Вячеслав Алексеев - Стрелочники истории

   В некоторых ангарах и казарме имитировали "неудачные" подрывы: якобы хотели взорвать, да в спешке не получилось, а на самом деле под полом ставили мины замедленного действия, которые тщательно маскировались.

   Залогин хотел заминировать и уцелевший склад авиабомб, но Шибалин отговорил:

   - Не поверят. Начнут мину искать, а заодно и другие помещения проверят, а оно вам надо?

   Залогин согласился. Склад рванули в последний момент, когда народ погрузился на броню и медленно катил к исходной точке.

   Ганомаги въехали в лес и выгружали партизан перед уходом в силур, как у ангаров появилась вражеская техника. Заметив на противоположном конце ВПП незнакомые танки, немцы сделали издалека несколько выстрелов. Мимо, хотя один снаряд чиркнул по броне и улетел в сторону, оставив глубокую царапину. Наши танкисты ответили, два немецких танка и грузовик загорелись. Немцы отступили.

   - Товарищ Залогин, загружайся обратно. Эти сейчас на хвост сядут, а без техники вам не отбиться. Куда ехать то? - предложил Калужин.

   - Тут километрах в трех болота начинаются, вот до них проводишь? спросил Семен.

   - Не вопрос. А дальше?

   - Дальше мы тропку знаем, но ваша техника не пройдет. Сможете задержать погоню, пока мы на другой конец с открытого места не уйдем?

   - Задержим.

   Партизан довезли, выгрузили у болота, дальше они цепочкой пошли на другой берег. Ганомаги переехали в портал, танки остались караулить погоню. Тем временем Саня вернул портал к аэродрому, посмотреть - что там творится. Немцы собрали внушительную силу с десятком танков и под две сотни солдат. В этот момент они как раз втягивались в лес по следам ушедшей техники. Серпилин предложил высадить наблюдателя-корректировщика и обработать немцев из гаубицы.

   - Что, понравилось? - обрадовался лейтенант Андреев. - А ведь Вы, товарищ старший лейтенант государственной безопасности первый спорили, когда я предложил стрелять по аэродрому.

   - Это было давно и неправда. - вяло отмахнулся Геннадий и обратился к Шибалину. - Так как решим, товарищ подполковник?

   - Сам пойдешь?

   - Почему бы и нет? - ответил Геннадий.

   - И я, за компанию. - вставил Осадчий.

   - Добро! - ответил подполковник.

   В стороне от протоптанной танками "тропинки" росла высокая ель. Саня подвел портал к этой ели и офицеры прямо с силурской земли перелезли на ветви дерева, почти на самую вершину.

   - А ничего! Таким способом очень удобно по деревьям лазать! прокомментировал Геннадий.

   - Главное, немцев хорошо видно.

   Портал перегнали на прежнюю позицию на острове. Впрочем, от острова там мало что осталось. Многочисленные воронки заполнились водой, кусты и деревья повалены, на ветвях клоками висела болотная тина, разбросанная бомбами, попавшими в воду.

   Первый выстрел Андреев дал с большим перелетом, боясь зацепить своих корректировщиков, но уже с третьего - накрыл немецкую колонну. Солдаты разбежались и попрятались кто где. Один из фугасных снарядов если и не попал в танк, то воткнулся в землю в притирку к нему, в результате троечка опрокинулась и загорелась.

   Немецкий командир сообразил, что тут не обошлось без корректировщиков. Обратив внимание, что снаряды рвутся по всем направлениям, кроме одного, приказал взводу прочесать лес в сторону большой елки. Серпилин заметил этот маневр и сообщил Шибалину. Тот приказал прекратить огонь и эвакуировать корректировщиков. Геннадий и Александр успели перепрыгнуть к себе в последний момент - немецкие солдаты, заметив шевеление ветвей, открыли по дереву огонь из своих винтовок.

   - Сань, подведи-ка портал под этого через чур умного немца, я ему хочу гранату подарить. - попросил Геннадий.

   Граната упала у самых ног, немецкий лейтенант взлетел на воздух, так и не поняв, откуда пришла смерть.

   - Может и остальных также? - спросил Андреев.

   - А танкисты? Им тоже пострелять хочется. - возразил Геннадий. - Тем более, для них риск минимален. Да и мы подстрахуем.

   Танкисты грамотно заняли позиции, получалась классическая танковая засада. Немецкая колонна, едва оклемавшаяся после артобстрела, сама влетела в огненную ловушку. Танковый след, по которому спешили немцы, проходил по относительно твердому, но узкому перешейку. Справа и слева земля тоже казалась твердой, с отдельными деревьями, но на самом деле - это была серия мелких не связанных между собой островков. А танкисты, сделав круг, притаились сбоку от этого узкого участка.

