Трое из Иудеи - Валентин Леженда

- Ну что ты, что ты… - участливо улыбнулась Вирсавия. – Говори, раз начал…

Во всяком случае, вступление было весьма интригующим.

- Я влюбился… - осторожно начал Адоний, робко поглядывая на Вирсавию. – В одну девушку…

- Ну понятно, что не в парня… - раздражённо бросила красотка.

- Она сунамитянка… - продолжил Адоний, следуя хитроумному плану, придуманному жрецом Авиафаром.

- Так а в чём же проблема?

- Мне требуется согласие Соломона на этот… брак…

- Это ещё почему?

- Потому что та девушка, к которой неравнодушно моё истомившееся по любви сердце… Ависага…

Вирсавия тихо присвистнула:

- Это же последняя наложница твоего покойного отца?

- Ага! Она самая! – радостно подхватил Адоний и быстро закивал, невинно улыбаясь.

- Ну ладно так уж и быть я поговорю с Соломоном… - сжалилась Вирсавия, видя нешуточные страдания влюбленного. - Хотя заранее предупреждаю, царь очень сейчас занят решает срочные проблемы, связанные с урожаем инжира на севере страны… Не время обращаться к нему со всякой ерундой, но я поговорю с ним при случае…

- Обещаешь?

- Обещаю! Всё, можешь идти!

И Адоний тихо удалился так и не поняв, добился он своего или нет. Ведь может и не передать его просьбу гордая Вирсавия.

- Женщины-женщины, странное племя… - прошептал Адоний, принюхиваясь к окружающему воздуху, - и в каждой загадка…

Неожиданно резко запахло нафталином. Адоний поморщился, предчувствуя дряхлый эскорт. Неусыпная стража вознамерилась торжественно проводить врага израильского престола к выходу из дворца.

- Ну уж нет, не бывать этому… - стиснув зубы злобно произнёс старший сын Давида и прямо с места вприпрыжку припустил по коридору.

А за его спиной, словно в полуночном кошмаре параноика, раздалось жуткое нарастающее шарканье.

***

В тот же день состоялась беседа Вирсавии с восседавшем на троне сыном, который забавлялся тем, что швырял вишнёвые косточки в жирных павлинов, вальяжно гуляющих по дворцу.

- Ну как дела, сын мой, как прошедший день? – участливо поинтересовалась мать, целуя любимое чадо в широкий умный лоб.

- Жизнь постоянно доказывает нам, что мёртвые счастливее живых. А самый счастливый тот, кто вообще не родился, – усмехнулся в ответ Соломон, выдав очень мудрую фразу достойную цитирования. – Никогда бы не подумал, что став царём наконец-то смогу делать всё что захочу. То есть ни делать ничего. Никто не вправе отныне указывать мне, давать советы, умничать и помыкать… Вот к чему нужно было всегда стремиться с самого моего рождения. Ведь выбор, казалось, был невелик: либо зубной лекарь, либо знаток юриспруденции. И тут такой подарок от судьбы - благосклонность вечно забывчивого отца…

- Помни, сын, кто взял с него ту давнюю клятву… - осторожно напомнила мать.

- Ну да, конечно, как я мог забыть об этом!

- Кстати… тут ко мне давеча заглядывал Адоний… - издалека начала Вирсавия, внимательно следя за реакцией слегка расслабившегося сына.

- Что?!! – Соломон аж подпрыгнул на троне этак на полметра. – Кто посмел пустить этого презренного шакала в мой дворец?!!

- Но он пришёл с добрыми намерениями, сын.

- Кто? Адоний? С добрыми намерениями? Да я никогда в такое не поверю!

- И всё же, Адоний был сама вежливость и учтивость. Он явился не просто так, а с одной скромной просьбой…

- Что? С просьбой? И после этого вы не выгнали его взашей?

- Нет, не выгнала. Всё-таки он сын моего усопшего мужа, твой брат, в конце концов…

- Тоже мне брат… уж лучше породниться с гремучей змеёй… или с гиеной…

- Он попросил меня… - спокойно продолжила Вирсавия, - чтобы я уговорила тебя разрешить ему жениться на одной прелестной девушке.

- Ага! – обрадовано потёр ладони Соломон. – Дурак всё-таки решил остепениться. Что-то слабо верится. Впрочем, продолжайте-продолжайте… Кто же избранница этого слабоумного идиота?

- Сунамитянка Ависага!

- ЧТО-О-О!!!..

Сцена, последовавшая вслед за этим достаточно красноречивым возгласом, была тщательно вымарана из всех исторических иудейских источников.

Не станем описывать её и мы.

Однако отметим, что подобное буйство несчастная Вирсавия наблюдала у своего сына, пожалуй, впервые. Не иначе как случился с Соломоном нервный припадок, хотя адекватного восприятия реальности царь всё-таки не терял. Прикончив копьем (вырванным из рук уснувшего у трона старичка-телохранителя) с десяток особо нерасторопных павлинов, молодой царь принялся в облаке перьев ошалело метаться по тронному залу.

- Сын мой, да что же с тобой? – в испуге только и смогла выдавить перепугавшаяся мать.

- Фух! – вернувшийся на трон царь удовлетворённо вытер взмокшее чело, с удовольствием разглядывая разноцветные перья, приставшие к расшитой жемчугом одежде. – Действительно такая терапия весьма помогает…

Мать, по-прежнему, смотрела с опаской и тогда Соломон нехотя пояснил:

- Говорят, один известный иудейский музыкант по имени Озз Мозис Осборневич таким вот образом боролся с маниакальной депрессией. Правда вместо павлинов резал кур ну и голову откусил летучей мышке… Хотя с мышью, на мой взгляд, вышел явный перебор…

- Сын, ты меня пугаешь…

- Спокойно, мама, я в здравом уме, рассудке и прочем… Так вот, о чём мы там недавно говорили? Ах да, женитьба Адония. Понимаете ли в чём дело… это совершенно безоговорочно категорически исключено!!!

- Но почему…

- Потому что если сия… вероломная собака возьмёт в жёны Ависагу, то впоследствии сможет вновь предъявить мне свои мерзкие претензии на царский престол.

- Я… не понимаю… сын… каким образом он сможет это сделать?

- Старые добрые иудейские законы будь они трижды неладны…- скривился Соломон. – Согласно старинному обычаю гаремом покойного царя может пользоваться только его законный наследник. Женившись на последней царской наложнице и являясь моим старшим братом, Адоний повторно бросит вызов, заявив, что я нахожусь на троне не по закону старшинства. Этот брак сильно укрепит его позиции среди колеблющейся дворцовой знати. Ведь я и в самом деле очень дальнее звено в цепочке престолонаследия.

- О, даже так… - и мать крепко задумалась.

- Как видите, мама, я не просто хотел стать зубным техником и знатоком юриспруденции, но и успел предпринять некоторые шаги на этом достаточно неблагодарном поприще, а именно: ознакомился с рядом древних иудейских законов