Шофер. Назад в СССР. Том 3 - Артём Март

продолжал Серый после перерыва, — Землицынское заявление жизню поломало. Не? С работы выгнали, невеста бросила. Без копейки ты остался. Да еще и Щегловых — единственных, кто помог бы нам в люди выйти, теперь в тюрьму посадили. Вот кто теперь ты, по Землицынской милости такой?

Унылый как червяк Ленька, сменивший модные свои тряпки на простые брюки рубаху да рваную куртку, пожал плечами.

— Да ни кто. Ягненок на заклание, такой как мы все! — Серый развел руками. — А ты, Федот? Дом сыну под Армавиром строил, был уважаемым человеком. А теперь чего? Денег нету, а сын с невесткой и вовсе от тебя отвернулись. Называют бандитом и плюются, как только ты им на глаза попадешься. Нравится тебе такая жизнь?

— Не нравится, — вздохнул Федот. — Ну а чего делать-то?

— Да, чего уже тут поделаешь? Все похерилось же, — поддакнул Лёнка Лыков.

— Никому нельзя обиды спускать, никогда, — похолоднел голосом Пашка. — Один раз спустишь, и всю жизнь будут о тебя ноги обтирать. Всю жизнь у тебя будет душа не на месте, и оттого начнешь ты становиться все слабже и слабже.

— Оставь эти свои бредни, — голос Максима тоже стал холодным как железо. — У нас сейчас одна задача — уйти целыми в Украину. Жизнь новую начать.

— Да со старым грузом на душе? — Сузил глаза Серый. — Э-э-э нет. Тебе, Максим, нас троих никак не понять. Ты от Землицына меньше всех получил горя. Это мы хапнули по горлышко. Потому надо, прежде чем срываться с места, отомстить. Пусть Землицын помучается, так как мы мучаемся!

— Злобный ты, Серый, как черт, — покачал головой Максим.

— Это не я злобный, это ты не понимаешь ничего, потому как от Землийцына меньше всех пострадал. Ну? Верно же говорю, мужики?

— Ну, так-то да. — Заколебался Федот. — Пока мы прятались по чужим хатам и машины грузили, что б с голоду не сдохнуть, ты, Максим…

Федот недоговорил, потому как Малыгин бросил на него угрожающий свой взгляд.

— А вы его не бойтесь! Не бойтесь! Он вас запугать хочешь, — указал на Малыгина Серый. — Хочет, чтобы вы у него ходили в помощниках! Куда ты на Украине нацелился? В Киев? У тебя там брат живет, верно?

— Ну и че?

— До Киева отсюда путь неблизкий. Одному на машине, да без передыху, тяжело будет добраться. А тебе надо быстро, да? Потому как ты боишься облавы и погони. Боишься долго на одном месте сидеть.

— Да потому что на нас вся милиция в крае нацелилась! — Вскочил Малыгин, — Ты понимаешь, что если мы задержимся, да еще наследием трупом, завтра же нас возьмут!

— А вы знаете, кто будет нам в Ростове, да Украине помогать? — Серый испуганно подался назад, но говорить не перестал. — Знаете, с кем он связался? Кто с его этим братом знаком? Какая такая помощь у нас от него будет⁈

— А тебе какая разница⁈ — Раскричался Малыгин. — Помощь будет и все тут! От тюрьмы уйдешь!

— Да только никто твоих родственников не знает! И сам ты торчал черт знает где, когда мы горечи хлебали! А ведь ты бывший мент! Участковый!

Ленка с Федотом уставились на Малыгина с подозрением и страхом в глазах.

— Ах ты падла! — Крикнул Малыгин

Малыгин подскочил к Серому, схватил того за грудки, стал трясти.

— Ты на что намекаешь⁈ Думаешь, я вас в западню веду⁈ Думаешь, на сдачу ментам⁈

— А что, нет⁈ — Рыкнул ему в ответ Серый. — Никому не говоришь толком, к кому мы едем! Что делать там будем! Внезапно пропал, когда каша заварилась, потом объявился как гром среди ясного неба! Внезапно же сорвал нас с места, и погнали, не знаю куда!

Застыли Малыгин с Серым друг напротив друга. Бабка Леньки Лыкова, слыша, как мужики в главной ругаются, заглянула в хату. На лице старушки взыграл страх. Не решившись ничего сказать, она закрыла дверь с той стороны.

— Мась, а ведь, правда, — осмелился Ленька. — Ты ж нам не хотел рассказывать, какие такие у нас друзья в Ростове. Все отнекивался.

Лыков злобно зыркнул на него. Потом на Маленкова.

— Ты тоже не веришь мне, Федот? Это ж я тебя в Новороссийск перевез.

— Когда я у тебя спросил, к кому едем, ты промолчал, — Прогундосил Маленков. — Скрываешь от нас чего-то.

— Серьезные то люди, Федот. Очень серьезные. Вам самим лучше про них и не знать.

— Советская милиция — вот твои серьезные люди, — подгавкнул Серый.

— Заткнись, мразь!

Малыгин размахнулся и дал Серому в лицо так, что тот повалился на пыльный половик. Федот с Ленькой аж подпрыгнули.

— А черт с вами, — сплюнул Малыгин. — Сидите здесь. Че хотите, то и делайте! А я щас же в Ростов еду.

Малыгин было направился к выходу, но Серый, с пола, вцепился ему в ноги прямо на ходу. Малыгин споткнулся об Пашкины руки, рухнул посреди комнаты. Успел опереться руками. Тяжелый пистолет гулко вывалился из кармана.

— Держите! Держите его! — Закричал Серый. — Он нас сдавать собирается!

Испуганные Федот с Ленькой бросились к Малыгину. Вцепились в одежду.

— Что вы, падлы, творите⁈ Перестреляю всех! — Заорал Максим.

— Пистолет! Хватаете егошний пистолет!

Лыков сел на Малыгина сверху, прижал к полу. Серый, зажал ноги. Бывший милиционер, прижатый животом к полу, судорожно возюкал руками вокруг, ища пистолет. Федот нашел его первым, подхватил.

— Дай! Дай сюда, быстро! — Закричал Серый, протягивая руку.

Федот отдал. Серый тут же вскочил, метнулся к голове Малыгина, приставил ствол к виску.

— Ну все, попался, падаль Ментовская!

— Паш? Паш, ты чего⁈ — Испугался Малыгин.

— Молчи, подментованная падла!

— Да какой я подментованный⁈ Будь я подментованный, вас уже давным-давно бы взяли, еще в Новороссийске!

— Халйо закрой! Ленька! Слезай с него!

Лыков тут же подчинился.

— Вставай, — скомандовал Серый Малыгину. — Руки держи так, чтобы я видел!

Максим медленно встал. Краем глаза Серый увидел в окошке, как бабка Лыкова, услышав, видать, переполох, торопливо пошла по двору, к калитке.

— Ленка! Бабку свою верни!

— Паш, — хотел что-то сказать Лыков, но Пашка его заткнул.

— Бабку верни! Быстро! Звонить в милицию она побежала!

Испуганный Лыков