Валерий Самохин - Спекулянтъ

- Не молчи! Когда ты молчишь - мне грустно...

От молчаливого нежного ответа зеленых глаз перехватило дыхание.

- А эта звезда как называется? Ты про нее пел?..

- Завтра уедешь, и целый месяц мы не увидимся...

- Ты опять молчишь!..

Когда ее кузен набросился на Дениса, она испугалась. Но, даже тогда успела заметить его необычную пластику. Что-то в ней было от балета. В прошлом году столичные подружки завлекли Юлию на новую спортивную забаву: английский бокс. Крепкие молодые люди, одетые в цирковое трико, неуклюже прыгали друг перед другом, смешно задирая вверх подбородок. Подружки были в восторге, но ей не понравилось.

Денис боксировал по-другому - красиво. И слово красивое. У него много интересных выражений. И сам он необычный. Правда, очень застенчивый...

- Не вернешься через месяц - я уеду!

- Куда?

- В Петербург. Осенью экзамены.

- Я приеду к тебе.

- Поклянись!

- Клянусь.

- Не так!

- Чтоб я лопнул!

- Не надо... не лопайся...

- Ты опять молчишь?!..

Сегодня подружка увлекла их в модный салон. Было чудесно. Пили шампанское, танцевали, играли в фанты и музицировали. Говорят, в этом салоне частенько пел сам Шаляпин. Юлия тоже исполнила свой любимый романс. Интересно, он догадался, что она пела для него? А потом ему достался фант: рассказать смешной стих.

Но Денис почему-то отказался. Она сделала вид, что обиделась на него. Тогда он попросил гитару. И спел. Какая красивая песня! Правда, о таком композиторе - Ди Милано - никто почему-то не слышал. Но итальянцы всегда были прекрасными музыкантами...

- Тебя, в самом деле, молнией ударило?!

- Да...

- Бедненький!.. А что потом?

- Ты появилась.

- Не смейся надо мной!.. Лучше спой еще что-нибудь...

- Ты опять молчишь!..

Ласковое прикосновение к щеке и грустная, милая улыбка...

- Напиши мне.

- Я не умею.

- Ты опять смеешься?!..

- Мне пора.

- Приезжай поскорей!..

Огромная зловещая луна мрачно повисла над пустынной улицей, заливая мертвенно-бледным светом ночной пейзаж. Неясный силуэт в темном окне обернулся и прощально помахал рукой. Сердце забилось в радостном томлении. Забравшись в холодную постель, Юлия свернулась котенком под пуховым одеялом и тихонько запела:  

Под небом голубымЕсть город золотойС прозрачными воротамиИ яркою звездой...  

Ну, когда же он приедет?!..  

*** Уфимская губерния. 27 июня. 1896 год. Частный особняк.

- Документы готовы? - спросил Денис, пробегая глазами по списку.

- Губернская канцелярия печать поставила.

- Что еще забыли?

- Да вроде, ничего, - пожал плечами Иван Кузьмич...

Подготовка к вояжу в Самару заняла несколько дней. Во-первых, нужно было зарегистрировать новую компанию - третья гильдия купца не дозволяла заниматься оптовыми сделками. За небольшие подношения регистрацию провели в считанные дни. Назвали незатейливо: торговый дом "Черников и сын"...

- За сколько доберемся?

- Почти двое суток плыть.

Купец отправил в рот очередной кусочек севрюжьего балыка и расплылся в довольной улыбке. Отрезав толстый ломоть от пшеничного батона он узватил крынуку с парным молоком.

- Перекусил бы на дорожку.

- Спасибо, батя, не хочется.

В дверь залетел взъерошенный Федька, едва не споткнувшись об порог. Негромко выругавшись, он торопливо доложил:

- Барин, там костюмы принесли.

Денис привычно показал ему кулак. Сорванец ухмыльнулся и понятливо закивал головой...

Гардероб обновился кардинально. Современная мода - кургузые пиджаки и зауженные, в обтяжку брючки - вызывала нездоровый смех. После долгих споров и нескольких поправок в эскизах - обнаружилась неожиданная способность к рисованию - местный портной взялся за дело. На примерке портной опять бурчал, но - уже одобрительно.

Требовалось также подобрать новых работников для предстоящей комбинации. Имеющихся в наличии у купца явно не хватало. Решили привлечь и Федьку - юный по годам сорванец отличался смекалкой и взрослой рассудительностью.

- Федор, купонные книжки отпечатали?

- Через два дня обещали, Денис Иванович.

- Ты хоть пирожок скушай, - опять вмешался отец. - С печенкой заячьей. Пальчики оближешь!

