Мечников. Том 4. Открытие века - Игорь Алмазов

И я приступил к работе. В целом, как привести в порядок канальцы в почках, я понимал прекрасно. Это для меня совсем не проблема. Есть вопрос куда серьёзнее.

А именно — причина.

Отчего взялся этот некроз? Если исключить все магические повреждения, которые мог бы подкинуть этот мир, вариантов остаётся не больше пяти.

Во-первых, такая картина может наблюдаться при дегидратации. То есть, в случаях, когда организм теряет слишком много воды. Из-за рвоты, диареи или ожогов. Но лежащий передо мной мужчина совсем не похож на обезвоженного. С его лба градом льётся пот.

Организм бы не стал расходовать столь драгоценную жидкость таким образом.

Точно такая же клиническая картина может наблюдаться при окклюзии почечных сосудов — при ишемии почки. Однако и этот вариант я уже отмёл. Я приказал магии избавиться от тромбов и атеросклеротических бляшек. Но не потратил при этом почти ни одного процента своего запаса магии. А значит, заклятье не сработало — бляшек и тромбов нет.

Возможно, почки повредили токсины или какая-то инфекция… Но и обратный виток, которым я прошёлся по почкам, действовал весьма неохотно. Значит, бактерий там нет. Моча стерильна, каковой она и должна быть в норме.

— О боги, храни меня Грифон… — простонал Родников и с грохотом рухнул на пол.

— Что там случилось? — не отвлекаясь от лечения, спросил коллег я.

— Видимо, Эдуард Семёнович передал вам слишком много своих сил, — сказал Кораблёв.

— Мои тоже уже почти на исходе… — пыхтел Синицын.

— Всё, отбой! — скомандовал Кораблёв. — Дальше я сам. Моих витков должно хватить, чтобы подпитать Алексея Александровича.

А я и не думал, что лечение почечных канальцев отнимет у нас столько магии. Но тут я сам просчитался. Перекинул всю ману в обратный виток, поскольку считал, что так лекарская магия будет развиваться быстрее.

Теперь-то мне очевидно — что-то не так. Как только вернусь домой, нужно будет обязательно вернуть всё на свои места.

— Господин Мечников, ещё долго? — спросил меня Кораблёв, когда я закончил восстанавливать почки. — Так я и сам скоро останусь без магии.

Видимо, взаимодействие с микроскопическими частями органа отбирало очень много сил. А уж если даже Иван Сергеевич со своими шестью витками начал бить тревогу…

— Придётся подождать ещё десять минут, господин Кораблёв, — произнёс я, пытаясь продумать план дальнейших действий. — Дайте мне подумать.

Я уже полностью восстановил кровообращение в почках, стабилизировал давление, и очистил организм пациента от веществ, которые начали вредить другим органам.

Но причину пока так и не нашёл. Откуда взялся этот проклятый тубулярный некроз⁈

Ах… Ну конечно!

Пациент полный, ему уже давно за пятьдесят. Нужно расспросить его о других симптомах.

— Как вас зовут? — перешёл к опросу я.

По-хорошему, именно с этого и нужно было начинать.

— Николай, господин лекарь, — улыбнулся мужчина. — Мне уже лучше… Вы бы знали, как я вам благодарен… Думал — помру!

— Подождите, — перебил его я. — Пока что благодарить рано. Лучше расскажите, а что беспокоило вас задолго до начала этого заболевания? Были другие симптомы? Которые беспокоили вас часто, но не так назойливо. То есть… — я задумался, как лучше сформулировать понятие «хроническое заболевание» простому гражданину. — Что вы уже очень давно терпите?

— Есть такое, господин лекарь, — кивнул он. — Несколько вещей беспокоят меня. Почти постоянно. Но я с ними уже обращался к другим лекарям. Мне сказали, что я всё выдумал.

— Кто это вам такое сказал? — нахмурился Иван Сергеевич.

— Так вон тот… Господин, который без сознания лежит, — сказал пациент.

Понятно! Родников запросто мог такое отмочить. У него вообще к пациентам отношение специфическое. «Могу — вылечу! Не могу — болезни нет, вы симулируете!». Как-то так.

— Так какие жалобы были у вас ранее? — продолжил опрос я.

— Пить всё время хочется… — вздохнул мужчина. — Знаете, как с похмелья! Но я спиртное не пью! Совсем. Пусть Грифон мою душу заберёт, если я лгу.

— Не волнуйтесь, я вам верю. А ещё что? — поинтересовался я.

— В туалет много хожу, — ответил он. — Мочусь постоянно. А иногда совсем плохо становится. Сознание бывает, теряю. Голова, как ватная…

Всё, больше сомнений у меня нет. Хоть я пока что и не могу проверить перечисленные им симптомы с помощью лабораторного оборудования, но здесь уже всё очевидно.

Сахарный диабет второго типа. Возраст за пятьдесят, повышенный вес, жажда, интенсивное выделение мочи. А приступы, которые он описывает, скорее всего, являются эпизодами гипергликемии — когда сахар подскакивает слишком высоко и это вызывает нарушение нервной деятельности.

Теперь всё ясно… Почки при сахарном диабете повреждаются очень часто. Именно это заболевание и вызвало эту клиническую картину. Скорее всего, сначала сахарный диабет привёл к почечной недостаточности, и из-за этого в кровь начали поступать оксалаты — соли щавелевой кислоты. И, скорее всего, мочевая кислота, которая привела к гиперурикемии. Другими словами, образовались идеальные условия для разрушения почечных канальцев.

Вот только излечить сахарный диабет второго типа я вряд ли смогу. На это даже лекарская магия неспособна. Лучшим вариантом будет отпустить пациента домой, а самому подумать, как решить эту проблему. Ведь я впервые столкнулся с этим заболеванием после своего перерождения.

— Итак, сейчас я рекомендую поступить следующим образом, — начал я. — Вашу поясницу я привёл в полный порядок. Однако я настоятельно… Слышите? Очень настоятельно рекомендую с этого момента посещать меня хотя бы один раз в месяц. Вам понадобится пожизненный контроль лекаря.

— Батюшки… — испугался он. — Да я же разорюсь! У меня ведь денег на такое не хватит!

И это — проблема. Крестьяне и простые граждане себе такого удовольствия действительно позволить не могут. Бесплатной медицины пока что не существует. Льгот тоже. Людям остаётся лишь терпеть. И не каждый лекарь станет лечить людей из доброты душевной.

Я не мог пообещать пациенту, что буду принимать его бесплатно. Банально из-за того, что в комнате присутствовал Иван Сергеевич. Он хоть и начал ко мне прислушиваться, но от такого бреда точно откажется. В условиях девятнадцатого века это попросту невозможно.

— Придите ко мне хотя бы ещё один раз — через месяц, — попросил я. — Отложите деньги, не пожалеете. Уж лучше быть живым, но с одним рублём в кармане. Чем… Сами понимаете.

— Вашу мысль я понял,