Командор (СИ) - Валерий Михайлович Гуминский

— Самый быстрый путь, как ни странно — по рекам. Но не каждый парусник сможет пройти по ним. Тебе ли не знать, купец. Поэтому понастроили суденышки, которые прекрасно себя чувствуют даже на самой плюгавенькой речушке. Берут товар из Скайдры, к примеру, и доставляют его в Натандем, что находится в тысячах лигах от побережья.

— А эти… гильдейские, они откуда товар берут? — заинтересовался я. Правда, пока не понял, к чему клонит Грашар. Заниматься подобным промыслом? Не знаю, не знаю. Выгоды какие-то… несерьезные.

— Заходит в Скайдру большой корабль, в трюмах которого очень много интересного и нужного товара. Морские купцы хотят быстро сбыть его, на зачастую бывает так, что в Скайдре, к примеру, завались шелковых тканей или горы разных и нужных скобяных изделий. Зачем еще склады забивать, если они и так под крышу забиты? А в Натандеме того и другого в обрез. Ну, хочется провинциальным красоткам щеголять в красивых одеждах, а дворянину приспичило новый дом строить! И тогда появляется ушлая речная гильдия. Ведутся переговоры. Один хочет получить неплохую прибыль, побыстрее очистив трюмы. Второй сбивает цену. Но все равно приходят к согласию и ударяют по рукам. Груз перегружается на речные суда и перевозится в нужное место. Речники получают огромную прибыль на разнице.

— Подожди, уважаемый Грашар, — поднял я руку. — Зачем ты мне предлагаешь влезать на чужую территорию, уже поделенную? Это же хлебное местечко, куда не пустят какого-то пришлого со своей командой?

— Говорю же, сообразительный ты парень, — усмехнулся хозяин таверны. — Но не все понял. Я тебе другое предлагаю. У этой «речной гильдии» есть одна большущая проблема. Некому защищать груз. Если вдоль побережья и в крупных городах королевские войска следят за порядком, то в глубинке местные бароны ведут себя куда нахальнее. Чем дальше от столицы, тем сильнее желание оставить в своем кармане побольше денег. Казна, по мнению этих баронов, не оскудеет, если с каждого речного купца по десятку золотых монет слупить. А повезет, так и вовсе полностью товар забрать.

— Ты хочешь сказать, что бароны внутренних провинций занимаются банальным грабежом? — решил уточнить я. Теперь что-то стало проясняться.

— Именно, — еще на полтона ниже сказал Грашар, даже на шепот перешел. — Речники готовы были согласиться платить малую мзду за безопасный проход по рекам, но алчность наместников оказалась куда сильнее, чем стабильный золотой и серебряный ручеек в их карман. Им хочется много и сразу.

— И речники продолжают возить товар? — изумился Рич.

— А куда денешься? — развел руками Грашар. — Если бы риск не оправдывался, давно бы забросили это дельце.

— Неужели нельзя пожаловаться королю? — Гусь сытно икнул и осоловело поглядел на хозяина таверны. — Так и так, обижают нас, Ваше Величество. Накажи злодеев!

— Да сложно все, — поморщился Грашар. — Не каждая жалоба доходит до короля. Ежели вину барона докажут, тогда есть надежда на справедливое наказание. Но слухи ходят, что наместники провинций имеют в столице своих людишек, которые вовремя подмазывают чиновников из Канцелярии. Не удивительно, что до сих пор бароны жируют за счет речников.

— Купцам нужна своя охрана? — я посмотрел на Рича и тот пожал плечами, отдавая право решать вопрос мне.

— Да, — выдохнул Грашар и провел ладонью по лысине.

— Я в твое умение видеть душу человека с первого раза могу поверить, — наклонившись к нему, проговорил я. — Но меня ты все равно плохо знаешь, как и я — тебя. Только познакомились, и вдруг ты сразу предлагаешь сомнительное предприятие. Почему я должен принять твое слово на веру? Почему предлагаешь мне работу наемника? Мы торгаши, а не воины. А на рожи моих приятелей не гляди. Они могут кровушку пустить, но видеть в них головорезов — пустое дело. Что скажешь?

А ведь идея охранять товар речных купцов — невероятная удача для меня и моих штурмовиков. Можно создать охранную артель и сопровождать груз по всей Дарсии, заодно занимаясь шпионажем. Места дислокации гарнизонов, охрана важных объектов, тайные базы королевского флота, выходы через реки к побережью — это же находка для лорда Келсея! За такую информацию император обязан вернуть мне дворянский титул!

— Обычно прямиком с корабля рвутся в трактир, — усмехнулся Грашар. — А вы сразу к губернатору зашагали… Да видел я вас, топчущихся возле фонтана, как будто не знавших, какую дорогу выбрать. Уже то, что вы не зашли ни в один из постоялых дворов, говорило о важной птице, залетевшей в наш Акапис. Потом вы свернули на Дворянскую улицу. Скажешь, что к милой матушке торопился или к проституткам? Так нет там борделей, все они в портовом поселке или здесь, на Бархатной улице. И про матушку кому другому ври. Что-то ты хотел от губернатора, зуб даю. А потом ко мне служилые из портовой стражи заглянули стаканчик рома пропустить. Они и сказали, что прибыл странный корабль, больше похожий на пиратский, с наглухо задраенными пушечными портами. И люди, сошедшие с него, внушают опасение больше, чем уличные грабители. Вот и сопоставил эти слова с твоими, когда возле стойки разговаривали. С чего бы обычному торговцу сломя голову бежать к градоначальнику? Ха-ха!

— А к кому бежит торговец в первую очередь? — стало мне любопытно.

— Он ни к кому не бежит, — ухмыльнулся Грашар. — Его первая цель: опустошить свои трюмы в пустующие лабазы и решить все вопросы с таможней. Оплата пошлины, разрешение для экипажа на выход в город. Пойми, Игнат… В Акаписе всего три торговых Семьи. Уважаемые и богатые люди: Вейлин, Мердок, Флаерти. Запомни эти фамилии. Они уже знают о твоем появлении, и поверь, начнут плести интриги, чтобы не допустить нового игрока в свой курятник. Сколько у тебя кораблей?

— Остался один.

— А у них по десятку морских судов, Игнат. Тебе с ними не совладать. Сожрут. Вот я и прикинул ситуацию, поняв, что ты за человек. Потому и рискнул предложить хорошую работенку.

— И сколько платят за сопровождение груза? — рассказ Грашара меня не расстроил, но внес кое-какие коррективы в первоначальные планы. С торговцами бодаться сейчас не с руки, нужен иной ход.

Грашар засмеялся, и довольный собой, поднял кружку с пивом, показывая, что не прочь вместе со мной выпить. Я приложился к ней своей посудиной.

— Хорошие деньги, парень, очень хорошие. Сумеешь себя показать удачливым