Гром над Империей Часть 1 - Тимур Машуков

— Да мы знакомы уже. Меня зовут София. Кстати, спасибо, что не убил, хотя мог. Я чуть не умерла со страха, чувствуя твои клыки у себя на шее.

— Так это была ты-ы-ы!!! — возмущенно выдохнул я. — Чем ты думала, когда подставляла мне свою шею? Я ведь еле сдержался, чтобы не вцепиться в нее! И в тот момент моим телом управлял зверь. Еще секунда — и порвал бы тебя на части!!!

— Ну, не порвал же, — пожала плечами она. — Волк, напавший на самку, считается порченым, и его сразу убивает стая. А я надеялась, что человеческая часть в тебе проснется раньше, чем твои клыки оборвут мою жизнь. И, как видишь, не ошиблась. А смерть? Ну, может, так было бы лучше, чем такая жизнь, — грустно проронила она, и Милана обняла ее за плечи, крепко прижав к себе.

— Ладно, что это мы о грустном… Нас же ждет развлечение! — вмиг повеселела София. — Сейчас я мигом приведу Вихря, и мы начнем тебя учить на нем ездить!

— Вот что-то кличка эта мне совсем не нравится!.. — запротестовал я, поднимаясь и начиная потихоньку пятиться к двери. — А не найдется ли у вас лошади, например, с кличкой Тихий? Ну, или Спокойный, Соня там… Лентяй вот тоже подойдет…

— Нет, у нас только Вихрь и Буран сейчас свободны. Выбирай, какого хочешь?

— Э-эх, ну и ладно, мне, собственно, все равно, от кого принять смерть лютую. Если что, поминайте меня добрым словом и запомните молодым и красивым!

Засмеявшись, девчонки подхватили под руки упирающегося меня и потащили во дворец Тьмы, то есть, в конюшню.

Войдя туда, я сразу же увидел двух жутких демонов, что по какому-то недоразумению приняли облик лошадей. Причем, оба кровожадно поглядывали на меня, а из их пугающе алых глаз сыпались искры, из раздувающихся ноздрей валил черный дым, а из оскаленных пастей вырывалось адское пламя… В промежутках между острыми клыками у них застряли куски кровоточащего мяса, что явно еще недавно было человеком!..

Так, что-то совсем воображение разыгралось!.. Обычные лошади, жуют себе зерно, доброжелательно смотрят на меня… Нет, коварные демоны, вам меня не обмануть!!!

— На вот, угости их, они это любят, — сказала София, с улыбкой протягивая мне обрубок чьей-то руки…

— Черт, нервы совсем сдали! — забирая у нее яблоко, отчаянно подумал я. Протянул с опаской фрукт тому, кто стоял ближе, уже внутренне готовясь врезать ему по морде, если глупое животное попытается откусить часть любимого меня…

Услышав довольный хруст, я понял, что он не напоминает хруст костей, и с удивлением обнаружил собственную целую руку и довольно хрустящего яблоком коня.

— Ну, вот вы и познакомились, — довольно заключила София. — А теперь идемте во двор, будем тебя учить на нем ездить.

Обреченно вздохнув, я вывел будущего убийцу моей задницы из конюшни, все время опасаясь, что тот укусит меня за голову. Но нет, конь вел себя на удивление тихо.

Сев в седло, я, подчиняясь командам молодых учительниц, пустил коня тихим шагом по двору.

— Да круче меня только горы! — самодовольно подумал я, нарезая уже третий круг по большому двору.

— А теперь быстрей! — внезапно крикнула Милана и звонко щелкнула кнутом.

И эта четвероногая скотина, будто только того и ждала, резко переключив скорость, рванула по кругу бодрой рысью.

— Сто-о-о-ой, сука, стой, стрелять буду!!! — заорал я, чуя отбитой задницей скорую встречу с землей…

Через час, полностью вымотанный, еле передвигаясь на не сгибающихся ногах по двору под смешки девушек, я, тихо матерясь, проклинал себя за желание избавиться от страха перед лошадьми. Я давал себе самые страшные клятвы больше даже на полшага не приближаться к ним. Но так же я понимал, что завтра опять сяду на этого коня и буду ездить, пока не упаду. Упертости мне не занимать, а значит, будет день, и будет новая битва с внутренним демоном. Я решил окончательно победить свой страх.

Раздевшись до пояса под любопытными взглядами девушек, хотя, чего Милане-то любопытствовать, я не понимал, она ж и так уже все видела, я опрокинул на себя ведро с ледяной водой, смывая с себя пот и грязь. Тело ныло от непривычных нагрузок, и на миг я представил себе, как меня будет ломать, когда я вернусь в свое физическое тело. Вздрогнув от фантомных болей, которые живо нарисовались в моей голове, я зашел в дом. Через пару часов будет тренировка с рыкарями, и надо хоть чуть отдохнуть…

Так и потянулись мои дни, сливаясь в недели и месяцы. Ежедневные выматывающие тренировки сменялись днями медитации, для которой я уходил в Велесову рощу. Там я научился вызывать дух зверя по своему желанию и оборачиваться волком, не теряя связь с человеческим разумом. Иногда по ночам я уходил в рощу просто побегать под луной, почувствовать свист ветра в ушах. Все встречные духи спешили уступить мне дорогу, справедливо опасаясь быстрой расправы. Я считал этот лес своим, и чужим хищникам в нем было не место.

Сидя на берегу реки, что изначально обжигала меня, как кислота, а теперь дарила прохладу, я думал о том, что происходит в мире живых, иногда с ужасом замечая, что меня все меньше тянет туда возвращаться.

Когда я обратился с этой проблемой к Святогору, тот долго хмурил брови, а после сказал, что мой дух начинает терять связь с реальным телом. Не больше полутора лет он дал мне быть на острове, иначе — полное забвение. А чтобы не терять связь с миром живых, надо постоянно вспоминать самые яркие моменты той жизни.

Вот я и старался каждый раз вспоминать все самое хорошее, что осталось в том мире.

Еще я узнал историю Миланы. Мне было странно, что есть внучка у богатыря, а где же тогда отец ее и мать? Саму ее я спрашивать не стал, а спросил учителя. Тот и рассказал.

Более трехсот лет назад пришла сила темная из-за окоема. Порубили они порубежников, да осадили стены города. Десять дней они забрасывали его горящими стрелами да черной магией. Отец Миланы, сын Святогора, был командиром рыкарей, что бились в первых рядах. Узнав где находится портал, откуда прибывала к басурманам подмога, ночью устроили они к нему вылазку, и ценой своих жизней сумели-таки закрыть его. Узнала мать Миланы, что сложил в битве голову ее муж, от отчаяния и чёрной тоски кинулась на стены с мечом, да там и погибла, сраженная заговоренной стрелой шамана лиходеев. Так в один день остался старый воин без семьи, а внучка