   Три выстрела по первой и последней машине и вся колонна встала. Ни вперед, ни назад. Две троечки попробовали рвануть напрямик и тут же застряли, сев на брюхо и наматывая топкий ил на гусеницы. А наши танкисты курсировали на противоположном берегу, методично и особо не торопясь, выбивали один немецкий танк за другим, потом принялись за грузовики. Немцы тоже пытались стрелять и даже иногда попадали, но на Т-80 это никак не отражалось. Остатки солдат, бросив погибающую технику, рванули обратно. Погоня была сорвана, о чем Шибалин тут же известил Залогина.

   - Когда немцы побежали, мог бы и прекратить огонь. - отчитывал Шибалин командира танкистов, перебравшихся в силур.

   - Почему? - удивился старший лейтенант Михаил Ярошенко, командир танкового взвода из 1993 года.

   - Потому что всю эту технику ты сейчас будешь к нам затаскивать. Что-то могли б и мы использовать, а теперь - только в качестве доноров. А совсем негодное - Афанасьеву. У него любое железо в цене, особенно танковая броня оптимальная сталь для оружия и доспехов.

   Больше всего хлопот доставили две завязшие троечки, правда именно эти машины практически не пострадали, пополнив танковую мощь силурян на две единицы.

   Торжок, 11 августа 1237 года (серпень 6745 год)

   Утром в Торжок одновременно прибыли две делегации - из вольного Новгорода и от князя Владимира Мстиславича, князя Торопецкого. Впрочем по меркам 20 века, не совсем одновременно, но в 13 веке разницу в один час никто таковой не считал.

   Обе делегации столкнулись на пристани, сначала раскланялись, потом заспорили - кому идти первым. К новгородской присоединился местный агент Новгорода - посадник Иванко, однако, именно он в торопецкой узнал своего знакомого - воеводу Яруна, спасенного им самим от злых литовцев. Это разрядило назревающий конфликт. Делегации приняли компромиссное решение послать гонцов, а там уж как новый князь решит, кого сам позовет, тот и пойдет.

   Афанасьеву о прибытии делегаций и об их внутреннем междусобойчике доложили едва ли не раньше, чем прибежали гонцы. По этикету тех времен хозяин должен был встретить гостей на крыльце или вовсе во дворе у ворот, а хозяйка - угостить квасом или сбитнем. Своей хозяйки у Арсения Николаевича не было, а отдавать эту роль какой-нибудь из многочисленных служанок не хотелось. Кто знает нравы местных? Потом пойдут разговоры и придется на той служанке жениться. Как быть с напитками - подсказал Максим:

   - Арсений Николаевич, поставь стол во дворе, а на него все, что требуется. Чай, не баре, сами нальют и выпьют. У нас самообслуживание.

   - Вот именно, что баре. Сделаем так, стол и напитки - по твоему, во дворе, а на разлитии пусть сразу десяток служанок работает. Лично мне это ничем не грозит. Кому же из местных не понравится, это будут их проблемы. В дом зайдем, там по своему угощу. Пусть к новым правилам привыкают.

   Отослав гонцов с указанием, чтоб приходили все вместе, Афанасьев прошелся по первому этажу терема. Ремонт уже закончили, расставили мебель и сейчас прислуга наводила окончательный лоск в центральном зале для приема гостей: занавесочки на огромных окнах, рюшечки, диваны чуть подвинуть, кресла чуть отставить, репродукции картин в золоченых рамах поправить, чтоб висели ровно, пыль смахнуть, полировку тряпочкой протереть.

   Главным украшением залы был огромный на полтонны воды аквариум. За задним стеклом - картина с "морским" подводным пейзажем и "скелетом" затонувшего парусника. На этом фоне между темно-зеленых водорослей плавали полосатые скалярии, голубые ленивые гурами, красные меченосцы, верткие неонки, заполошные барбусы и разноцветные гуппи. Скрытая боковая подсветка освещала внутренности, переливалась на рыбьей чешуе.

   Любопытно, но изначально Афанасьев был против аквариума, дескать в зале рыбой будет вонять, но бывший дизайнер, а ныне главный княжеский снабженец Дмитрий, настоял на этой детали интерьера, и теперь Афанасьеву самому понравилось наблюдать за неторопливыми рыбами:

   - С этим аквариумом никакой работоспособности! - жаловался он, когда кто-то случайно заставал его в кресле, наблюдающим за рыбками.

   А что уж говорить про аборигенов. Были случаи, когда очередной проситель утыкался взором в подводный мир и напрочь забывал - зачем пришел.