Авантюрист. Финал (СИ) - Риддер Аристарх

Поэтому, мне важно чтобы моя неоднородная армия пошла за мной просто потому, что я так хочу. Сейчас это так, люди верят мне, я по-настоящему делаю их жизнь лучше, как европейцам, так индейцам. Но если я брошу две сотни моряков, то отношение может измениться.

Переговоры с Броком может быть и хорошая идея, но чем-то она мне не нравится, поэтому надо бить. Аккуратно, но сильно.

На восточном побережье у меня после утопления "Сан Хуана" ничего не осталось, гнать боевые корабли с Тихого океана это пара месяцев, да и там сейчас одна "Святая Луиза", "Стелла Марис" сопровождает "Флориду" в её путешествии в Россию, с ними же ушёл "Кадьяк". Остаётся только шестерка наших корветов. Это, конечно, мощь такая, что любого противника сможет раздавить, но проблема в том, что они просто не дойдут до Флориды без угольного транспорта.

Тот, кто спланировал эту операцию, очень хорошо всё просчитал и подловил "Сан Хуан" в очень удобное время. Если прибавить к этому то, что на утопленном испанском фрегате были наши ядра и порох, которые поставляли только в одну страну, то станет ясно: мексиканцы к этому точно причастны.

Когда моя армия отправиться в Россию ей будет нужен надёжный тыл и уверенность что никто на Калифорнию не прыгнет, пока большая часть наших сил будет за океаном. Значит, надо и с южными соседями разобраться.

Пока мы летели домой, я думал, как поступить и в итоге пришёл к выводу, что придётся переменить собственное решение насчёт военного применения цеппелинов. Я решил демонстративно сжечь парочку английских кораблей, которые стоят в порту Гаваны, и одновременно с этим раскидаем над городом листовки, где будет объяснено, в чём дело. Если этот Морроу не поймет что нужно делать, то мы повторим еще раз, а потом, при необходимости еще раз.

А вот после того как мы нанесём удар по Гаване, мой посланник, скорее всего им будет Александр Младший, отправится в Йорк, к губернатору Броку. Задачей у моего сына будет убедить англичан, что всё произошедшее в Гаване это следствие необдуманных поступков губернатора Морроу и после освобождения моих людей и принесения извинений инцидент будет исчерпан.

На первый взгляд задача сложнейшая, всё-таки Великобритания это колосс против Калифорнии, весовые категории просто несопоставимы чтобы в одну каску, без поддержки какой-то могущественной державы делать такие заявления и что-то требовать.

Но это только на первый взгляд, если копнуть чуть глубже, то не всё так однозначно.

Во-первых, у Александра младшего будет очень серьёзный козырь на переговорах с Броком: дамоклов меч бомбардировок всех крупных городов в британских колониях. Чем принципиально отличается Гавана от Монреаля или Йорка? Да ничем.

Во-вторых, и это может быть даже важнее, есть и еще один аргумент: оставленный в Сент-Августине президент США Джеймс Мэдисон.

Характер его повреждений был такой, что совершенно нет никакой разницы, где он будет находиться, во Флориде или в Калифорнии. Все что сейчас требуется это время и покой. Недели через две-три уже будет понятно, пронесло его или нет.

Поэтому я его оставил в поселке при базе цеппелинов. Там есть, кому за ним присмотреть, как-никак мои врачи во Флориде имеются. Да и с охраной всё более чем хорошо: несколько сотен до зубов вооружённых семинолов, которые знают что это очень ценный для Белого Духа человек.

Мэдисон мне важен, потому что сейчас есть реальный шанс консолидации абсолютно всех антианглийских сил в Северной Америке: Калифорния с её индейскими союзниками плюс Соединенные Штаты.

Этот альянс может вообще выкинуть красномундирников с континента, да и их мексиканским прихлебателям тоже достанется по полной программе. Сила однозначно будет на нашей стороне. Если оставить в стороне Мексику, она в любом случае попадает под раздачу, и посмотреть на английские колонии, то получится вот такая картина:

Каждый рейс Цеппелина из Калифорнии это пять тонн оружия и боеприпасов, а у нас их два. Один будет работать транспортом, а другой бомбардировщиком. Пока один будет бомбить города в Канаде, на Кубе и на остальных островных колониях Великобритании, второй привезет достаточное количество боеприпасов и стрелкового оружия и для союза Ахайи с Текумсе и команчами, и для американской армии. В итоге союзники смогут ударить и на севере, в Канаде, и на юге, в Луизиане.

