Назад в СССР - Роман Соловьев

– Петр.

– Ты вот что, Петро… батю бери и приезжайте к нам вечерком. Мы на излучине стоим. Сразу увидите…

Мужик кивнул, сел в кабину и укатил назад в деревню.

– Видал, Колчан? Свет, оказывается, не без добрых людей…

– Поехали уже к палатке, философ. Жрать охота, спасу нет. Если Костя до сих пор ухи не приготовил – я его лично кастрирую…

Глава 3

Костя не подвел, к нашему возвращению он действительно сварил уху в походном котелке.

– Вы чего так долго, мужики? Скоро начнет смеркаться. Я уже начал волноваться.

– Ты лучше не волнуйся, а сгоняй к тете Вале,– улыбнулся Юрка,– пусть у соседки еще возьмет литр. Как считаете, Сергей Александрович, хватит нам на вечер литрушечки?

– Вполне.

Я размешал черпаком уху, не понимая, зачем этот придурок Костя набузовал туда столько картошки…

Когда гонец умчался, в лесу действительно стало быстро смеркаться. Мы, как завороженные, встали у реки. Ветер стих и в лесу стояла невероятная сказочная тишина. Рыба на закате так и плескалась, я побросал в воду оставшихся червяков и приманку.

– В следующий раз жен возьмем,– тихо сказал Юра.– Пусть тоже полюбуются на эту красоту.

На дороге показался знакомый «Газон». Автомобиль остановился в десяти шагах от палатки. Из кабины вылезли старик и его сын Петр.

– Неплохо устроились, ребятишки,– улыбнулся дед.

Юра вышел навстречу и подвел гостей к костру:

– Присаживайтесь. Сейчас ушицу разолью. Только вот за горючим товарища одного послали в хутор, а его до сих пор нет.

Старик усмехнулся и посмотрел на сына. Тот кивнул, сходил в машину и вернулся с литровой бутылью мутного самогона.

– Отец, ты извини, мы так и не познакомились…– радушно улыбнулся Юра, разливая уху по тарелкам.

– Можете называть меня дядя Арсений.

– Меня Юрий зовут. Я военный пенсионер. А это мой лучший друг Сергей, специалист-строитель широкого профиля.

Приятель взял бутылку и внимательно посмотрел на гостей.

– Мужики, я ушицу похлебаю, а пить не буду,– пробубнил Петр.– Мне еще в город на автобазу сегодня возвращаться…

– А я, пожалуй, выпью за знакомство,– улыбнулся дедок.

Я поразился, обратив внимание на его здоровые крепкие зубы.

Когда мы выпили, дядя Арсений улыбнулся, посмотрев на Юрку:

– Ты не подумай, дружок. Я совсем не виню тебя за историю с Катериной. Каждый человек поступает так, как считает нужным…

Юра заелозил, видно не ожидал, что старик опять вернется к этой теме.

– А ты давно здесь живешь, дядя Арсений? – поинтересовался я.

– Лет тридцать. Как с Севера переехали – в этом хуторке и основались. Тут и родня вся раньше жила. Вскоре, после переезда, Петька родился… А супруга моя, Мария Ильинична, два года назад отдала Богу душу. Царство ей небесное…

– А у меня тетка в Россошках живет. Валентина Сергеевна Шмакова. Может слыхали? – спросил Юрка.

– Как же не слыхали…– пожал плечами старик.– Супруга у нее на ферме пятнадцать лет отработала дояркой. Я ее в четыре утра каждый день на «Москвичонке» возил на дойку… Наслышан, какая тетка у тебя вредная… Сынок у нее еще в тюрьму сел после армии…

– Он сейчас в Питере. Даже стал депутатом.

– Да… В Советское время таких деятелей во власть за версту бы не пустили…– вздохнул старик.

– Вон и Костя возвращается,– кивнул я.

Юркин брат вылез из машины немного растерянный, похоже не ожидал гостей. Он вежливо поздоровался и протянул черный пакет:

– Тетя Валя передала сало, огурцы, хлеб и два пузыря.

– А чего долго так? – насупился Юрка.– Дорогу, что ли, забыл?

– Татьяна по дороге звонила…– растерялся Костик.– Интересовалась, как у меня дела…

Юра быстро налил почти полную кружку самогона и протянул брату:

– Давай пей. Это штрафная.

– Да вы что, мужики…– растерялся Костя.

– Пей! – пробурчал Юрка.– Не позорься перед нашими гостями.

Костик резко выдохнул, и все же выпил почти полную кружку огненной воды. Его глаза сразу заволокло пеленой и он вяло откусил сразу пол огурца.

– Вот то-то же… а то менжуешься как целочка… – улыбнулся довольный Юрка.

– Ты, парень, шибко не переживай за супругу,– улыбнулся дядя Арсений и похлопал Костика по плечу.– Вернется через неделю твоя благоверная.

Мы с Юркой переглянулись. А у Кости от удивления даже челюсть слегка опустилась.

– А ты откуда знаешь, дядя Арсений? – спросил Юра.

– А я, сынки, много чего знаю,– усмехнулся старик.– Стоит мне только на человека посмотреть...

– Так ты что, дядя Арсений, вроде экстрасенса? – улыбнулся я.– Ну а что про меня можешь рассказать?

– Скажу только одно. Человек ты путевый. Правильный. Но только терзаешься всю жизнь одной мыслью, жалеешь об упущенном…

– Все верно…– пробормотал я.

– А про меня чего знаешь ? – насторожился Юра.

– Ты, парень, тоже хочешь переписать жизнь. Вернуть отца… Ты же только в военное училище поступил, когда повела его нелегкая в северный холодный край… откуда он уже не вернулся.

Я заметил, что у Юрки даже глаза округлились от удивления.

– Ладно…– вздохнул старик и привстал.– Поедем, Петька, домой меня отвезешь…

– Подожди, дядя Арсений…– покачал головой Юра.– Но откуда ты все это знаешь?

– Ведун я. Только, ребятки, лучше забудьте, что мы вообще встречались…

Возле машины старик неожиданно обернулся:

– А вообще вы – хорошие люди. Я и приехал только потому, чтобы поближе с вами познакомится… А еще знайте, мои хорошие, человек на самом деле очень сильный. Если он чего-то действительно по-настоящему захочет, то сможет и горы снести, и даже время вспять повернуть…

Когда гости уехали, Юрка удивленно покачал головой:

– Мутный дед… Вот только одно не пойму – откуда он все про нас знает?

– Бывают такие люди, вроде ясновидящих…– пожал я плечами.

– Мистика какая-то…– пробормотал Костя.– Неужели Татьяна и вправду вернется…

Юрка хлопнул ладонями по коленям:

– Ладно, поживем– увидим. Давай, братишка, разливай…

Через час мы сидели у догорающего костра в стельку пьяные, рассуждая о философии и высоких материях.

– Если честно, мужики…– пробасил Юра.– Вот как только Советский Союз распался – все сразу через жопу пошло… Девяностые, приватизация, девальвация, кризисы… это на Западе все наши враги придумали. Разделяй и властвуй, слышали?

– Нет, что не говорите, но плановая экономика, которая была в СССР