Купец стукнул ложкой по руке Федьку, потянувшегося к блюду с выпечкой. Деревянный стук по столу возвестил о неудавшейся попытке - сорванец радостно заталкивал в рот горячую сдобу.

- Прибью! - пригрозил ему Денис. - С артельными старшинами связался?

- С местными договорились. Оренбург на себя Мишка возьмет. В Самарскую губернию через три дня выедем.

Федька торопливо дожевал пирожок и потянулся за следующим.

- Смотри, без покупщиков вся затея коту под хвост пойдет.

- Не переживайте, барин, дело знакомое.

Поймав вопросительный взгляд сына, купец подтвердил:

- Они у меня третий год зерном занимаются. Каждую мелочь изучили.

Еще раз просмотрев список, Денис предложил:

- Ну, что присядем на дорожку?..

Меланхолично наблюдая за пенной струей за бортом теплохода, он обдумывал еще одну возникшую проблему. С какого бока к ней подступиться? Или оставить все, как есть? И плыть по течению... Юлия... Денис не ожидал от себя столь пылкой влюбленности. ТАМ отношения были другие. Украл, выпил - в тюрьму. Выпил, потанцевал - в постель. И забыл. Только номер в записной книжке телефона. Девушка не танцует? Миль пардон - ищем дальше... Танцующих хватало...

Удивляло и другое. Собственное косноязычие. ТЕ слова, привычные, сложившиеся, в этом времени казались неуместными.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Окрестности аэропорта J.F.K. США, Нью-Йорк. 15 апреля. 2009 год.

"...Мы ведем прямой репортаж с места  крушения правительственного лайнера. Место трагедии оцеплено сотрудниками ФБР, ЦРУ и АНБ. Пока еще досконально не известно, находился ли на борту президент Соединенных Штатов...".

(прямой эфир агентства Си-Эн-Эн). *** Самарская губерния. 01 июля. 1896 год. Дворянская улица. Крестьянский поземельный банк.  

Управляющий Самарского отделения Фрол Спиридонович Вощакин задумчиво рассматривал разложенные на столе кабинета бумаги. Он помнил Дениса - сына его родного племянника - совершенно другим: застенчивым, худеньким юношей, которого кроме книг, казалось, ничего не интересовало.

Сейчас же перед ним сидел молодой хищник прожорливой купеческой стаи, с уверенным и насмешливым взглядом ярко-зеленых глаз. Где-то внутри возникало ощущение, что молодой человек знает намного больше, чем хочет показать. И уж точно больше его самого - прожженного финансиста конца девятнадцатого столетия.

Переговоры длились уже больше трех часов, но банкир все еще не мог принять решения.

Прожект, предложенный молодым человеком, был не нов по сути самой идеи - аналогичную схему использовал еще известный американский спекулянт Бенджамин Хатчинсон, - но в деталях различия были кардинальными. К тому же американский вариант невозможно было технически применить в российских условиях: сказывалась отсталость отечественного биржевого рынка. А вот эта схема могла и сработать.

К тому же, опытного банкира не покидало чувство, что в рукаве у юноши спрятан козырный туз. И достанет он его явно не сейчас...

- Вы должно быть в курсе, молодой человек, - осторожно продолжил переговоры Вощакин, удивляясь про себя столь уважительному обращению к юному родственнику, - что подтоварные ссуды ограничены специальным уложением в 500 тысяч рублей. Все, что свыше - только по особому решению учредительного комитета.

- А мы не и просим подтоварную, - столь же вкрадчиво ответил Денис. - Ссуда может быть выдана под залог вексельных расписок, а уже обеспечением последних являются вот эти контракты...

Банкир хмыкнул. Схема действительно позволяла обойти действующий закон: на ценные бумаги ограничений не было. Закладные векселя таковыми и являлись. Да и сами контракты были составлены явно знающим стряпчим. Из них следовало, что торговый дом " Черников и сын", покупает на корню чуть ли не половину урожая Самарской и, части соседних, губернии.

Крестьяне получают десятипроцентный аванс сразу при подписании контракта, и цена остается неизменной до его полного окончания. А сумма выходила для крестьян очень даже заманчивой: при начальной стоимости нынешнего урожая (а банкир это знал из купеческих разговоров) в 85-90 копеек за пуд пшеницы, Черниковы предлагали сразу же рубль десять. И риска погодного не было: десятипроцентный аванс допускал гибель даже большей части урожая. Но уж больно сумма велика...

- Все равно - кредитный комитет может и не одобрить. Контракты, - банкир кивнул на лежащие, на столе бумаги, - штука хорошая, но обеспечением не являются.