Мэри Джентл - Том II: Отряд

«Так не делается! Ты нужна им здесь, ты — их герцогиня!»

Аш подавила желание заорать на своего лекаря и спокойно предложила:

— Может, лучше устроить в погребах раненых, на случай обстрела?

— Ладно, разберусь.

Снаружи донесся отдаленный грохот. Аш подошла к окну, потом к другому, выглянув в щелку между рамой и ставнем. За стеной взметнулся драконий хвост пламени.

— Ну разве не очаровательно? Полуденная бомбардировка. По этой команде у южного моста можно башенные часы проверять. Анжелн, ты был прав насчет этой башни. Не стоит облегчать им работу.

Люди чуть расслабились. «Но не могу же я все время утешать их шуточками». Встретив взгляд зеленых глаз Флоры, Аш различила под решимостью острое лезвие паники.

— Ладно, парни. Основная канва намечена. Десять минут на выпивку и сплетни… — Аш подмигнула, — потом возвращайтесь сюда, и займемся проработкой деталей.

Под шум отодвигаемых кресел Флора дрогнувшим голосом проговорила:

— Хорошо бы армия Маргариты подошла поскорей, правда?

Совет продолжался до ранних осенних сумерек и затянулся до ночи. Слуги внесли ароматные восковые свечи, и Аш, на мгновение оторвавшись от беседы, завистливо вздохнула: какая роскошь! — вспоминая горевшие сейчас в отрядных помещениях вонючие сальные огарки.

Привилегии ранга! Она насмешливо усмехнулась уголком губ, поймала неосторожный изумленный взгляд Ромона и снова принялась постукивать по столу и переставлять по скатерти золотые тарелочки, обозначая расположение визиготских отрядов под Дижоном.

— У него пол-отряда из купцов! — прогремел один из сотников, Сен-Син. — Я не поставлю своих рыцарей рядом с людьми Лоэкта!

Сдерживая рвущееся на язык едкое замечание, Аш вздохнула про себя: «Вот еще, дери вашу мать!»

— Мы все утомлены, — тактично заметил де Ла Марш, и обернулся к Флориан: — Ваша милость, никто из нас не спал этой ночью. Дел предстоит много, и желательно приступить к ним в полной готовности. Нам следует спать по очереди, половина командиров днем, половина ночью.

— Кроме Девы Бургундии, которой придется ложиться с заутреней, а вставать ко всенощной… — шепнул Роберт Ансельм на ухо Аш.

— Да пошел ты… ростбиф!

Он самодовольно, раскатисто захохотал.

— Господи, вот тебе точно надо проспаться! — Аш толкнула его локтем в бок. — Флориан…

— Не уходите пока, — бросила через плечо герцогиня. Капитаны прощались и покидали зал совета.

Епископ Камбре поднялся последним, но, вместо того чтоб направиться к выходу, обошел стол и встал перед герцогиней Бургундской.

— Епископ Джон, — Флора указала длинным белым пальцем на Аш. — По поводу завтрашней ночи… вот выбранный мной свидетель.

Он просиял:

— Разумеется, дорогая мадам герцогиня.

Поглядывая на дожидавшихся ее Роберта с Анжелотти, Аш запротестовала:

— Я не могу терять время на еще одну бесконечную публичную церемонию. Епископ удивился:

— Публичную? Народу ни к чему видеть ее. Люди и так знают свою герцогиню. Ее узнают на улице. Принятие герцогской короны касается только ее и Господа.

— Тем более я там не нужна, — пожала плечами Аш.

— Но герцогиня желает, чтобы вы несли бдение вместе с ней. Я также останусь на всю ночь, и со мной еще двое свидетелей. Утренняя месса принесет ей корону, но герцогиней она является независимо от этой церемонии!

— Я занята! На мне мои уб… мой отряд! нет, теперь вся армия! Нужно заняться размещением бургундских отрядов…

Пальцы Флориан коснулись ее запястья.

— Аш, мне нужно, чтоб рядом был друг. Можешь не говорить, что считаешь это все полной херней…

Аш смущенно выпалила:

— Можешь не говорить, что сама придерживаешься того же мнения!

Флора болезненно улыбнулась, не замечая возмущенного взгляда церковника.

— Не в том дело. Помнишь свой разговор с Карлом? Ты хотела знать, «почему Бургундия?» И я тоже. Я герцогиня, и должна понять: почему Бургундия, и почему — я.

Аш моргнула. Сон почти одолел ее. Она скинула слабость в темный чулан сознания, где хранила подобные вещи.

— Думаешь, это «бдение» что-нибудь прояснит?

Флора метнула взгляд на бургундского епископа.

— Очень надеюсь!

Она проспала час в отрядной караулке у южных ворот, потом еще час в оружейной, где писцы подсчитывали боеприпасы. Остаток ночи и наступившее утро провела среди алебардщиков, стрелков и оруженосцев, оценивая их боевой дух, выслушивая рапорты офицеров, но, главным образом, показывая себя людям.

