Режим бога 3 - СКС

освоит технику, а вот потом мы в этом курятнике шороху наведем…

25.12.78, понедельник, Москва (10 месяцев моего пребывания в СССР)

В понедельник я решил осчастливить "товарищей по творчеству" новой нетленкой. Называлась композиция "Три белых коня", которые, по замыслу настоящих авторов, должны были уносить исполнителей в "звенящую белую даль"!

Песенка незамысловатая, мотив простенький — максимум за пару дней запишем. В начале 80-х она, помнится, была весьма популярна, несмотря на то, что и фильм "Чародеи" был так себе, и саму песню пел на удивление несимпатичный ребёнок. А уж в исполнении трех красавиц, уверен, всё получится — тематично и харизматично!

Действительно, Клаймич с Завадским мотив ухватили моментально и тут же принялись "шаманить" на клавишах, в окружении других музыкантов. А я, ожидая собеседования с будущими "телохранителями", устроился в кабинете и пустился в сладостные воспоминания о субботнем свидании с Верой.

Просто поразительно, настолько еще летом это была закомплексованная, краснеющая по любому поводу, девчонка. Да к тому же, с такой драмой первой любви… А сейчас — ммм! Вообще, насколько могу судить из жизненного опыта, Вера — идеальная любовница. О-очень красивая, нежная, ласковая, неглупая, спортивная, послушная… Кончает легко и часто, что весьма большая редкость. Пока я на один раз сподоблюсь, там уже — три "встречных"! А главное, совершенно точно меня любит. Нет сомнений. Никаких. Надолго ли и как оно все будет дальше?

Я стер с лица глуповато-мечтательную улыбку и мотнул головой.

«Сам что ли в неё "влипать" стал?! Ладно, поживем — увидим, как пойдет. Чего сейчас загадывать…»

Приятно, что с подарком так удачно получилось! Еще когда Брежнева только дарила Зайке то жемчужное великолепие, я вспомнил, что в "сундуке Флинта" — как мы с Лехой романтично называем чемодан забитый драгоценностями — был женский золотой браслет с несколькими рядами блестящих жемчужин. "Мой" жемчуг был, правда, заметно крупнее подаренного Галиной Леонидовной, но это — мелочи! Уверен, что сочетание серег, ожерелья и браслета — будет убойным. Надо Заю попросить все это одеть в следующий раз… на голое тело… И найти в "ювелирках" еще одно ожерелье, чтобы накрутить моей красавице на лодыжку. Тоже в несколько рядов, как на браслете… И махнуть на средиземноморский пляж… Белоснежный перламутр на загорелом теле…

Эх! Веруньку бы сюда сейчас! И запереться в кабинете на часик!!!

13

Как там гласит основной из законов Мерфи? "Если жопа может случиться, то она обязательно случится". Так и произошло…

Брежнева позвонила поздно вечером. Часы показывали уже без четверти десять и я в этот момент чистил зубы перед сном. Поэтому трубку телефона сняла мама. Минут пять они очень мило пообщались с дочерью Генсека о разных пустяках, а затем лицо мамы удивленно вытянулось:

— Да, Галочка… Не спит, конечно… Э… Ну, раз надо…

И минут через пять я сажусь в ожидавшую у подъезда "Волгу". Один.

Собственно, мне уже ясно, что впереди ждёт ЖОПА. Просто пока непонятно — какая именно и насколько всеобъемлющая. Поняла это и мама, которая провожала меня ободряющей улыбкой и полным тревоги взглядом, пока закрывались двери лифта.

У Брежневых, за обязательной завесой доброжелательных слов, вкусных пирожных и ароматного чая, суть проблемы выяснилась предельно быстро: "наверху" принято решение — в Италию едут ТОЛЬКО солисты ВИА "Красные Звезды", выезд других членов группы "признан нецелесообразным и преждевременным". Поездка утверждена на пять дней, хотя приглашающая сторона прислала предварительную программу пребывания рассчитанную на десять.

— Пойми правильно, Витя… — хмурится зять Генсека, отводя глаза и забыв об остывающем чае, — сомнений в тебе или в девочках — дочерях ответственных советских руководителей — нет никаких… но ваши музыканты — люди ненадежные. Вы же где их понабирали? Какой приличный музыкант станет играть в ресторанах и прочих забегаловках?!…

Генерал-лейтенант МВД выразительно скривился.

— Это же не из уважаемых оркестров музыканты, и не признанные профессионалы-виртуозы, не люди, проверенные зарубежными командировками… К тому же…

Чурбанов чуть повернул голову и озабоченно посмотрел на супругу. Непривычно угрюмая и молчаливая, Галина Леонидовна на взгляд мужа утвердительно кивнула.

— …у тебя среди музыкантов сплошные евреи. А от этого подлого народца — жди любой неприятности… 99% невозвращенцев — именно евреи! Даже вон твой Клаймич… вот, вроде приличный мужик, а тоже — жид…

«Пригласили вдвоем…. В кои веки вижу, чтобы Чурбанов и Брежнева выступили единым фронтом — обычно Галина предпочитает противоречить мужу хотя бы из принципа. Наверное, именно она настояла, чтобы довести эту новость до меня в "домашней" обстановке и без посторонних глаз.»

— Ты, Витя сам подумай… Вот ты можешь ПОРУЧИТЬСЯ ГОЛОВОЙ за каждого члена ансамбля? Поручиться, что они не захотят остаться на Западе?! — прервал тягостную паузу хозяин дома.

«Ну, да… Как там злые языки говорят: — Что такое Малый театр? — Это Большой театр после завершения зарубежных гастролей…»

— А вы, наверное, правы, Юрий Михайлович, что так поставили вопрос… — выдавил я через силу и сморщился, как-будто надкусил лимон, — за всех я ручаться головой не стану…

Чурбанов облегченно улыбнулся и, накрыв мою кисть своей большой лапищей, проникновенно сказал:

— Вить, ты только представь, что произойдет с группой И С ТОБОЙ, если ТАМ кто-нибудь из них заявит, что "выбирает свободу"?

— Я же говорила, что он — умный мальчик и все поймет правильно… — устало сказала Брежнева.

Чурбанов благосклонно посмотрел на жену и кивнул.

Галина медленно поднялась из кресла, подошла со спины и положила руки мне на плечи:

— Не расстраивайся… и не обижайся… У тебя всё еще впереди. Если съездите и выступите удачно, то многое поменяется. Ни я и ни Юра сейчас ничего изменить не в силах.

Брежнева помолчала и я только сейчас заметил, как она сама расстроена.

— Я тебе больше скажу…

— Галя!‥ — негромко прервал жену Чурбанов, но та только раздраженно мотнула головой.

— Я сама… очень хотела с вами со всеми поехать… Но… тоже не поеду…

Галина Леонидовна печально улыбнулась, собрав мелкие морщинки в углах повлажневших глаз.

Сам Щелоков пригласил меня к себе на Огарева только через пару дней, и если не всё, то многое в нашей истории прояснилось. Слава богу! А то уже стало мерещиться, что Николай Анисимович меня избегает. Но, нет… Видимо, сначала министр все "прояснял" для себя.

Ларчик открывался до обидного просто. И кислые физиономии шефа МВД и его зама весьма наглядно это