Чёрный поручик - Мархуз

так может сразу, вступив во владение, перейдёшь под власть России?

— Нет, Наталья Борисовна, — ответил Валевской, — иначе русско-турецкая война сразу начнётся, а мы пока к ней не готовы.

Впрочем, если у меня будет время, то подготовлю небольшую, но кусучую армию, чтобы замучать врагов, обеспечив их потерями, превышающими среднестатические в несколько раз. Тем более, что это тайком согласовано с Милютиным и сейчас такую создаю в довесок к "добровольцам". Никто же не говорил, что монарх должен придти во власть беззубым и голым.

— Так ты в Валахии можешь базы подготовки создать, чтобы обучить местных, — умно высказался Шеллер.

— Оставшиеся шестилинейки для них выкупить из наших арсеналов по дешёвке, — сообразил отец.

— Нет, Валерий Фёдорович, шестилинейки столь быстро распродаются третьим странам стараниями Владимира Михайловича, что скоро останутся лишь для гатлингов, на стволы.

Невской любит пошутить, когда в Петербург по делам приезжает. Та же Парагвоайская война в Южной Америке уже вытянула у нас более тридцати тысяч ружей, но даже это не опустошило русские арсеналы. Вот бы пищали Ивана Грознохо продать кому-нибудь, а то хранятся вроде где-то на всякий пожарный случай.

— Господа, мне бы вдобавок к княжествам ещё и Добруджу выкупить, чтобы обзавестись портом Констанца.

— Нет, Вольдемар, турки тебе этот порт не продадут.

— Вообше-то, папа, их представитель обещал довести до султана это предложение.

Восточные торговцы никогда сразу не отказываются от сделки. Тем более, что у них морских портов полным-полно, а Констанца не самая важная. Другое дело, что Добруджу никто не отдаст, разве что болотистый кусок, ведущий к морю.

— Я поражаюсь, Владимир, но откуда у тебя столько денег, если ты на гуманитарные центры миллионами тратишь?

— Так я, Наталья Борисовна, ещё и зарабатываю время от времени. И долю имею в выгодных предприятиях. Скоро закончу транзитный торговый центр в Киле, вроде хороший доход намечается.

— Но как в Киле всё помещается, он же маленький.

— Мне по мирному договору прирезали земель Гольштейна, так что солидное графство получилось по размеру.

Таких деталей княгиня Валевская не знала, да и не задумывалась наверное. Семейные тёры тоже со временем заканчиваются и я отбыл в дивизию на октябрь. Надо всё подготовить, чтобы без меня улита ехала без приключений и сбоев.

Страна вот-вот перейдёт на призыв вместо рекрутчины, теперь уже официально, а не экспериментально в отдельных местах. Видимо и пятилетний срок службы тоже узаконят, чем порадуют другие страны. Как бы, по определению, никакой старой гвардии просто не сможем готовить, а значит сами себя ослабим в линейной тактике.

Хорошо, что мне разрешили продать модификацию ружья Дрейзе прусскому военному ведомству. И хорошо, что пруссаки согласились её купить. В принципе, в моих образцах используются все те модификации, которые Шасспо применил, Не знаю сколько немцы успеют наклепать, но с каждого получу по полтора талера. Лишним не будет ради васнецивско-прусских дружеских отношений.

Естественно, что заглянул на свою верфь, где спецы Круппа вместе с моими уже несколько месяцев колдуют над корпусом стального фрегата. Электросварку уже исследуем, но пока далеки от хоть какого-нибудь рабочего варианта. Так что приходится работать по старинке. Зато определились с паросиловой установкой.

В моё отсутствие на верфи побывал Константин Николаевич (который великий князь) и дал заверение, что корабль будет выкуплен Адмиралтейством по цене себестоимости. Меня это вполне устраивает, так как нужно потренироваться в созидании, раз уж дядя заплатит. Кстати, заложили ещё и тот кораблик, которые на двести пятьдесят тонн водоизмещением, но уже для себя. В морском сражении между австрийцами и итальянцами были использованы броненосцы в этаком эскадренном варианте и им явно не хватало моих мелкопузиков с торпедами. Для полного счастья, естественно.

Жаль, что до солярочных двигателей, как до Луны. Мои уже создали соляронагревайку, но она пока годится лишь для отопления домов и подачи горячей воды в краны. Хорошо, что на конкурс прибыл какой-то Николаус Отто со своим двигателем внутреннего сгорания, работающем на светильном газе. Вот и озадачил изобретателя, что приму на конкурс его устройство, если оно будет работать хотя бы на бензине. Даже предложил обустроить лабораторию и мастерскую у нас, обеспечивая его всем чего его душенька пожелает.

Отто уехал, но собирается вернуться. Его движки хорошо продаются и так, а тут непаханное поле для экспериментов с огромными возможностями. Даже очищенный бензин "изобрели" и можем вдосталь снабжать немецкого умку.

— Ваше величество, — ябедничал Адлерберг, — Васнецов специально тянет время с принятием решения о господарстве.

— Этого и следовало ожидать, Владимир Фёдорович. Ваш чёрный поручик постоянно поступает по-своему, нарушает установленные планы действия и всегда это приносит лично ему пользу.

— Но это же какое-то неповиновение!

Государь, дотоле имевший суровый вид, вдруг усмехнулся.

— А может быть это наши планы недостаточно хорошо проработаны? Светлейший князь лишь усовершенствует их, причём в удобную и для нас сторону.

Действительно, каждый раз результат более качественен, чем предполагалось. Но признавать этого почему-то не хотелось. Даже шпионские игры принесли больше, чем задунывалось, правда выявились недостатки в изначальном планировании.

— Давайте лучше подумаем о том, чтобы не мешать будущему господарю в его действиях. Вы в курсе, что османы считают кандидатуру Васнецова более приемлемой для них, чем принца Карла Зигмарингена.

— Наверное потому что воевали на стороне Австрии против Пруссии в последней войне?

— Нет, граф, всё гораздо глубже. Турки надеются, что Владимир Михайлович, рано или поздно, за свои деньги создаст боеспособную армию и попытается отторгнуть Трансильванию у австрийцев.

Адлерберг не понимал, почему тогда Васнецов не начнёт войну против самой Турции.

— Дело в местном населении. В Болгарии и язык другой и другая национальность. А в Трансильвании те же влахи, да и язык практически тот же. Причём их даже не нужно особо завоёвывать, они сами захотят войти в состав создающейся Романии.

— А как же мы?

— Кто знает, господин министр, может нам с годами будет смысл передать ему Бессарабию. В любом случае, Васнецов всегда будет другом России, а не каких-нибудь других стран. Причём всё за его собственный счёт!

Старый царедворец отмолчался, так как перестал что-нибудь понимать. Отдавать кому-то свои же земли ради