке.

А потом за окном день сменился утром. За очередным Расколом взлетели горы. Промелькнул каньон с узкой полоской реки в низу. И дети отвлеклись на гагантских птиц, парящих высоко в небе.

– О, ты смотри, а я думал, что это враки. – Громко заявил мальчишка из людей, видимо ровесник Риссана. – Асса-анши, и без ошейника.

По голосу Рриссан узнал пассажира, ехавшего в соседней секции. Этот голос иногда звучал и из коридора. И похоже