Проверка. Книга вторая - Геннадий Владимирович Ищенко

такой шубе может попасть в неприятность. Вот что ты сделаешь, если попытаются из неё вытряхнуть?

– Убивать не буду, – пообещала Настя. – Забудут о моей шубе, а в наказание отдадут всю свою наличность. Карточки, так и быть, забирать не стану. Что ты на меня так смотришь? Считаешь, что таких нужно прощать? Я не могу сдать их в полицию, поэтому накажу по-своему.

– А если запретить им этим заниматься? Ты ведь можешь внушать…

– Внушением не сделаешь подонка порядочным человеком, – объяснила она. – На этом давно обожглись и предпочитают не переделывать преступников, а казнить. Если запретить убийце убивать, а грабителю – грабить, то такой тип просто свихнётся. Для них насилие – как наркотик для наркомана: лишишь – и начнут сходить с ума от ломки. А на безумцев не действует ментальная магия. Они такого натворят…

– Я поняла. Скажи, а чего ты хочешь от жизни? Вот продадим мы этот кинжал или золото, и будет много денег. Деньги или квартира, которую ты хотела купить, – это всего лишь средства, делающие жизнь удобней и приятней. Твой экстернат – тоже средство, которое позволит не потерять год.

– Ты хочешь поговорить о смысле жизни или узнать, чем я хочу заниматься? – с улыбкой спросила Настя. – Если о смысле, то у меня нет своих мыслей, могу повторить чужие. А если о моей профессии… Я пока не знаю, чего хочу. Когда-то хотела стать учительницей, но этого желания давно нет. К власти быстро привыкают, она даёт человеку совсем другие возможности. Меня тяготила власть, хотелось не тратить время и силы на других, а жить своей жизнью. А сейчас я от неё отказалась и как будто лишилась части себя. Образовалась пустота, которую нечем заполнить. Я так привыкла решать за других и обо всех заботиться, что теперешние заботы кажутся мелкими и не достойными внимания. Мне трудно тебе объяснить…

– Не старайся, я тебя поняла, – обняла её мать. – Когда-то я, несмотря на юный возраст, была одним из лучших специалистов в своём деле. Из-за вас пришлось бросить работу и посвятить себя семье. Мне ведь тоже пришлось нелегко! Ладно, в четырнадцать большинство подростков не определяются в выборе цели, так что у тебя есть время.

– Я стараюсь не думать о богине, – сказала девочка. – Мысли о ней рождают страх. Я говорю не о судьбе Земли и человечества, об этом вообще не хочется думать, а о своей собственной. Она бросила меня в свой мир и наблюдала, как я в нём барахтаюсь. И хорошо, если только наблюдала, я думаю, что она постаралась, чтобы я не жила спокойной жизнью. И здесь наверняка будет то же самое.

– Отец говорил о том, что ты хочешь сама создавать себе трудности, чтобы это не сделали вместо тебя. По-моему, это глупость. У тебя и так был непоседливый характер, а после той жизни, которую ты вела в другом мире, и этой силы… Девочка моя! Боюсь, что никакой спокойной жизни у тебя не будет, и твоя богиня здесь ни при чём! Знаешь, что такое адреналиновые наркоманы?

– Ну спасибо! – обиделась Настя. – Хочешь сказать, что мне скучно жить нормальной жизнью и я сама обязательно куда-нибудь влезу?

– Ты уже чуть было не влезла, когда решила заняться продажей кинжала, – сказала мать, – так что зря обижаешься на мои слова. Скажи, в том месте, где хранились кинжалы, было очень сухо?

– Большой влажности там не было, но я не назвала бы его сухим. Рядом течёт река, да и дожди идут три-четыре раза в месяц. Это летом, зимой они идут почти непрерывно. А почему ты спрашиваешь?

– Тысячу лет сталь может сохраниться только в очень сухих местах, например, в пустынях Африки, в нашем климате она превращается в труху, а твои клинки как новые. О чём это говорит? Или о том, что в них совершенно необыкновенный металл, или о том, что их что-то сохраняет от разрушения. Может это делать магия?

– Магия может сохранять, но в них её нет. Если она и предохраняла от порчи, это было давно. Ты боишься результатов экспертизы?

– Конечно, – подтвердила мать. – Я не знаю, что в них могут обнаружить, но не сомневаюсь, что будет что-то феноменальное. Экспертизу будут проводить по договору, в котором обычно запрещается разглашать результаты, но в некоторых случаях на это могут наплевать, а я не хочу, чтобы ты связалась с государством. Оно и раньше не больно считалось с теми, кого использовало, а сейчас и подавно, потому что наверху столько дерьма…

Они подошли к дому и поднялись в квартиру. Оля была занята куклами и не отреагировала на их появление, а домовой спал на кровати. Он сделал себя невидимым, за что и поплатился.

– Из-за тебя я стану заикой! – сердито сказала Настя. – Зачем было скрываться от глаз?

– А не надо так падать на кровать! – хныкал придавленный Марк. – Могла бы и пощупать! Я лёг спать, а скоро должна прийти твоя сестра. Ты уж разобралась бы с ней.

– Ты прав, – согласилась девочка, – попробую с ней поговорить. Если не получится, потом можно стереть память.

– Ты меня покалечила, – пожаловался он, – теперь показывай мультик, а лучше два.

– Десять, – ответила девочка. – Разогнался! Вы будете смотреть свои мультики вперемешку с фильмами. Сейчас чего-нибудь найду. А тебя могу подлечить магией.

– Обойдусь, для этого у меня есть своя магия. А ты быстрее ищи свою фильму, а то ужин не скоро, а спать больше не хочется. Когда будет нормальный дом?

– В будущем он будет, – сказала она и включила компьютер. – Не мешай, а то буду долго искать.

Итогом поисков был советский фильм «Кыш и Двапортфеля» о двух первоклашках. Сама она его не смотрела, но решила, что для первого раза сойдёт. Собрав перед экраном изнывающих от нетерпения зрителей, Настя запустила фильм и предупредила, что может быть много непонятного.

– Если чего-нибудь не понимаете, жмите на эту клавишу. Фильм остановится, а вы бегите к маме и спрашивайте. Потом опять нажмёте и смотрите дальше. А мне не мешайте, буду заниматься.

Решение задач оказалось делом не сложным, но требующим намного больше времени, чем чтение учебника. Скоро устала писать рука, и Настя решила сделать перерыв.

«Раш, ты ещё жив?» – спросила она браслет.

«Неужели я понадобился? – язвительно отозвался он. – А я уже думал…»

«Раньше тебе не нужно было разрешение для болтовни, – перебила девочка. – Кто говорил, что он часть меня? Ладно, обойдёмся без упрёков, лучше ответь, что можно делать магией с металлами. В курсе для студентов Академии не было ничего такого».

«До фига всего