Елена Асеева - Зачин (СИ)

  - Ты как бы родишься сызнова сама в себе,- домыслив произнесла Владелина, и, узрев кивок Вещуньи Мудрой, облегченно вздохнула.- Значит, ты живешь вечно... Вернее очень долго и, по-видимому, ты была при рождении Зекрой, учила тех мальчиков.

  - Нет, не мальчиков, а девочек,- негромко молвила Вещунья Мудрая и бросила беспокойный взор на купающихся ниже по течению отроков, проверяя, не подслушивают ли их разговор.

  Владе рассказывались и объяснялись такие вещи, о каковых никогда не узнали бы мальчики, то было указано делать Небо. Впрочем, царица единственно о чем попросила девочку не толковать с детьми об узнанном, и об этом просили не Зиждители, а именно Вещунья Мудрая, желая защитить слабые людские умы. Старший Рас толкуя с Вещуньей Мудрой по поводу обучения девочки, в оной жила божественная лучица, особо указал отвечать на все интересующие вопросы в той форме, абы становилось понятно, и единожды не напугало ее. Небо, как можно и понять, совсем не волновали живущие в поселении отроки... Нынче все мысли, действия были связаны лишь с драгоценной лучицей, плоть которой должна получать надобную ей на данном этапе информацию, и знания. Потому если царице по какой-то причине не удавалось дать нужные пояснения юнице, она обязана была о том сообщить Богу Дажбе, который всегда ведал, что и главное как надо сказать.

  Расы должны были подготовить лучицу к следующему шагу на ее становление... к следующим жизням в людских телах и как итог к перерождению... К жизням в которых, участвующие в соперничестве за нее печищи, придадут человеческим телам, и их сути- мозгу, особую насыщенность страстями, переживаниями и невзгодами. Новая, юная плоть которая предоставит себя для проживания лучице не будет помнить прошлые жизни своего естества, начиная собственное существование с нуля. Все, что лучица накопит, впитает в себя, за обитание в человеческих оболочках проснется в последней из них лишь на конечном этапе... этапе преображения. Потому будут весьма важны не только эта, но и предстоящие жизни лучицы в людской плоти, где благодаря аккумулированным способностям, подле нее, при помощи испытанной, пережитой и как итог накопленной чувственности: страданий, горестей, радостей, знаний, сформируется определенное число частиц, ставших ее многогранностью. Чем более продуктивная событиями, знаниями будет всякое последующее бытие человека, тем скорее сформируется лучица, и как итог переродиться в Бога.

  Но это не касалось первой жизни, когда слишком подвижная лучица, не скрепленная с плотью могла легко покинуть тело, и, вырвавшись за пределы Земли и вовсе потеряться в Галактическом мире... Порой, вельми редко, такое случалось. И, зная об этом Зиждители, всех без исключения печищ, отказывались от соперничества впервой жизни лучицы, предоставляя возможность тем Богам, в чьих отпрысках она появилась, обеспечить ее особой заботой, любовью, вниманием и конечно наставниками.

  На Владелину в связи с тем, что она родилась в паболдырях, где один из родителей был светлокожим, а другой болдырь- помесь иных племен, в частности отпрысков Першего имели право обе печищи, как Расы, так и Димурги. Потому Перший и просил брата отдать ему лучицу, имея на это законное право, каковое, правда, растерял в желании облыжничать Родителя, жаждая непременно сохранить подле себя лучицу. Одначе, так как к Родителю повиниться прибыл не Перший, которого ожидали, а Небо... Родитель повелел старшему из Расов оставить лучицу у себя и заняться ее воспитанием. Не ведомо, что говорил Родитель Небо по поводу лучицы, но именно после того возвращения и был проведен обряд Седми, а саму девочку окружили повышенным вниманием и заботой, словно ее существование стало теперь основой для всех Расов.

  О том юница конечно не ведала, хотя стала замечать, что ее просьбам не могут противостоять не только альвы, гомозули, но и Дажба, и Воитель. И если первые умели прикрыться отказом, что так мол не велели Боги, то вторые просто не могли сказать- нет, и ежели не помогали уговоры, уступали Владелине. Потому девочке иноредь удавалось побывать на конной прогулке, и даже брать с собой на таковые меч... Весьма редко искупаться в речке, сходить в лес, а пару раз даже посчастливилось посетить Ребячий мешок и пострелять из лука. Правда после того утомления у Влады разболелась голова, и царица уложила ее в ложе на несколько дней, напоив сонным отваром. А после посещения Ребячьего мешка и стрельбу из лука запретил сам Небо, объявив это не только сынам, но и юнице... Одним повелев, а другую мягко убедив. И отроковица пришла к выводу, после той беседы с Отцом, что на ее просьбы пожаловалась Вещунья Мудрая. Ибо теперь Дажба и Воитель почасту стали согласовывать просьбы со старшим Расом, говоря таким образом: " Это мне надобно уточнить у Небо... И коли Отец разрешит, я с радостью выполню твою просьбу, моя милая девочка".

