Пилот - Антон Перунов

остыть, как вокруг него начались интриги. В Сеуле, как и во всяком ином гарнизонном городе, имелась не только гражданская, но и военная полиция, плюс контрразведка, а вдобавок к ним еще и их корейские аналоги. И вот теперь представители всех этих почтенных заведений решали, кто будет заниматься расследованием преступления. Первыми отпали власти Чосона. Дескать, это ваши русские дела, вы и занимайтесь, но о результатах расследования не забудьте сообщить. У нас тоже Император есть, и ему надо что-то докладывать. Гражданская полиция тоже поспешила ретироваться, и теперь между собой бодались две оставшиеся конторы.

— Кто принял командование гарнизоном? — устало спросил штаб-ротмистр Лукин, только что вернувшийся с передовой, где допрашивал захваченных диверсантов.

— Полагаю, генерал Толубеев, как старший в чине, — отозвался военный следователь подполковник Марков.

— И что прикажете ему докладывать?

— Что вы доложите, простите великодушно, предполагать не могу, а я поступлю самым простым образом. Скажу правду!

— Как мило! А поподробнее?

— А что тут мудрствовать лукаво? Так, мол, и так, в результате японской диверсии погиб командующий и его адъютант.

— С чего бы это вдруг диверсия? — нахмурился жандарм.

— Так время-то военное, — развел руками представитель полиции.

— Легко у вас все получается, ваше высокоблагородие. Раз диверсанты, стало быть, контрразведка не доглядела, так?

— А у вас есть иная версия? — не смог сдержать злорадной усмешки подполковник.

— Ну, какой из этого сопляка диверсант? Конфликт на почве ревности куда более вероятен.

— И кто же, по-вашему, причина этой самой ревности?

— Мисс Ли, разумеется! Кстати, вы ее арестовали? Я хотел бы допросить…

— Экий вы прыткий, батенька! За что же ее арестовывать? Она никого ножиком не пыряла и с пистолетом не бегала от наших архаровцев…

— Вы полагаете, она ни в чем не замешана?

— Полагать можно все, что угодно. Да только мне за эту ночь из таких мест звонили, чтобы я эту журналюшку не смел трогать, что… в общем, вы как хотите, а покуда не будет веских улик, я в ее сторону и не посмотрю лишний раз, не то что…

— Высокие покровители?

— И не только. Сами, небось, понимаете, международный скандал никому не нужен. Как бы британцев не спровоцировать на ответ…, а коли хотите переговорить с ней, так извольте. Она наверняка еще здесь. Слышите этот звонкий голосок? Наверняка очередной репортаж ведет!

— Не премину, — кивнул штаб-ротмистр. — Может, хоть она знает, почему адмирал был без охраны и водителя…

— Нашли тайну! — фыркнул полицейский. — В ней и причина.

— В каком смысле?

— В таком, что Ландсберг был немножечко женат-с!

— И что с того?

— Господи, вы точно контрразведчик?! Поинтересуйтесь на досуге, чья она дочь, как покойный теперь уже адмирал карьеру сделал, каковы взаимоотношения в их семействе и…

— Хм… как-то не подумал.

— Послушайте, — почти сочувственно заметил Марков. — Вам бы выспаться хорошенько. А утром с чистым сердцем доложите, что так, мол, и так, завербовали злые японцы мальчишку пилота, вот он и порешил нашего незабвенного Януша Феликсовича, царствие ему небесное!

— А если все-таки не он?

— С таким набором улик его и Плевако не вытащил бы. Тем более, время военное, и никакого суда не будет. Да и трибунала, боюсь, тоже…

— Как это?

— Пристрелят при аресте, да и вся недолга.

Март подумывал было уже, чтобы вернуться на «Буран» и рассказать о своей находке Зимину, но тут до него донеслась какая-то вибрация. Судя по всему, спрятанный в доке таинственный механизм начал работать. Еще несколько минут, и шиноби снова растворятся в темноте ночи, в который раз оставив своих преследователей с носом.

— Ну уж нет, только не в этот раз, — сдавленно прорычал Колычев и осторожно, чтобы не привлечь внимания одаренного, скользнул в «сферу».

Так и есть, караулы сняты, управляющий этой странной штукой занят только ей, а внутри здания царит какая-то суета. Вытащив пистолет, он с досадой пересчитал патроны. Первую обойму он истратил в гараже, паля в белый свет как в копеечку. Осталась только одна и… Кто это совсем рядом?

Со стороны ограды двигались две темные фигуры, ауры которых показались Марту знакомыми. «Черт возьми, так не бывает! — едва не выругался он вслух, сообразив, что перед ним крестный дядька Игнат и Витька».

— Откуда вы взялись? — потрясенно спросил он.

— Дружок твой привел, — ухмыльнулся старый абордажник. — Чует он тебя!

— Но как?!

— А мне почем знать, я же не одаренный!

— Правда, Марик, — поспешил вмешаться радостный от встречи с побратимом Витька. — Я тебя будто сердцем чуял и шел вроде как по следам. А еще мне твой меч дорогу указывал…

— Гунто?

— Ну да!

— Где он?

Услышав вопрос, Ким распахнул плащ, под которым у него оказался целый арсенал. Рукоять верного клинка будто сама вскочила в руку Колычева, вопросительно и немного обиженно завибрировав при этом: «Зачем ты меня оставил?»

— Ну, рассказывай, Мартемьян, что тут делается? — прервал ритуал единения дядька Игнат.

Из поведения и слов друзей Март сходу понял, что они про гибель адмирала еще ничего не знают. Времени на рассказы тоже не было, поэтому он сразу перешел к постановке боевой задачи.

— Там японцы, — показал на док Колычев. — Сколько — точно не скажу, но одних шиноби шестеро, то есть, теперь уже пятеро, и еще сколько-то внутри дожидалось. И какой-то механизм непонятный…

— Какой еще механизм?

— Не разберу. По ауре вроде корабль, или, скорее, бот, но какой-то странный.

— Стало быть, абордаж? — осклабился Вахрамеев.

Он тоже явился на встречу вооруженным, но, в отличие от Витьки, имел гораздо больше опыта, а поэтому прихватил с собой не только «Томпсон» с полным боекомплектом, но и несколько гранат. Помимо этого, у старого вояки имелся «Кольт 1911» и кинжал, переточенный когда-то из штыка к винтовке «Арисака».

— Пошли что ль?

— Идем, — решительно кивнул головой Март. — А то еще уйдут!

— Это вряд ли! — хищно отозвался дядька Игнат, шумно втягивая ноздрями воздух.

— Марик, возьми автомат, — предложил Ким, но тот только покачал головой в ответ.

Едва ощутив вес гунто в руках, Март отчетливо понял, что для сегодняшней схватки ему понадобится именно он. Меч!

Решительно