Война за мир - Александр Захаров

обладании материальной оболочкой есть своя прелесть, которую приятно вспомнить после веков, проведённых в бестелесности. Плоть несовершенного существа всего лишь ранга D уязвима, но банши не боялся простудиться. Глаз легко скользил по причудливо извивающимся прожилкам инкрустации на чёрном фоне обсидианового жертвенника. Пожелав, в них иногда можно было разглядеть осмысленные картины, но чаще они оставались всего лишь красивыми абстрактными узорами. От Камня шёл устойчивый и ровный поток холодной успокаивающей разум силы. Помимо прочего, он служил ещё и мощным инструментом при проведении магических обрядов и ритуалов, в частности — немного усиливал интеллектуальные способности медитирующего, помогая в принятии сложных решений.

За пределами защитного круга рядами лежали покрытые изморозью тела. Тысячи и тысячи тёмных эльфов, — далёкие стены зала, подпираемого покрытыми льдом массивными колоннами, тонули во мраке. Мужчины, женщины, дети… Он, как Хранитель Рода, не пожелал ничего здесь менять. Когда-то это место было убежищем, одним из сотен других, рассеянных по всему миру. Но лишь в этом когда-то родился Он. На далёкой отсюда поверхности планеты ещё кипела, мучительно угасая, проигранная битва, а здесь те, кого не имело смысла использовать в бою, приносили себя в жертву, — матери сами убивали своих детей. Отчаянная и безнадёжная попытка уже не победить, но хотя бы отомстить. Они умерли, а Он родился. Это не было запланировано, ритуал не предусматривал рождения Бога. Злая насмешка судьбы, выразившаяся в событии исключительной редкости — рождении Хранителя. Хранителя, которому уже некого было оберегать.

Итак, Он вновь пробудился. Что дальше?

Продолжать бессмысленное и давно наскучившее существование? Почему бы и нет? До сих пор Его это вполне устраивало. Доставшаяся при рождении Искра Хаоса надёжно защищает от взора самонадеянных Пророков миров Порядка, и объявившаяся во владениях банши альвийская богиня третьего уровня никого не найдёт. Его искали и не такие. Некоторые полагают, что тлеть как гнилушка тысячи лет лучше небытия. Большинство подаривших Ему жизнь, в глубине души надеялись выжить, даже если сами не отдавали себе в этом отчёта, уж Он-то знает. И именно эта подспудная надежда и желание жить, пусть и вопреки всему, вели Его даже тогда, когда выцвели и потеряли смысл все остальные желания и чувства. Века жестоких сражений, в которых Он не жалел ни себя, ни врагов, достигнув невероятных успехов в постижении аспекта Смерти, неожиданно не прервали Его существование в очередном бою, а принесли высший — десятый — уровень, за которым должно было последовать перерождение в Старшего бога и возможность что-то изменить в своей судьбе. Но этого не произошло. В Его расчёты где-то закралась ошибка, какие-то обязательные условия не были соблюдены, и Он «застрял» на своём уровне и ранге.

Просить совета или помощи было не у кого. Друзей у Него не было, а пленники сами не знали ответа. Бросить личный вызов какому-нибудь Старшему богу? Есть куда более простые способы умереть, — разница в силах между ними слишком велика. В теории, при большом везении Он мог бы убить неопытного, слабого и беспечного Старшего внезапной атакой из засады. Но Старшие боги первого уровня не атакуют чужие миры лично, а к более могущественным с Силой приходит и жизненный опыт. Атаковать такого — бессмысленное самоубийство. Он и выжил-то первые века после своего рождения лишь потому, что о Его существовании долгое время никто просто не подозревал, а Храмов, в традиционном понимании этого слова, у Него никогда и не было. Заводить — не имело смысла, Храм бесполезен в отсутствие верующих, и лишь потребляет ресурсы, делая бога уязвимым. Вполне возможно, что он «застрял» в своём Восхождении именно поэтому. Но проблему отсутствия верующих решить не в Его силах, — мёртвому не дано породить жизнь. По крайней мере, так принято считать.

Разумеется, Он перепробовал всё. И всё оказалось тщетным. Долгое время Он не желал признать своё поражение, просто не мог поверить, что зашёл в тупик. Остановка в развитии — это смерть, даже в отсутствие сиюминутных опасностей. Рано или поздно найдётся противник, который прервёт Его унылое и ставшее бессмысленным существование. Это попросту неизбежно. А Его народ так и останется неотомщённым. Он всё равно пытался найти решение, что-нибудь придумать, но ничего не получалось и это приводило в бешенство и исступление. Мысль покинуть мир, бросив тот на произвол судьбы, была Им с негодованием отвергнута, так как стала бы ненавистным предательством, бессмысленным к тому же. Именно здесь — источник Его Силы, и оставив это место Он потеряет всё. Просто угаснет, начав деградировать без энергетической подпитки. Хранитель Места не может покинуть свой пост, безнаказанно, по крайней мере.

В попытке погасить сжигающий его изнутри пожар, Он искал и убивал недобитков из числа старых врагов, не сумевших или не пожелавших сбежать из умирающего мира, но и это не помогало. Ярость постепенно угасала, не находя новой пищи, а дух погружался в уныние, пока Он не опустился до торга. Младший бог, пытающийся «договориться» с самим собой, — жалкое зрелище. В ту пору Он создал кучу островков-осколков, которые заселил остатками выживших врагов и призванных существ из иных миров. Как ни странно, определённый смысл в этом безумном решении неожиданно нашёлся, так как эпизодические убийства их беспокойных обитателей позволяли поддерживать в тонусе Его угасающие в бездействии дух и разум. А потом Он смирился. Эмоции угасли, и размышления о собственном поражении уже не вызывали ничего, оставляя спокойным и безучастным. Со временем Он погрузился в отупляющий ступор, напоминающий кошмарный сон, в котором ты шагаешь к краю обрыва, прекрасно понимая последствия, но тебе наплевать. И это состояние равнодушного, наполненного обречённостью, покоя было внезапно нарушено неожиданной системной миссией, оповестившей Его о возвращении былых соплеменников и призвавшей на новую битву.

Он проиграл. Просто оказался не готов. Но зато словно пробудился от навязчивого кошмара. Причём немалую роль в этом сыграла не только полученная взбучка и обидный проигрыш, но и обретённая материальная оболочка — живое сильное тело. Дух исходного владельца он даже не стал пожирать, наслаждаясь его отчаянием, и через испытываемые им мучения и эмоции ощущая себя живым, смакуя это непривычное чувство как изысканное лакомство. Жаль, что душа этого смертного рано или поздно сломается, лишая Его львиной доли удовольствия. И всё-таки пока этого не случилось, и Он может чувствовать себя живым! Пусть это всего лишь самообман и иллюзия.

Однако здесь и сейчас пробудившийся бог сосредоточенно размышлял не о проигрыше и