Лидер на минималках - Андрей Валерьевич Степанов

Его голос заставил меня вздрогнуть от неожиданности, и, когда я посмотрел на прочих находящихся в комнате, то заметил, что прислуга уже ушла, Неогон сидит в кресле, а Фелида, приняв его приглашение, вальяжно расположилась напротив.

Их разделял прямоугольный стол, массивный, но не лишенный некоторого изящества — резьба на ножках украшала его, как и многие другие предметы в доме Неогона. Стоило мне теперь бросить взгляд на полки — как сразу же удавалось подметить резные опоры.

— Нравится, — ответил я, когда понял, что обращались ко мне.

— Рад слышать. И видеть, что произвел на вас такое впечатление, — Неогон прищурился, всматриваясь в меня. — Но я уверен, что в Полянах вас ранее не встречал. Вы — путешественник?

— Почему вы так решили? — от обилия вежливости мне стало не по себе. Как-то слишком слащаво и приторно. Я машинально провел рукой по тетради, прежде чем сесть в кресло. И это не укрылось от пристального взора Неогона:

— Что это? Прощу прощения, что отвечаю вопросом на вопрос, это жутко невежливо. Решил я так, потому что прекрасно знаю, что рядом с Нирудой ничего нет. Бережок и Нички — это мизерные деревушки, откуда многие уже сбежали. Нички в прошлую войну наполовину сгорели. Поэтому я и предположил, что вы — путешественник. Либо вы из Ничков, либо откуда-то совсем из дальних краев. Даже попробую сделать такое уточнение — вы из дальних краев, потому что в Ничках, я уверен, ходят слухи о наборе в армию.

— Почему же ты не предположил, что он хочет в армию? — спросила Фелида, игнорируя все правила приличия.

— Он сбежал от Торлина — это раз. И все же он не похож на последнего психа, ты не находишь? — вежливо ответил Неогон.

— Ты, как всегда, прав, — Фелида склонила голову, не вставая с кресла.

— Так, присаживайся, — мне указали на свободное кресло. — В ногах правды нет. Судя по твоей неловкой ухмылке, тут я тоже угадал. Проблемы с ловкостью?

Если до этого я стоял недвижим, боясь согнуть колени, чтобы как-то неаккуратно не сесть в кресло, то теперь я просто рухнул в него. Опять система оценки параметров. Или он увидел тетрадь? Или его слова вообще не имеют отношения к параметрам, а лишь...

— Вот так да! — весело воскликнул Неогон. — Фелида! Неужели ты так загоняла этого молодого человека?

— Сам он загоняется, — буркнула, покраснев, Фелида. — Что мне его гонять? В обмороки падает регулярно.

— Ай-яй-яй, — покачал головой Неогон. — Раз ты пришла, я полагаю, что мою просьбу ты выполнила и преступников больше нет?

— Преступников — ни одного.

— Прекрасно, — правитель малость призадумался, но утвердительно кивнул и продолжил. — И еще я до сих пор не знаю, как тебя зовут.

— Бавлер, — представился я, с облегчением вздохнув оттого, что приторная вежливость закончилась и можно разговаривать нормально.

— Чудесно. И вот тебе мой совет — развивай ловкость. Без нее — никуда.

— Хорошо, — ответил я, вновь ощущая себя неловко. — Спасибо.

Неогон улыбнулся. Никакой неловкости он уж точно не ощущал. Хотя явно старался загнать в нее всех, кто сидел рядом.

— Мог и выпить предложить, — сказала Фелида.

— Сейчас принесут. Время раннее, так что ничего, кроме хорошего чая, предложить вам не могу, — развел руками Неогон.

— Опять травяной? — сморщилась девушка.

— Чай, — прохладно ответил Неогон. — Не больше и не меньше.

— Тогда ладно, — смирилась Фелида и уставилась на меня: — Ты же не против?

— Нет, думаю.

— Думаешь?

— Нет, не против, — поправился я. Неогон улыбнулся:

— Он тебе помогал?

— И еще как! — воскликнула Фелида. — Там уже сколотили целую банду.

— И сколько же их было? Трое? Четверо?

— Больше, но...

— Так, слушаю очень внимательно, — Неогон наклонился вперед. Прислуга, человек в коричневом костюме, принес металлический чайник, из носика которого клубами валил густой пар. С чайником на столе появилось еще и три таких же чашки, мутновато-металлических, но начищенных и уже заполненных ароматным напитком.

— Не все они были преступниками, на мой взгляд.

— То есть, устранить ты решила не всех?

Я с замиранием сердца слушал разговор, в котором так запросто рассуждали о том, кого можно было убивать, а кого нет. Что один человек вот так вот за чашкой чая принимал решение о дозволении жить.

— Четверо решили уйти в монастырь, — выдала Фелида и потянулась за чашкой.

— Сперва разговор, — решительно остановил ее Неогон. Девушка запнулась на ровном месте, а маленький человечек продолжил: — Ты уверена в том, что все сделала правильно?

— Да, — ответил я вместо девушки. — Потому что были люди, которые...

— Бавлер! — с напором произнесла она.

— Что? — удивился я. — Что такого в том, что люди, которые готовы были убивать и убивали, получили по заслугам? А те, кто не делал ничего дурного, получили возможность уйти?

— Мне важно лишь, чтобы путь на юг был свободен, — ответил Неогон. — Сейчас для меня это важно. Не только из-за монастыря. Туда пусть идет, кто пожелает.

Я едва удержался от того, чтобы не спросить, почему же так важно направление на юг, где нет ни селений, ни чего-то другого. Потому что начались бы новые расспросы обо мне и Рассвете.

— Если все безопасно, — продолжал Неогон, — я могу отправить проверяющего уже сейчас?

— Да, — кивнула Фелида. — Можно отправлять.

— Тогда завтра к вечеру он уже вернется, и ты получишь оплату, — правитель позволил себе легкую улыбку и протянул руку к чашке подостывшего чая. — Но, боюсь, сегодня вам отдыхать не придется. Есть еще кое-какая работа, которую надо сделать. Причем срочно. И обоим.

Глава 9. Новые задачи

— Извините, конечно, но у меня были другие планы, — тут же возразил я и пожалел о сказанном:

— Придется повременить, — довольно жестко отреагировал на это Неогон. — Не в нашей ситуации размениваться на мелкие поручения.

Говорить про то, что каждый день промедления для жителей Рассвета критически опасен, я уже не стал. Едва сдержался. Иначе он станет еще опаснее.

— Дел немало, скажу сразу, — не дождавшись подтверждения, продолжил