Небо в огне - Алексей Ковригин

Если генерал Дуррути не заинтересуется моим предложением, то уведу эскадрилью в Мадрид. Республиканское правительство с радостью купило эскадрилью Андре Мальро, думаю что от лучшей истребительной эскадрильи Северного Фронта они тем более не откажутся. — это называется «взорвалась бомба»!

— Да как ты смеешь в таком тоне разговаривать с сеньором Президентом! Вы видите? А я вас предупреждал, что этот мальчишка не готов к столь ответственной должности! Какой из него комэск? Какой команданте? Да он даже вести себя в приличном обществе не умеет! Да это просто возмутительно! — что-то много эмоций, с чего бы это? Но я ещё не закончил:

— На то время, пока вы будете принимать решение, прошу озаботится питанием личного состава. Это тоже прописано в договоре. Со своей стороны гарантирую, что мы тоже не станем прохлаждаться. Вы сами, Ваше Высокопревосходительство, хорошо видели в каком плачевном состоянии сегодня находятся самолёты эскадрильи и полагаю, что нам есть чем заняться. Нужна полная замена изношенных двигателей, ремонт планеров и повреждённой оснастки. За то недолгое время, что нам ещё осталось, мы постараемся полностью подготовить самолёты к передаче новому владельцу. Мне от вас требуется только одно, что мне сообщить своим спонсорам? Вы подписываете моё уведомление сразу, или вам всё-таки нужно время на немного подумать? От этого зависят и мои дальнейшие действия. Прошу ответить сейчас. Я жду.

— Каков наглец! Это неслыханно! Да кто ты такой, чтоб чего-то требовать от президента? Вон из кабинета! С тобой ещё разберутся, как ты «воевал» и что успел натворить! — вот же козёл, ну никак не уймётся!

— Кстати, Ваше Превосходительство, а вы в курсе того, что ваш главком ВВС очерняет нашу эскадрилью? Прилюдно обещает отдать меня под трибунал, называет нас кровавыми маньяками и убийцами? Это выставляет в невыгодном свете не только вас, как подписанта договора с «Корсарами», но бросает тень на всю Страну Басков. Я никогда бы не посмел что-либо вам советовать и сейчас не стану. Думаю, что вы и сами разберётесь. — брови Агирре изумлённо вскидываются вверх и он требовательно смотрит на майора Ромеро. И вообще, вот как-то он вдруг стал молчалив. К чему бы это?

— Сеньор президент! Но это вовсе не я сказал, об этом пишут во всех французских газетах, требуя трибунала над этим маньяком, видимо я просто где-то оговорился. Не стоит предавать этому большого значения! — да он ещё и трус!

— Ваше Высокопревосходительство, мне некогда было читать зарубежную фашистскую прессу, я был занят более актуальными делами, но об этом пасквиле узнал не из прессы, мне задают неудобные вопросы, но пока я молчу, до времени. Так что мне передать моим партнёрам? — Агирре переводит на меня гневный взгляд.

— Готовь самолёты. У тебя есть четырнадцать дней. Твоим партнёрам я сам позвоню. Телефоны у меня есть. Вы свободны, сеньор Лапин! — вот так, уже не «команданте»…

* * *

Регистрация «Уведомления» в канцелярии много времени не отняла, дольше ждал переговоров на телеграфе с моими «спонсорами». Как ни странно, но особого удивления у Вонтобеля или Анатры моё решение не вызвало. Мне даже показалось, что выслушав мои сбивчивые объяснения, они оба вздохнули с каким-то облегчением. Первым разговаривал с Джейкобом и тот мне напомнил «а я тебя предупреждал!». Рано ты мой мальчик начал играть «во взрослые игрушки». Но не бойся, твой старший друг тебя в обиду не даст!

— Гер Вонтобель, да я и сам могу за себя постоять, но раз уж так сложилось, то прошу помочь в одном деле. Это в наших общих интересах. Раз сеньор Агирре оказался таким недоговороспособным, то не помешало бы вам переговорить с мсье Антоном Анатрой о стоимости наших «Девуатинов». Дело в том, что и самолёты, и моторы, и вооружение прошли на его заводе серьёзную модернизацию, их стоимость выросла от закупочной значительно. Деньги у сеньора Агирре, как мне видится, пока водятся. Вот и надо с него взять по максимуму. Чтобы впредь неповадно было. — на том конце провода слышен смешок.

— А ты, мой мальчик, кровожаден! Это хорошо для финансиста. Свернёшь свои дела в Испании, приезжай в Цюрих, в Швейцарии тебе дело найдётся. Твои прогнозы безупречны и место в моей компании для тебя всегда найдётся! — вот же неугомонный! Но приятно.

— Я подумаю над вашим предложением, гер Вонтобель. А то вот как-то упустил в договоре пункт о призовых за уничтоженную технику, а сейчас локти кусаю. Разбитые пушки, конечно, доказать довольно сложно, но вот сгоревшие танкетки и броневики прямо вопиют о моей недальновидности.

— Так в чём дело? Включим их как компенсацию за разрыв договора. Делов-то? — задумываюсь и неуверенно переспрашиваю.

— А что, разве так можно? Инициатором расторжения договора выступаю я.

— Э! Нет. Тут ты не прав. Договор нарушил Агирре, ты только зафиксировал этот факт. Так что мои юристы подготовят обоснование и этот шлимазл ещё поплатится за свою глупость. — явно общение с Анатрой на гера Вонтобеля дурно влияет.

— Так что Мишель, ты уже наигрался «в войнушку» и теперь готов к серьёзному предложению? — вздыхаю и отказываюсь.

— Гер Джейкоб, но для меня это была вовсе не «игрушка», а способ проверить свою готовность как пилота и командира эскадрильи. Мне это удалось. Сверну дела и вернусь на родину. Я соскучился, да и к экзаменам в школу пилотов надо подготовиться. Учебники почитать. — судя по сопению в трубке, мой визави явно недоволен моим ответом.

— Ты свой талант в землю зарываешь! Далась тебе эта авиация? Простой пилот никогда не заработает столько, сколько обычный клерк в моей конторе! — усмехаюсь, «с козырей заходит»!

— Это спорный вопрос, гер Вонтобель, мои пилоты получают тысячу долларов в месяц и полторы за сбитого противника.

— И что? Много вы там насбивали? — иронию ничем не скроешь, и мне она понятна.

— За последнюю неделю полсотни самолётов с небес на землю опустили. Могли бы и больше, но сами видите, как всё повернулось. — мой голос печален, но настроение и того хуже.

— Сколько-сколько? Полста аэропланов? Да вы там что, всех мятежников побили? — впервые слышу такой ошарашенный голос, удивление и раньше доводилось слышать, но вот такие интонации впервые.

— А я-то гадал, отчего это ты пошёл на снижение оклада, но на увеличение призовой суммы! Да ты сразу «вдолгую» играть собирался! Вот же ты «жук», Мишель! Даже интересно стало,