Друзья - Стефан Факеер

пожить в хоромах Софии несколько дней — желание сбылось — живи. Что-то уже расхотелось.

В квартире было восторженно шумно — будто каждый присутствующий выиграл в первый раз 10 тысяч рублей или вот-вот узнает формулу как это сделать. Накрытый по богатому раздвинутый стол стоял посреди большой комнаты, — за ним уместилось человек десять и несколько человек находилось подле него. На столе, кроме прочего, была даже запеченная буженина, которую большинство присутствующих видели только по телевизору.

Лица были знакомые — Марина и София хозяйничали. Я натянув улыбку на уши, принимал поздравления, которые были искренними — без иронии и зависти. Все радовались, что среди них есть такой молодец: никто не требовал поделиться формулой; никто не лез с расспросами; никто не завидовал и не требовал делить сумму на всех. Праздник для всех — я выиграл 10 тысяч рублей.

Во главе стола, разумеется, была София, рядом сидел Макей, потом я, Марина и остальные гости. Макей разливал игристое вино. София встала с наполненным фужером, глаза ее горели в унисон блеску бриллиантов в ее сережках, она начала говорить:

- Друзья, мы собрались не просто так, — мы собрались по поводу — Никита выиграл 10 тысяч рублей! Вот в этот фужер, — она подняла выше свой бокал, — вчера он положил три лотерейных билета, чтобы не потерять их, когда мы пошли на озеро. Сегодня выяснилось, что один билет выигрышный. Ура!

- Ура! Ура! Ура! — раздавалось со всех сторон. — Поздравляю, поздравляю...

- За тебя, дружище! — сказал Макей, мы звякнули бокалами, я повернулся к Марине и чокнулись с ней.

- Надо полагать, — продолжала София, — что это вышло случайно, что нет никакой формулы, о которой ты говорил с Мариной...

- Друзья, — я понимал к чему ведет София и решил обратиться за поддержкой к собравшимся, — мне надо во всем разобраться и проверить. Да, действительно, у меня есть кое-какие расчеты, но я не рассчитывал на такой большой выигрыш. Ну, 100 — 150 рублей — не больше. Думаю, что в этом случае София права, конечно, — это случайный выигрыш.

- Но формула, все таки, есть? — не унималась она.

- Да, есть, но, — поймите меня правильно — все надо перепроверить. Ведь один выигрыш ничего не значит, — нужны эксперименты.

- Какие эксперименты? — добавила она.

- Какие — известно какие, — покупать билеты «спортлото» и заполнять их.

Началась бурная дискуссия, которая разделила присутствующих на две части: одни хотели участвовать в эксперименте, другие желали только болеть за участников. Надо отметить лидерские способности Софии, которая смогла в короткий срок организовать этот диспут и разделить друзей на две разные группы. Было довольно занятно наблюдать за людьми, которые еще полчаса назад, даже не думали касаться темы денег, — теперь же, настроены по иному.

Спрашивать где сейчас находится мой билет — не хотелось. Получалась парадоксальная вещь, — я сжульничал, а в петлю лезет София, причем лезет сама и никто ей в этом не помогает; лотерейный билет находится у нее, она сама его проверяла, всех пригласила и сейчас организует сбор денег на эксперимент — разумеется, я приму в этом участие, 1 р 80 копеек не жалко ради этой хохмы.

Ближе к полуночи приехали родители Софии и гости стали расходиться. Марина помогала убирать посуду, мы с Макеем сдвинули стол. Я предложил ему пойти ночью к ткачихам; мы наелись дня на три, поэтому к поварихам не хотелось. Он сказал, что решим позже. Отец Софии — серьезный мужик — ушел в спальню. София, ее мама и Марина были на кухне.

Хорошо, что никто из них толком не знает кто я и откуда. Каждый думает, что обо мне знают остальные. Математик — думал я о себе с улыбкой. Конечно, можно было бы пойти спать к Марине и видимо, так и предполагалось. Но там мне надо было бы продолжать врать, а мне этого не хотелось. Мне хотелось забыться дня на три, чтобы события развивались сами собой.

Один я уйти не мог — так мы могли соврать, что устали и идем ночевать к Макею. А один я мог идти известно куда — в общагу к барышням, — и отношения с Мариной могли бы закончится навсегда, а так у меня был еще какой-то шанс. Мне не хотелось рвать с ней отношения таким нелепым образом — мне вообще не хотелось терять с ней отношения.

Мои мысли прервала София, которая вышла из кухни, в двух шагах за ней стояла ее мама. София сказала:

- Никита, пусть твой билет полежит у нас. Ты же нам доверяешь. Мальчики уже поздно, давайте расходиться по домам, завтра всем на работу. Никита, ты пойдешь к Марине.

Это не был вопрос или предложение — это было распоряжение. Мне в армии порядком надоело это солдафонство, но армия есть армия — солдаты, офицеры — субординация. А здесь — что к чему? Был бы этот лотерейный билет по настоящему выигрышным... Что-то мне подсказывало — надо подчиниться, — тогда все будет хорошо; такие подсказки я получал частенько и мой опыт говорил — это правильно.

Мы с Макеем проводили Марину до парадной, я сказал ей:

- Тебе завтра на работу — выспаться надо. Мне пьяному что-то не хочется твоим родителям на глаза показываться, — неудобно. Я тебе позвоню.

Она долго не отпускала нас своими вопросами, словно мы видимся с ней в последний раз: куда мы идем; что я буду делать с выигрышем; когда мы увидимся. Наконец, мы попрощались, затем зашли по известному адресу, — купили вина, и полезли к ткачихам.

—