Эмерит 2 - Titus

class="p1">— Спасибо, Исабель. Внутрь пока не приглашаю. Ремонт только закончен, внутри еще требуется расставить мебель и развешать картины, — я кивнул ей, поддерживая светскую беседу.

— Зови меня Бель, я же просила, — ответила она и обратилась к приёмному отцу: — Как ваше здоровье, Пётр Алексеевич? Я слышала, вы только недавно были серьёзно больны. А по вашему цветущему виду и не скажешь.

— Ваше Королевское Величество! Спасибо Ярику, всё хорошо! Здоров, хоть сейчас в бой! — распушил хвост старый конь.

— Ну-ну, не надо в бой, — с улыбкой остудила порыв нестись и причинять. — Я верю. Прошу вас, зовите меня Исабель. Я рассчитываю породниться с вами через усыновление Ярослава. Есть ли у вас возражения?

— Никак нет! Исабель, я старый солдат и не знаю слов любви! — на этих словах собеседница приподняла бровь, и батя поправился: — Отставить! Это от волнения!

Она ободряюще улыбнулась побагровевшему отцу: — Ну же, я не кусаюсь. Не волнуйтесь вы так.

— Исабель, а что же будет с нашим дворянским родом? Я бы не хотел, чтобы на мне славная фамилия Шонуровых закончилась.

— О, не переживайте. В Испании сильны традиции почитания всех родственников. У нас в стране трудился известный среди художников авангардист Пикассо. Признаться, я собрала почти все его картины, хотя многим критикам он не нравится из-за показушного примитивизма. Я же нахожу его творчество просто экстравагантным. Тем более, его давно уже нет с нами, а картины после кончины художников только растут в цене — выгодное вложение капитала. Если купить нужных критиков, то картины авангардиста на аукционах будут оцениваться в семизначные цифры. Его полное имя звучит так: Па́бло Дие́го Хосе́ Франси́ско де Па́ула Хуа́н Непомусе́но Мари́я де лос Реме́диос Сиприа́но де ла Санти́сима Тринида́д Ма́ртир Патри́сио Руи́с и Пика́ссо. И я очень надеюсь, что коллекцию его картин не нужно будет продавать для улучшения дел королевского рода, — она внимательно на меня посмотрела. — Я предполагаю, у Ярослава будет двойная фамилия Шонуров-Бурбон.

На террасе повисло минутное молчание. Я покатал новую фамилию на языке, отторжения не вызывает, можно. Вопросительно глянул на батю, тот незаметно кивнул.

— Бель, а как моё полное имя будет в этом случае на испанском?

— Герцог Ярослав Хуан Педро Альфонсо де Шонуров лос Сантос де Бурбон, — без запинки ответила она. У-у-у, подготовилась.

— Педро Альфонсо — это Пётр Алексеевич? — уточнил я и получил утвердительный наклон головы королевы.

— Дон Педро, соглашайся, будешь в Испании Альфонсом по батюшке, — обратился к бате, но взаимопонимания не нашёл.

Он покрутил головой в жестком воротнике и выдал: — Шонуровы никогда альфонсами не были!

— Хорошо, значит, в Испанию поедем без тебя, — я не стал развивать, чтобы не усугубить. — Бель, мы согласны породниться. Но имей ввиду, мой отец женат.

— Это не проблема. Ярик, оставь нас минут на десять, я хочу договориться о некоторых интимных деталях с твоим отцом, как мы тебя делали. Легенда должна быть правдоподобной.

Кивнул и вышел из-за стола. Вернулся минут через пятнадцать, когда они уже договорились. У Лексеича глаза наконец-то потеплели, в них плясали лукавые смешинки — королева смогла найти с ним общий язык, и он наконец-то расслабился. Следом за мной появилась Софочка и предложила чай. Когда все отказались, и она ушла, Исабель хитро посмотрела ей в след.

— Так это из-за неё ты не хочешь жениться?

— Совсем нет. Софья — слуга рода, у нас партнёрское соглашение. Я не сплю с ней. Понимаешь, Бель, в этом мире царит матриархат. Жениться сейчас — это значит постоянно бороться за первенство в семье. А оно мне надо? Каблуком я становиться не желаю, побуду пока холостым.

Она зацепилась за мои слова: — В этом? А что, в каком-то другом мире иначе?

Я вспомнил про оставшихся в старом мире воинствующих феминисток и с сомнением ответил: — Кхм, ты знаешь, я уже не уверен. — Бель понимающе усмехнулась. — Но я должен тебя предупредить. Я — за реставрацию патриархата. Считаю, что жена должна быть за мужем, как за каменной стеной, а не наоборот. Поэтому, если ты против, давай сразу расставим точки над Ё.

— О, нет, — она протестующе взмахнула руками. — Я долго думала над пророчеством. Если для процветания рода Бурбонов требуется мужчина во главе, я только за!

— Славно. Тогда на этом и остановимся. Давай планировать процедуру признания меня твоим сыном во второй половине августа, я как раз разгребу здесь дела перед учебным годом.

— Я рада, что мы договорились, — облегченно выдохнула королева. — В Варшаве признавать тебя наследником — не самая лучшая идея. Приглашаю всех в Испанию. Я хочу устроить праздник в твою честь, мой народ это заслужил.

— О, не-е-ет! В Мадриде в августе убийственная жара! — простонал я.

— Я хотела предложить столицу Каталонии. Барселона находится на Севере Испании у моря, там вполне комфортно.

В голове у меня всплыли воспоминания про не самые чистые пляжи каменного города. Да ну, нафиг, там и не покупаешься толком в грязных из-за порта водах. А на море уже тянет адски. Я в той жизни привык каждые полгода загорать и купаться, а в этой еще не сподобился, Балтийское море не в счет.

— Бель, а если мы большой компанией сначала дней на десять заскочим на Канары? Хочется успеть летом поплескаться в океане. У меня команда сейчас работает на износ, нам всем потребуется отдых, — я вспомнил и про девушек, ушедших с головой в дела.

— Я не против. Моя резиденция на Исла де Гран Канариа будет вас ждать всё лето.

Я расцвёл: — Огромное тебе спасибо!

Она поднялась, все остальные мужчины тоже сразу подскочили.

— Пётр Алексеевич, спасибо вам за теплый приём, я вынуждена вас покинуть. Рада была с вами познакомиться. Не прощаюсь, — она кивнула бате и повернулась ко мне. — Ярик, я хочу тебе сделать подарок, но нужно уединённое место, чтобы нам не помешали.

— Дворец подойдёт? — я не подал виду, что удивлён. Подарки я люблю, но с чего бы это?

Она окинула взглядом свежий фасад и покачала головой: — Нет. Лучше где-нибудь на свежем воздухе, если ты не хочешь заново делать ремонт.

Взял её и секретаря, ушли в ещё неочищенную часть парка. Она, оглядевшись, одобрительно кивнула.

— Пойдёт. Я