Алый флаг Аквилонии. Железные люди - Александр Борисович Михайловский

сторону Дордони. В холмах, наискосок отсюда, должно быть немало интересной добычи. Кроме того, два драккара смогут заводить невод через всю реку, а это совсем не то, что ловить с берега. Этот пирог наш Антон-младший пока что только слегка ощипывал с краю, а теперь нам следует вгрызться в него полной пастью. Среди гребцов товарища де Ланжевена есть профессиональные, то есть потомственные рыбаки - вот им и следует вручить в руки карты, кости и прочие игральные инструменты. Одним словом, с голоду мы в этом году не умрем даже без морской рыбалки. И еще, в районе Старой Пристани надо ставить теплый цех по обработке рыбы: когда пойдет лосось, он нам ой как пригодится. На этом у меня, как говорится, все.

- А я думаю, Сергей Петрович, - сказал адмирал Толбузин, - что ваш план немедленной постройки верфи и закладки на ней своих кораблей несколько преждевременен. Трех морских кораблей, имеющихся сейчас в нашем флоте, в обозримое время вполне хватит для всех мыслимых транспортных и исследовательских целей. Один только барк способен за раз перевезти немыслимые для нас двести семьдесят тысяч пудов. Так что не сомневайтесь, пускайте запасенный вами лес на строительство домов и иные нужды. Люди сейчас для нас важнее кораблей.

- Ничего иного, Никифор Васильевич, я от вас не ожидал, - ответил верховный шаман. - Но скажите, что вы думаете о захваченных нами нефах - сможем мы их использовать по назначению, или нет?

-Давеча Андрей Викторович назвал их плавучими башмаками, и я совершенно согласен с этим мнением, -ответил тот. - Тот, кто соберется ходить на этаких каракатицах, должон обладать темпераментом черепахи, ибо максимальная скорость в четыре узла при попутном ветре - это, как говорит Сергей Васильевич, совсем ни о чем. Лучшее их назначение - это служить блокшивами, как сейчас, а потом можно будет набить их корпуса камнями и затопить таким образом, чтобы перед гаванью получился защитный мол, а то, я смотрю, у вас пока с погрузкой и выгрузкой просто беда.

- Так мы, пожалуй, и сделаем, - сказал Сергей Петрович. - А теперь от вопросов еды и жилья давайте перейдем к вещам неощутимым, но так же необходимым. Я имею в виду идеологию. Сейчас меня интересует, почему молчат товарищи коммунисты...

- А что мы должны говорить, товарищ Грубин? - ответил старшина Давыдов. - То, что мы наблюдали на вашем фрегате, и видим здесь, в Аквилонии, выглядит для нас на первых порах непривычно, но не вызывает никакого отторжения, даже отрезанные головы на кольях вдоль реки. Может и у нас так стоило перед Кремлем выставить на пиках отрезанные головы Манштейна, Гота, Гудериана, фон Клюге и Роммеля - чтобы весь мир видел и знал, как кончили те ублюдки, что пошли войной на Советский Союз. Глядишь, на следующий раз желающих-то и поуменьшится. С пленными норманнами вы поступили вполне по-нашему - перевоспитание или смерть, -с буржуями-эксплуататорами тоже. Был бы среди нас какой-нибудь Шлоссберг или Гозман, визгу было бы как от резаной свиньи, но, по счастью, такие люди на подводном флоте и в морской пехоте не служат. А еще вы настоящие интернационалисты, не делите людей по национальностям и расам, сами едите то же, что и ваши люди, и в первую очередь думаете о народе, и лишь потом о себе. Чего нам, коммунистам, от вас еще желать? И то, что вы верите в Бога и даже завели свою церковь, тоже не беда. Тут успело случиться столько всякого разного, что мы и сами в Него поверили. Самое главное, что ваши попы никакого мракобесия не проповедуют и треб с народа не собирают...

Верховный шаман Аквилонии немного подумал и ответил:

- По поводу мракобесия должен сказать, что прежде у нас действовали две общественных структуры. Церковь была хранительницей морали, а шаманы, то есть учителя, хранителями знаний. От вас, коммунистов, мы ждем, что вы станете хранителями справедливости, ведь с ростом нашего населения и организацией внешних форпостов нынешняя компактная структура общества с распределением всех благ из одного центра неизбежно подвергнется размыванию. Того запаса серебряных монет, какой подарили нам норманны, вполне хватит для за пуска в Аквилонии денежного обращения, и в некоторой среднесрочной перспективе мы неизбежно будем вынуждены пойти на этот шаг - сначала в плане покрытия дополнительных потребностей, а потом и основных. А где деньги, там и все мерзости так называемого цивилизованного мира: алчность, коррупция и материальное неравенство. И тут в дело должны вступить церковь и коммунисты: задача священников - сделать так, чтобы накопление денег без приложения труда было постыдным и аморальным, а вы должны добиваться, того чтобы все тайное становилось явным, и нехороших людей неотвратимо карала рука закона.

- Хорошо, товарищ Грубин, - сказал секретарь объединенной партийной организации, - нас такое положение в вашем обществе вполне устраивает.

- В таком случае, - сказал тот, - позвольте считать наше заседание закрытым. Завтрашний день, будет у нас посвящен, как говорится, работе в комитетах. Наш военный вождь вместе с командирами соединений займется составлением планов отражения следующего нападения, Серега с товарищем Толбузиным начнут готовить барк к следующему походу, а я вплотную займусь прибывшими мастеровыми. А сейчас все свободны.

Полчаса спустя. Большой Дом, второй этаж, квартира Сергея Васильевича Петрова, он же Сергей-младший.

Открыв дверь в родное обиталище, Серега буквально остолбенел на пороге. Дэм, которую он еще днем оставил на попечении леди Фэры, сидела на его койке и, оживленно жестикулируя, о чем-то бойко болтала (!!!) с Мадлен и другими его женами.

- Привет, дядя Сергей! - приветствовала его экзотическая девочка. - Явился, наконец, бродяга!

- Привет, Дэм, - ответил ошарашенный Сергей-младший. - А я и не знал, что ты так быстро научилась говорить...

- Долго ли умеючи, - отмахнулась маленькая рогатая-хвостатая, - мы, деммы, вообще народ способный, не то что вы, люди, а десять ваших дней - это очень большой срок. Самое главное, что ты снял с меня этот дурацкий ошейник, который мешал мне использовать ВСЕ свои возможности.

- Это не я его снял, - спокойно ответил младший прогрессор.

- Я это тоже знаю, - с серьезным видом кивнула девочка, - это сделала та великая и могучая сущность, что в тот момент без гнева и пристрастия смотрела на меня твоими глазами и видела маленькую девочку, а не исчадие ада.

- Это потому, - сказал Сергей-младший, - что маленькую девочку