Физик против вермахта - Руслан Ряфатевич Агишев

Кто, кто? Деда дал! — буркнул Коля. — Я же говорю, мне это деда дал. Сказал, что потом еще одну игрушку даст и про магниты расскажет. Знаешь, сколько он всего знает? Ты даже столько не знаешь…

Теслина держала его ладошку в своей ладони и молча слушала. Хоть у нее и было множество вопросов, но прерывать его никак не хотелось. Ведь, она уже давно не видела сына таким… живым… обычным, как раньше, когда не было войны…

— Рассказывай, сынок, дальше. О чем еще тебе деда говорил?

А может она не права, что так настороженно все воспринимает? Хорошо же, что Коля, вновь стал, как раньше. Он же перестал уже вздрагивать от каждого громкого звука.

* * *

День, который они так ждали, наконец, наступил. Разыгравшаяся, словно специально непогода, затянуло небо непроницаемыми свинцовыми тучами. Над головой не висели немецкие самолеты, второй день уже подбиравшиеся к острову. Значит, можно отплывать.

— Командуйте, товарищ Андреенко, — Теслин кивнул, рядом стоявшему, капитану первого ранга, откуда-то раздобывшему немецкий морской китель и фуражку. Андреенко сразу же взял под козырек и начал отдавать команды. — Поехали.

Теслин оглядел рубку, где все были заняты делом, и вышел наружу. Какой смысл мешаться под ногами, когда в чем-то не разбираешься. Здесь и без него прекрасно справятся.

— А теперь поиграем по-крупному…

И правда, что он сделал до этого? Вроде бы много, а вроде бы и мало. Казалось, бы тысячи и тысячи испепелённых немецких солдат и офицеров, превращенные в прах танков, бронетранспортёров, самолетов и кораблей стоят немало. Но разве все это было не стрельбой из пушки по воробьям? Обладая оружием просто фантастической мощи, он на самом деле сделал какие-то крохи. Ведь, враг, по-прежнему, неимоверно силен и даже не думает прятаться в своем логове. С запада на восток в спешном порядке маршируют десятки новых дивизий, оснащенных новыми танками, орудиями.

— Заигрался ты, старый… Или запутался…

Да, тысячу раз, да, что он хотел спасти свою маму и себя в этом мире. Да, он хотел изменить свое личное будущее и спасти самое родное существо на этом свете. Но что теперь? Правильно ли поступает сейчас, когда эмоции больше не довлеют над ним?

Размышляя над всеми этими вопросами, старик спустился на палубу и зашагал вперед, не забывая хвататься за поручни. Качка усиливалось, и эти предосторожности совсем не были лишними.

— И что теперь? Хорошо бы спалить Берлин, этот гадюшник, одним залпом…

Теслин как раз остановился около одной из двухорудийных башен эсминца, переделанных в главный калибр. Башня с монстрообразным обрубком, соплом, и без того внушавшая почтение своими размерами, теперь вообще, казалась гигантским сооружением. Угрожающее впечатление усиливалось здоровенными бронированными ящиками с платами предохранителей и понижающих трансформаторов, приваренных к броне.

— Всю мерзость бы на тот свет отправить одним махом…

Невесело усмехнувшись, он покачал головой. К сожалению, здесь и сейчас это было мало осуществимо. Морем до столицы рейха просто физически не добраться. Эскадренный миноносец — это не речной катер с пулеметов, это полноценный океанический рейдер с главным калибром. Такому и на Балтике иногда бывает тесно. Выстрелить на сотни километров плазмой тоже мало реально.

— И долететь вряд ли получится…

С обновленной и серьезно доработанной электромагнитной установкой эсминец, конечно, может подняться в воздух, но никак не часами летать по небу, как птица. Не та у него задача.

— Значит, море… Остается море.

Теслин, естественно, думал уже об этом. И все его мысли «вертелись» только лишь вокруг одной идеи — превратить Балтийское море и всю его береговую линию в пустыню, чтобы ни один боевой или транспортный немецкий корабль, ни одна подводная лодка не смогли выйти в море. Нужно было всего лишь превратить береговую линию Балтийского моря на два-три километра в глубину в полосу расплавленного песка или гранита. Портовые сооружения, подземные базы подлодок, аэродромы, города, расположенные в прибрежной полосе, залить плазмой, тем самым закупорив любой выход к морю.

— Конечно, грязно, нудно, но исполнимо… Если Германию лишить всей прибрежной инфраструктуры, то выйти в море смогут лишь рыбацкие лодки, и то, когда духу наберутся. А Балтийское море для Гитлера это все.

Еще в другой жизни, когда с супругой путешествовал по Балтике на круизном лайнере, экскурсовод долго рассказывал про стратегическое значение этих мест во время Второй мировой войны. С его слов звучали просто несусветные цифры и факты. Большая часть железной руды для военных заводов Германии поставлялась морскими транспортами из Швеции, лесоматериалы и целлюлоза из Финляндии, кобальт и цинк из Норвегии. Счет шел на десятки миллионов тон грузов, которые были так необходимы военной промышленности рейха. Про важность Балтики для воинских перевозок для пополнения и снабжения войск и говорить нечего. Только за один 1941 год, Теслин тогда хорошо запомнил эти цифры, морем было перевезено больше полмиллиона солдат и офицеров, почти тринадцать тысяч автомашин и танков. Отдельной историей была тема подводного флота Германии, для которого Балтийское море было настоящей родильной колыбелью…

— Должны потянуть, непременно должны, — бормотал ученый, вспоминая о десятках и сотнях раз проверенных и перепроверенных расчетов. Всегда выходило одно и то же: главным калибром при желании они могли от пирамиды Хеопса оставить лишь лужу расплавленного базальта.

Размышляя, не сводил глаз с башенной установки. Ведь, она сейчас была тем молотом, которым он должен был раздавить вездесущую фашистскую гадину, как бы пафосно это не звучало.

— А мощности хватит… Море огромно и его энергия невообразимо велика… Тут и на всю Германию хватит…. Хм, а если все-таки попробовать до Берлина дотянуться? Не помню, переменную Планка я учитывал в расчетах прошлый раз или нет? С учетом кривизны земли мы сможем… сможем…

Теслин механически хлопнул себя по карманам плаща, ища неизменный блокнот и карандаш. Можно, конечно, и в уме, но привычка все записывать стала уже его второй натурой. Ему обязательно нужно было перенести на бумагу часть вычислений.

— Кажется, можно…

Рукой похлопал по броневому листу башни. Скоро, очень скоро орудию придется хорошо потрудиться. И нужно быть уверенным на сто процентов, что установка его не подведет.

— По прямой от Берлина и до береговой линии пару сотен километров максимум… По хорошему, один плевок для установки. Хотя…

Глава 33

И устрою я так, что ни птица в небе не будет летать, ни рыба в море плавать, ни зверь по земле ходить…

* * *

Погода установилась