Мой Советский Союз Магических Республик 2 - Сергей Викторович Вишневский

— Это основа системы обратного излучения, — хмыкнул Истукан. — Ты хоть про такое читал?

— Нет. А в чем смысл?

— Смотри, когда у тебя есть артефакт, который излучает, ты можешь сделать вот такой комплекс, выставить метки и он будет перенаправлять фон в нужную точку. А это что?

— Что?

— Это по факту бесплатная подзарядка источника.

Тут вмешался Семен.

— А чего тогда эти комплексы везде подряд не ставят?

— Во первых — чернила под такой комплекс дорогие. Считай Амарант и чистый кварц, на артефактной кислоте, — вздохнул Истукан. — А во вторых — даже хорошо настроенный конструкт обратного излучения больше тридцати процентов не уловит. То есть сбор не абсолютный и отсюда и отсутствие смысла в нем. Полностью фон не уберет, а для экономии силы производство слишком дорого. Но у вас же штучный вариант, так?

— Ну, так… — кивнул Кирилл.

— При наличии денег — можно заморочиться. Считай, мой вариант будет процентов на сорок сильнее. А за счет обратного излучения, ты потери отобьешь. Единственная проблема — камень силы надо найти. Причем не мутный какой, а нормальный. Прозрачный. Вот с ним уже можно подзарядку устраивать или менять его.

— Товарищи! — оборвал их диспут Кот. — Я все понимаю, но вы может как-то определитесь со схемой?

Осетренко и Истукан переглянулись.

— Мне что на нижнюю опору чертить?

— Конструкты под низкочастотный резонанс, — пожал плечами Кирилл. — У нас с четырех лепестковым пока подсчеты.

— Понял, — кивнул Семен и глянул на Лену.

— Вы сейчас серьезно? — осмотрела она ребят. — Вы… просто так, даже без точно расчета собираетесь…

— Ленка, — подошел к ней Кот и приобнял за плечи. — Ты не поверишь, насколько практика отличается от теории. И мы, как отцы основатели «Прикладной практической артефакторики» с гордостью заявляем: Теория без практики — пустословие!

— Чего? — глянула на него девушка.

— Говоря простыми словами — за чай с пряниками мы возьмем тебя в дело! — улыбнулся Кот и кивнул на обрезки профильных труб.

* * *

Лаврентий Павлович поднял взгляд от документов и посмотрел на сидевшего перед ним мужчину.

— Перепроверили? — спросил он.

— Так точно, — кивнул широкоплечий подчиненный. — Скопировали все, от лица, до отпечатков.

Глава ГБ тяжело вздохнул, перелистнул страницу в папке и уточнил:

— На чем погорели? Повадки? Провалы в легенде?

Подчиненный хмыкнул и произнес:

— Зубы.

Хозяин кабинета оторвал взгляд от папки и поднял на собеседника. Тот, от взгляда через тонкие круглые очки поежился, после чего продолжил:

— Флюс у одного приключился, — пожал плечами он. — Обратился в нашу стоматологию, ну а там карты сверили и сразу нам сигнал подали.

— Свой агент в больнице был?

— Никак нет. Сами на нас вышли.

— С чего такое рвение?

— Чтобы точно повторить форму черепа, забугорные спецы знатно постарались. В том числе вырастив новые зубы.

— Английский прикус, — хмыкнул Лаврентий Павлович.

— Прикус наш, но почерк действительно английский, — кивнул мужчина. — Нам известно, что из-за избытка силы и кальция, что принимает больной, на эмали сформировывается особый рисунок на эмали. Что-то типа рисок. Как царапины.

— А стоматологи оттуда как узнали?

— Все оборонные предприятия лечатся в своих поликлиниках и больницах. Удобно, особенно, когда болеют похожим. Там до всех специалистов доводится информация по поиску оборотней.

— Вот и стрельнула профилактика, — хмыкнул мужчина и перелистнул страницу. — Оборотней взяли? Сколько их было?

— Шестеро. Четыре на заводе и еще два выступали связными, под видом общих знакомств. Задержать удалось только двоих. Один был убит при задержании. Двое пустились в бега. Один самоликвидировался.

— Беглых поймали?

— Буквально час назад пришла информация, что тоже уничтожены, — мотнул головой собеседник.

— Жаль… Дознание не проводили?

— Никак нет. Были обнаружены блоки на самоликвидацию. По немецкому принципу — на внутренней поверхности свода черепа. Решили подготовиться и сначала вычистить. Сейчас в медикаментозном сне.

— Никогда не понимал эту тягу к самоуничтожению, — хмыкнул Лаврентий Павлович. — Все равно ведь расскажут.

— Это потребует времени, — пожал плечами подчиненный. — Думаю, у них была система сигналов о провале. Хвосты уже чистятся.

— Что наши «Некросы»?

— Работают, но им нужно время, чтобы сломать призванные слепки личности.

— Хорошо, — кивнул глава ГБ, перелистнул страницу и уставился на отчет.

— Что по феномену?

— Вы про…

— Про жопу, — улыбнулся Лаврентий Павлович. — Нет, однозначно, лет через тридцать надо будет рассекретить этот эпизод.

— Возможно, — попытался скрыть улыбку собеседник. — По феномену работам плотной группой из технологов и наших оперативников. Повторили эффект с Владивостока и с кавказского хребта. Полное подтверждение теоретических выкладок.

— Перспективы уже прикидывали?

— Да. И перспективы впечатляющие. Есть предложение использовать наших агентов для установления периметра в пентагоне.

Лаврентий павлович поднял взгляд на собеседника и хмыкнул.

— Слишком рискованно. Там у нас нет надежных агентов, а вот слить наше преимущество — запросто. начните с чего попроще.

— Дипломаты? — предложил помощник.

— Самое то. Только подберите из нашей агентурной сети.

Лаврентий павлович перелистнул страницу и пробежался по ней глазами.

— Что можете сказать по отчету с Урала?

— Крутятся как могут, — пожал плечами собеседник. — Вроде ничего не утаили, рассказали как есть, но прикрываются новым направлением. Выдают за свою разработку.

— А чья идея все же?

— Денисов Илья Константинович. Студент уральского ПолиМага. Артефактор. Увлекается теорией. Рассказал свои подсчеты на кружке. Там наши агенты информацию и уловили.

— Присмотрись к нему, — кивнул хозяин кабинета и перелистнул страницу. — Будет возможность подтягивай. Нам такие кадры нужны…

Тут его брови опустились к переносице, спустя секунд тридцать, лицо разгладилось, а еще через двадцать и вовсе появилась улыбка.

— Занятный отчет… — хмыкнул он, отложил листок и взглянул на следующий. Спустя минуту, он произнес:

— Что за агенты такие? Кот и Рыба?

— Студенты ПолиМага. С целительского. Сообразительные ребята. Кот Семен и Осетренко Кирилл.

— Что по родителям? Комсомольцы?

— Осетренко — комсомолец. Кот — нет.

— Кот… — нахмурился Лаврентий. — Почему кличка с фамилией одинаковая? Да, и Осетренко…

— Считаю, что ребят использовали как внешних агентов. Косвенно подтверждается, что ребят использовали как пешек.

Лаврентий Павлович тяжело вздохнул.

—