С английским флотом чуть сложнее, у американцев на море вообще ничего нет, а бомбить английские корабли в море это просто глупый расход дефицитных бомб, которых у нас, вообще-то, пока нет вообще.

Но корабли не могут всё время находиться в море. Стоит им встать на якорь в каком-нибудь из британских портов, то всё: они мишень. Они ничем не будут отличаться от зданий, и уничтожать их станет намного больше. Для того что бы мониторить ситуацию в Атлантике я хочу привлечь к операции не только цеппелины, но и пегасы. Они будут выполнять роли наблюдателей и разведчиков.

Английские корабли, у побережья Северной Америки, все, а не только военные, будут рано или поздно уничтожены и море станет нашим, а там и станут возможны десантные операции на Кубе и других островах Карибского бассейна.

В итоге из-за жадности одного козла британская корона лишится вообще всех колоний в Северной Америке и от такого удара она может и не оправится. Я думаю, что это очень сильная позиция на переговорах.

Но слова обязательно должны быть подтверждены действиями. Практика это мерило истины, без сожженных на рейде Гаваны кораблей Брок и его приближенные просто не поверят в то, что всё перечисленное возможно.

И, пожалуй, переговоры мне нужно будет вести самому, и отправлюсь я не в саму Канаду, а в Профестаун Текумсе.

— Так, господа, я собрал вас не просто так. У меня есть очень важное задание для всех вас. И это задание первоочередной важности.

Сразу по прибытию в Сан-Франциско я собрал все экипажи дирижаблей, инженеров с завода по их производству, оружейников и электротехников. Всех тех, кто будет решать вопрос превращения сугубо гражданских цеппелинов в бомбардировщики.

После краткого описания сложившейся ситуации с заложниками я поставил задачу:

— Мне нужно чтобы вы, господин Лемтакис, — я повернулся к Костасу, разработали для меня бомбу, которую может нести цеппелин. Я не думаю что бомба по устройству будет сильно отличаться от фугасного снаряда: взрыватель ударного действия, кордит корпус…

— Простите, господин президент, — подал голос Семён Колокольцев. Изобретатель парашюта тоже был здесь, — для бомбы еще нужно будет оперение как у стрелы, или что-то подобное. Иначе она может перевернуться, пока будет падать и взрыватель не сработает.

— Важное замечание Семён, спасибо, — кому как не ему знать, как себя ведут предметы, которые скидывают с высоты, логично, что он сразу сделал такую ремарку — ты тоже займешься работами над бомбой.

— Ясно, господин президент.

— Теперь к тебе Лука, — обратился я к главному конструктору наших дирижаблей, — ты должен будешь вместе с нашими электротехниками разработать подвеску для сброса бомб. Мне нужно чтобы вы открывали ворота грузовых или пассажирских отсеков и руками выталкивали бомбы. Бомбы должны висеть под брюхом и сбрасываться нажатием копок в кабине.

— Это скорее работа для электротехников, я и мои люди тут не нужны, — ответил Лука.

— А ты всё равно займись, не дай Бог что случится.

— Ясно, мистер Гамильтон, сделаю.

— Хорошо. И вот еще что, к твоим спортсменам, — я имел в виду экипажи Пегасов, — и к тебе будет еще одна задача. И вот тут нужен ты.

Мне нужно чтобы цеппелины не просто сбрасывали бомбы, но и попадали куда нужно. Экипажи Пегасов собаку съели в точных сбросах капсул с докладами со своих дирижаблей. Придумайте мне пусть примитивный, но прицел для бомбометания с цеппелинов.

— Простите, что перебиваю, господин президент, — прервал меня один из командиров Пегасов, — у нас уже целая схема разработана как капсулы на землю сбрасывать. Не нужен никакой прицел просто надо чтобы мы, — он имел в виду наблюдателей, — были в составе экипажа цеппелина.