Отморозок 10 - Андрей Владимирович Поповский
Редактор подошел к окну и некоторое время молча смотрел вниз, на вечернюю улицу.
— Полно вам, не обижайтесь на старика. Я ведь хорошо знаю ваши способности, и все это не в укор вам сказал. Вы умная девушка, Вика. Очень умная. И талантливая. Именно поэтому я вам сейчас скажу то, что не сказал бы другим.
Он обернулся.
— Не надо бежать впереди паровоза.
— То есть, нужно по прежнему молчать?
— Нет. Нужно писать и выявлять недостатки присущие, кстати, любому обществу. Но при этом, нужно понимать меру.
Он взял со стола один из листов, внимательно просмотрел содержимое и хмыкнув сказал.
— Вот это место, про закрытые магазины ЦК — уберите.
— Почему?
— Потому, что такую информацию выпускать пока еще нельзя.
— Но это правда.
— Я знаю. — кивнул Семен Аркадьевич.
Он положил лист обратно.
— Сейчас время очень странное. Многие решили, что можно говорить вообще все. Но старая система еще никуда не делась. И люди, которые сидят наверху, тоже никуда не делись. Сегодня тебе позволят выпустить эту статью, а завтра тебя же и сделают крайней. И не только тебя, а весь журнал.
Вика помолчала.
— Значит, опять писать полуправду?
— Нет. Просто немного сократить статью, и убрать отдельные пассажи. В целом — ваш материал интересный и острый, на тему дня, но местами, там уже перебор с критикой.
Редактор устало улыбнулся.
— Вы слишком молоды, чтобы понимать одну вещь. Бичуя свои, и на самом деле имеющие место недостатки, страну разрушить легко. А вот собрать обратно — почти невозможно.
— А если она уже гниет?
Вика смотрела на Семена Аркадьевича с открытым вызовом
— Тогда тем более нужно действовать аккуратно. — Семен Аркадьевич снова тяжело вздохнул — Если вы хотите вылечить, а не убить больного, его нужно лечить, а не кромсать ножом прямо по живому.
Он посмотрел на часы.
— Ладно. Поздно уже. Подумайте над тем, что я сказал. Материал хороший. Очень хороший. Но я бы сделал его чуть мягче.
Когда дверь за ним закрылась, Вика еще несколько секунд сидела неподвижно. Потом раздраженно собрала листы в серую папку и застегнула ее на тугую резинку. Потом она выключила настольную лампу, посидела еще немного в темноте, прислушиваясь к тишине. Где то в коридоре громко хлопнула дверь. Вика встала, взяла сумочку со стула, стоявшего рядом, и громко стуча каблучками туфель по паркету, вышла из кабинета.
* * *
На улице уже темнело. Москва жила своей обычной вечерней жизнью. По улице непрерывно тек поток машин. По тротуару тек другой поток — уставшие люди спешили к метро, к остановкам, домой.
Вика вышла из здания редакции и заметила знакомую «Волгу», припаркованную у тротуара. Ивана она узнала сразу. Он стоял возле машины с большим букетом темно-красных роз и курил.
Увидев ее, сразу отбросил сигарету в сторону и улыбнулся.
— Ну здравствуй.
Несмотря на усталость и раздражение, Вика невольно улыбнулась в ответ.
— Привет! Ты чего без предупреждения?
— Хотел сюрприз сделать.
Он протянул ей цветы.
— Красивые, — тихо сказала она, с удовольствием вдыхая аромат роз.
— Ты сама красивее.
— Научился комплименты говорить? — подняла глаза на Ивана Вика и лукаво улыбнулась.
— Жизнь заставляет развиваться и двигаться дальше даже такого законченного провинциала как я.
Она рассмеялась и поправила сумочку.
— Давно приехал? — Голос девушки стал мягче.
— Часа два назад. Пока до тебя добрался — чуть с ума не сошел с этими московскими пробками.
Он внимательно посмотрел ей в лицо.
— Что-то случилось?
— Да так… работа. — махнула рукой Вика. — Не обращай внимания.
— Неприятности?
— Скорей, мелкие трудности. — немного скривилась она.
— Тогда поехали ужинать. — Улыбнулся Иван — А то у тебя сейчас такой вид, будто ты кого-то придушить хочешь.
— Есть немного. — потупилась Вика
— Ну вот. Значит, тебя точно нужно накормить. Сразу подобреешь.
* * *
Из ресторана они вышли уже ближе к ночи и сели в машину. Домой совсем ехать не хотелось. Город вокруг был такой живой. Где-то играла музыка. У метро толпилась молодежь. По дорожкам, неторопливо прогуливаясь, шли люди.
Иван выехал к набережной и остановил у машину у тротуара.
— Может, прогуляемся, чтобы немного растрясти ужин? — предложил он, посмотрев на Вику
— А давай, — легко согласилась девушка.
Они медленно шли вдоль по набережной. Вика держала Ивана под руку и время от времени поглядывала на него сбоку.
— Ты изменился. — наконец сказала она.
— Стал старым? — с улыбкой спросил Иван.
— Нет. Просто стал… как-то спокойней, что ли.
Иван усмехнулся.
— Это все возраст.
— Не кокетничай — толкнула его локтем в бок Вика — Тебе еще и тридцати нет.
— Мне иногда кажется, что все пятьдесят.
Вика тихо рассмеялась. Некоторое время они шли молча. Потом Иван вдруг сказал:
— Я в Москву теперь надолго.
Она повернула голову.
— Совсем?
— Думаю да. Хочу тут закрепиться основательно. Взять кооперативную квартиру в хорошем районе. Хватит уже мотаться ту да сюда. Здесь нужно работу налаживать, есть неплохие перспективы.
— Это от Вахо? — тихо спросила Вика.
— Да, — ответил Иван. — Он ставит меня главным. Не переживай, здесь будет все чисто. Никакого криминала.
Он немного помолчал.
— Жизнь меняется. Сейчас кто в Москве плотно закрепится — тот потом вперед уйдет.
— Практично рассуждаешь. — заметила Вика.
— А я всегда практично рассуждал.
Вика посмотрела вперед на темную воду Москвы-реки.
— Иногда мне кажется, что события несутся вскачь, и я просто не успеваю свыкнуться с изменениями. — сказала она, не смотря на Ивана
— Так и есть. — кивнул он.
— А тебя это не пугает?
— Пугает. Иногда. Но жить то все равно надо.
Они снова немного помолчали. Потом Иван неожиданно остановился. Вика сразу почувствовала, как он внутренне напрягся.
— Что такое? — спросила она
Он ответил не сразу. Мялся и явно чувствовал себя не в своей тарелке.
— Вика… я тебе одну вещь сказать должен. — Наконец решился Иван.
— Говори.
Иван несколько секунд смотрел куда-то в сторону.
— Я был тогда на даче.
Она сразу не поняла.
— Когда? На какой даче?
— Когда на вас напали три с половиной года назад.
Лицо Вики медленно изменилось.
— Что?
— Я был среди тех, кто напал на дачу… Ты просто меня не видела.
Наступила тишина. Неподалеку прошел речной трамвайчик, оттуда неслась веселая музыка. Донесся чей-то смех. Вика пораженно смотрела на Ивана так, будто впервые его