  - Девочек?- вопросила Влада и также как до того царица, бросила встревоженный взгляд на купающихся в воде мальчиков, не только шумно плюхающихся в реке, но еще гулко наполняющих криком окрестности ее берегов.

  - Да, в частности на Зекрую, на оной я бывала, Боги привезли и мальчиков, и девочек,- пояснила своим мягким, приятным голосом Вещунья Мудрая.- И мы альвы обучали девочек.

  - А у нас ведь тоже появятся девочки?- поспрашала отроковица и качнула ногами в воде так, что широкие круги вяло текущей реки неспешно унесли ту рябь вслед по движению течения.- Девочки, как я... Откуда они возьмутся, с других планет?

  - Я не могу ответить на этот вопрос,- не раздумывая, проронила царица.- Спроси о том Зиждителя Дажбу.

  - Я спрашивала... И он мне сказал, что их привезут, через три лето с иного места,- медленно роняя слова отозвалась юница, наблюдая за проплывающей мимо них корявой веткой, на завершие которой помахивая ажурными, сухими рубежами поместился желто-зеленый дубовый лист.- А, что такое иное место я не уточнила.

  - Почему, мое чудо?- заинтересованно спросила Вещунья Мудрая, и, протянув в направлении лица девочки свои тонкие перста, убрала оттуда локон волос, выбившийся из плетеной косы.

  - Нас прервали. Пришел Словута,- теперь Владу величала почасту Богов лишь по именам. И в том не было как допрежь того, чего-то предосудительного, и, видимо, никем не замечалось, похоже и самой юницей.- Он поднял меня на руки и поцеловав в лоб, прижал к себе... И я забыла, что хотела спросить. Знаешь, точно меня враз лишили памяти. Я вспомнила о нашем разговоре с Дажбой о девочках когда вышла из капища.

  - Значит, я скажу Зиждителю Дажбе,- усмехаясь, благодушно протянула царица, и ласково огладила черные бровки юницы.- Чтобы более Зиждитель Словута не целовал тебя, когда ты беседуешь с Зиждителем Дажбой. Так как не допустимо, чтоб тебя подолгу тревожили какие-то вопросы... Это запретил Зиждитель Небо.

  - Словута, он куда-то отбывал... Он где-то бывает в каком-то месте,- протянула не столько спрашивая, сколько утверждая девочка, и резко вспенила воду правой, а посем и левой ногой.- Я его давно не видела, как и Седми, и Бога Дивного.

  - Конечно, бывает... У Богов, я тебе это уже говорила, много творений во Всевышнем, не только Галактика Млечный Путь и Солнечная система,- дополнила Вещунья Мудрая речь девушки.

  Она вынула из воды ноги, в доли секунд обула на них сапоги, а после настойчиво потянула на себя конечности Влады. Но прежде чем натянуть на ее ноги тонкие чулки, оные, как и многое иное появилось у юницы, после видения, обтерла их тонким ручником, лишь потом обув в темно-синие, мягкие сапоги.

  - Ты может, соскучилась за Зиждителем Дивным?- вельми участливо поспрашала царица, миг погодя, пристраивая ноги отроковицы на песочный брег.

  - За Седми,- чуть слышно молвила Владелина, потому как сзади из густой чащи леса нежданно донесся раскатистый гул.

  Девочка и царица разом обернулись, успев приметить, как на дотоль чистом голубом небе блеснула яркой, серебряной полосой стрела и единождым махом ударила куда-то в глубины леса, точно в кроны деревов. А морг спустя пронзительный визг накрыл все чернолесье и выкатился на брег реки, заколыхав верхушками крайних деревьев, и зарябив гладью воды. Громко заклекотали, что-то малопонятное соколы, парящие в небесах. Вещунья Мудрая немедленно вскочила на ноги и загородила собой также резво поднявшуюся девушку. Прошло совсем малое время, когда снизу прибежали взволнованные, вооруженные мечами Двужил, Могуч и Крепыш, а следом за ними полураздетые отроки.

  - Что это?- удивленно вопросила Владелина, и, шагнув в сторону и вперед, поравнялась с царицей.

  - Стой тут, на месте,- голос Вещуньи Мудрой дрогнул, и она суетливо схватила отроковицу за руку, тем самым сдерживая ее дальнейшую поступь.

  А сама меж тем подняла голову и воззрилась на клекочущих птиц, кружащих уже сравнительно низко, по-видимому, мало-помалу опускающихся. Влада тотчас последовала примеру царицы, и, вздев голову, вслушалась в повеление птиц, но на этот раз не смогла разобрать о чем они кричат, слышались лишь отдельные звуки из слов и протяжное шипение, будто кто-то наступил на хвост змее. Судя по всему, понять порученцев Бога Словуты не могла и наставница девочки, оттого черты лица ее выражали днесь не только обеспокоенность, но и озадаченность.