— Дева? — заметил безносый ветеран кампаний герцога Филипа. — Вот это дело! Если уж господь послал одну такую французам, так Бургундию ему грех обойти!

Его невнятная речь давала ей возможность притвориться непонимающей. Аш подмигнула старому вояке:

— У тебя, дедушка, точно есть причины дивиться, что в Дижоне еще обнаружилась хоть одна девственница!

Шутка в минуту разошлась по казармам и обогнала ее на пути к дому вице-мэра, где была принята с меньшим восторгом и большим смущением. К этому времени Аш, говорившей одновременно с двумя, тремя, а то и четырьмя людьми разом, было уже не до стыдливости городских чиновников.

Вернувшись к полудню в башню, раздетая пажами до нижней рубахи, она присела на тюфяк, и сама не заметила, как заснула, ткнувшись носом в набитый соломой мешок. Она проспала короткие светлые часы, разбуженная только однажды шумом, который устроили три девятилетних пажа, устроившись у камина чистить ее латы. Запах впитывавшегося в кожаные подкладки масла потревожил ее, заставив приподнять голову и моргнуть. На тюфяке по другую сторону очага недвижной глыбой свернулся спящий Ансельм. Аш подтянула под себя локоть, собираясь встать.

— Босс, — присел рядом ней на корточки Рикард. — Сообщение от капитана Анжелотти: «Незаменимых у нас нет, отряд превосходно обходится без тебя, спи дальше!»

Аш возмущенно промычала что-то невнятное и снова рухнула на солому.

Когда она проснулась второй раз, паж у камина резал хлеб и совал в рот корочки, а напротив распростерся на постели Анжелотти, являя миру ангельский лик и душераздирающий храп.

Рикард, надраивая забрало салада тончайшим белым песком. поднял на нее взгляд:

—.Босс, сообщение от капитана Ансельма и месснра де Ла Марша: «Незаменимых у нас нет, армия прекрасно обходится…»

— Поганцы, — сипло буркнула Аш и заснула снова. Она спала без сновидений: ни запаха дикого вепря, ни горького холода снега на губах — пустой провал. Годфри, если и присутствовал, таился слишком глубоко в душе, чтобы коснуться сознания.

Когда сон наконец отпустил ее, Аш перекатилась на спину, выпутываясь из теплой груды одеял и мехов, и красноватый закатный луч из бойницы упал на ее лицо.

— Послание от дока… от герцогини, — заторопился Рикард, заметив, что она проснулась. — Она ждет вас в часовне.

Аш появилась в купальне дворцовой часовни Митры, как раз когда Флориан выходила из деревянной ванны, и служанки укутывали ее белоснежным полотном. Ткань пропиталась влагой. Пар быстро рассеивался в холодном воздухе.

— Это называется немедленно? — встретило ее восклицание Флоры.

Аш отдала пажу шляпу и плащ и снова повернулась к лекарю-герцогпне, уже укутанной в широкую отороченную мехом мантию синего бархата. Аш прошагала к ней по каменным плиткам пола.

— У меня были дела. Надо было поговорить с Джасси, с Джонвиллем и с остальными сотниками Ла Марша, — Аш зевнула в кулак и блестящими глазами взглянула на Флориан, которая жестом отослала своих служанок. — И еще прибывшие в город французские и германские рыцари со своими людьми. Все очень милы. Посмотрим, каково будет, когда мне придется отдавать им приказы…

— В следующий раз, когда позову, приходи не откладывая.

Флора говорила резко. Аш открыла рот огрызнуться, но женщина добавила:

— Предполагается, что я — герцогиня. В каком виде ты выставляешь меня перед этими людьми? Если мне должны повиноваться — повиноваться должны все!

— А, — Аш пристально посмотрела ей в лицо, потом передернула плечами, провела рукой по серебристым волосам и кивнула: — Угу, ладно. Справедливо.

Несколько секунд они мерялись взглядами.

— Я понимаю… — воскликнула Аш.

— Гордость босса уязвлена!

— Ты… — Аш осеклась и вместо: «ты не настоящая герцогиня», закончила: — Ты же знаешь, чем бы ты ни была для Диких Машин, для меня и для нашего отряда ты не герцогиня.

В голосе старшей женщины проскользнуло сожаление:

— Рада слышать…

— И все равно, я не могу тратить время на эту чепуху. Если это чепуха. Ты уже говорила с епископом?

— Он ничего не хочет объяснять, пока я не пройду бдение.

— О, дери его! Ну, тогда давай. В конце концов, без сна можно и обойтись.

Из-за длинных гессенских занавесей снова показались девушки. Одна поднесла герцогине чашу с вином, две другие подали полотенца и свежую одежду. Аш рассеянно наблюдала, как они разворачивали и вытирали золотоволосую герцогиню — ее ум был занят расстановкой постов. Флора повернулась к ней, открыла рот, собираясь что-то сказать, вспыхнула и отвернулась. Краска разлилась от лица по шее к обнаженной груди. Аш, ожидавшая скорее ядовитого замечания, чем смущения, почувствовала вдруг. что тоже краснеет, и повернулась спиной к суетившимся служанкам.