Застенец - Дмитрий Билик

что кун-фу Зейфарта сильнее Черевина. Не знаю, о чем подполковник долго разговаривал с директором, но через пять минут я шел в класс один.

– Коля! – подскочила ко мне Дмитриева, видимо, с желанием обнять. Но тут же одумалась и застыла.

– Рад, что ты в добром здравии, – выдохнул Горчаков, будто целую ночь только и думал об этом.

Протопопов лишь кивнул и пожал мне руку.

– А чего могло еще случиться? – удивился я.

Расстались мы вчера в спешке. Меня выхватили из толпы полицейские и проводили к экипажу. Даже поговорить и обсудить все толком не успели.

– Ты разве еще не понял? – холодно заметила Лиза, явно недовольная моей беспечностью. – Галицкий собирался убить именно тебя.

– Да уж понял, не глупее паровоза. Ой, не берите в голову по поводу паровоза. Выражение такое. В общем, понял. Ему приказал какой-то хмырь на трибуне возле Императора.

– Это был никакой не хмырь, – заметил Илья. – А лучший из Вестников Его Императорского величества господин Вельмар.

– Погодите, если это Вестник, в смысле чувак, который будущее предсказывает, получается, он меня хотел спасти, – догадался я.

– И спас. Еще бы пару секунд и Галицкий успел бы сотворить заклинание, – вздрогнул Илья, будто вновь пережил вчерашнее покушение. – К слову, я так и не понял, что он собирался сделать. В жизни не видел ничего подобного.

– И я, – поддакнула Лиза. – Но явно нечто сильное. Все же он маг второго ранга. Николай, прошу прощения за бестактный вопрос, но что тебя связывает с Галицким? Почему он решил убить тебя ценой собственной жизни?

– Ну, мы оба относимся к отряду приматов. Видимо, этот Галицкий не выдержал такой серьезной конкуренции и решил устранить соперника. Лиза, я в душе не… представляю, где я перешел дорогу магу целого второго ранга.

Но кому-то явно перешел. Целых три покушения примерно за месяц. Кто-то очень хочет поплакать (хотя это не точно) на моих похоронах.

Еще одним важным известием, о котором говорил весь лицей, а соответственно и город, стала отставка Максутова. Хотя, немного поразмыслив, я понял, что в этом был определенный смысл. Главноуправляющий Третьего Отделения здесь, по сути, являлся главой ФСБ. И должен был пресекать подобные инциденты. Однако, самой основной темой на повестке дня у меня оказались намерения относительно завода. И ближайших планов по собственному обогащению. Проблема была в том, что одному мне это все провернуть не под силу. Пришлось подключать товарищей.

– Я проконсультировался с Пал Палычем, – рассказывал я. – Во-первых, в теории, спортивные состязания без возрастных ограничений может организовать любой дворянин. Так что с этим проблем нет. Во-вторых, необходимо, чтобы на подобных состязаниях присутствовал лекарь рангом не ниже шестого. Тут у меня вроде есть подходящий человек. Самый сложный пункт третий – необходимо получить разрешение в Государственном управлении физическим воспитанием и спортом. Оно находится в ведении двух учреждений: военного министерства и министерства просвещения. Тут у меня никаких выходов.

Я посмотрел на друзей. Протопопов развел руками, мол, на этом мои полномочия все. Лиза закусила губу, но тоже молчала. А вот Горчаков покраснел, как маков цвет.

– Я могу попросить папа, – на последнем слоге он сделал ударение. – Но видишь ли в чем дело, Николай. Мой отец такой человек… – тут он покраснел еще больше, словно чего-то стыдясь. – Который ничего не делает просто так. Может, лучше обратиться к господину Максутову?

– Не думаю, что именно теперь, после снятия его с должности, это будет хоть как-то уместно, – ответил я. – К тому же, мы вроде квиты. Игорь Вениаминович спас мне жизнь на Ристалище. Поэтому один-один. Обратись к отцу. За спрос денег не берут. А потом уже будем предметно разговаривать. Я же пока займусь лекарем.

Легко сказать – займусь лекарем. Так получилось, что у меня еще была куча обязательств. И если футбол не тяготил, то посещения кьярда стали удовольствием ниже среднего. Васька почему-то решил, что я теперь его собственность и первое время, пока мне приходилось чистить коня, ревностно отбрыкивался, а уже после не отпускал, тычаясь своей хищной мордой в плечо. Но что интересно, делал это все молча, даже не пытаясь мысленно поговорить. Ну, не укусил на прощанье, и то хлеб.

Над Петербургом уже сгущался вечерний сумрак, когда я приехал в госпиталь. Сказать честно, успех предприятия не был стопроцентным. Скорее напротив. Ко всему прочему, для начала мне нужно хотя бы найти Варвару Кузьминичну. Признаться, я даже фамилии ее не знал.

И мне очень хотелось, чтобы она находилось именно здесь. Потому что в противном случае пришлось бы ехать к стене. А там непонятно, может меня развернут еще на подъезде. Граница и все такое. Других же координат Варвары у меня не было.

– Подождите, пожалуйста, здесь, Ваше Высокоблагородие, – попросил я подполковника.

– Не могу, Николай Федорович, – не повел тот и бровью. – Приказ.

Я тяжело вздохнул. Да, непросто мне будет с ним. С другой стороны, от казаков тоже оказалась немалая польза. Пришлось входить вместе в госпиталь. И выскочивший навстречу сторож, с весьма недовольной физиономией, сразу попятился, как только увидел черкески.

– Уважаемый, где я могу найти Варвару Кузьминичну? Молодая девушка, из лекарей.

– А вы кто ей будете? – чуть осмелел сторож.

Ну, понятно. Надо было сразу на ты и без «уважаемый». Есть такой тип людей, которые воспринимают только наглость и силу. Почему-то их больше всего среди простолюдинов. Тьфу, черт, начал думать, как какой-нибудь потомственный аристократ.

– Ваше Высокоблагородие, можно я с ним пошепчусь? – негромко сказал я. – Не волнуйтесь, я все время буду оставаться в поле видимости.

Подполковник нахмурился, но все же после долгих колебаний благодушно кивнул. Я твердо взял под локоток сторожа и отошел с ним шагов на десять по коридору. Легче всего было бы сейчас сплести Шарм. И пусть тут был лишь один недом, а в лицее нас учили не распылять силу напрасно, все бы сработало. Всего лишь пятый ранг – плевое дело.

Однако за мной наблюдали казаки. За применение Шарма мне вряд ли что-то будет. Но не хотелось бы, чтобы остальные узнали о сотворении заклинания пятого ранга. Поэтому я решил применить более действенный метод, чем магия.

– Я говорю с тобой по-хорошему… – мне сразу стало понятно, что лучше перейти на «ты». Для более успешного понимания друг друга. – Мои люди устали, – пришлось для верности кивнуть в сторону казаков. – И если ты будешь сейчас ерепениться, то очень об этом пожалеешь. Повторю еще раз свой простой вопрос. Где мне найти Варвару Кузьминичну?

И тут случилось чудо. Норов сторожа куда-то улетучился и у него появилось искреннее