Преступление Ахана - Дан Берг

исполнителя. Положение подчиненного имеет те преимущества, что освобождает от скучных размышлений на темы морали, доставляет уверенность в правоте дела, поднимает дух. Подчинение силе, стоящей над тобою, не есть слабость — наоборот, это проявление твоей собственной силы.

Йошуа пытался самостоятельно понять секрет осечки в Ае. К сожалению, успех в этом изыскании ему не сопутствовал. Он все меньше надеялся, что кто-нибудь из народа укажет на промашку, и все больше склонен был думать о нарушении какой-либо заповеди Господа. Но какой?

Йошуа не хотел первым подступаться к Богу с вопросами, опасаясь выглядеть некомпетентным в Его глазах. Он, однако, не без основания надеялся, что Всевышний сам потребует его к себе — ведь они с Ним делают одно общее дело. Имей выражение “рука руку моет” положительную коннотацию, и оно вполне бы подходило к этому случаю.

***

И вот, наконец, свершилось! Господь призвал раба своего Йошуа, дабы вложить в его голову понимание причины разгрома в Ае. Говорилось уже, что вождь и пророк заранее готовился к встрече со Всевышним. Поэтому явился он к Богу вооруженным трудными вопросами со скрытыми в них упреками.

Оказавшись перед Господом, первым делом Йошуа пал лицом своим на землю и возложил прах на голову свою. Затем воскликнул скорбно: “Увы, Господи Боже! Для чего перевел Ты народ этот через реку Ярден? Чтобы предать нас в руки язычников? Чтобы погубить нас? В чем прегрешение народа моего, почему обратил он тыл врагам своим?”

Далее развернулся диалог между Богом и Йошуа. Тут необходимо сделать небольшое отступление.

Отметим, что Всевышний предельно лаконичен в речах своих. Не любит Он пространных рассуждений. Каждая фраза Его полна глубокого смысла, а задача людей вдумываться, вникать, смотреть в корень. Неясное же или сомнительное следует подвергать толкованию. В невысказанных словах — бездна мудрости.

Всем сведущим в Писании хорошо известно, что Он говорит мало, но Он говорит значимо. Он говорит мало, но хочется, чтобы Он сказал еще что-нибудь. Ведя речь со Всевышним, и герой наш, Йошуа, употреблял немного слов.

В книге своего пророчества Йошуа привел разговор с Господом слово в слово, ничего не прибавляя и ничего не убавляя. Однако ввиду беллетристического характера настоящей повести, автор позволил себе несколько развернуть скупые реплики участников беседы, не меняя, впрочем, ее смысла.

— Встань, — приказал Господь, — для чего пал ты на лицо свое?

— Я ожидаю праведного гнева Твоего. Не иначе, крепко провинились иудеи. Я заведомо принимаю упрек, каюсь и готов искупать вину.

— Тяжко согрешил народ твой, но не поздно еще исправить дело.

— О, Боже, какое зло, когда и где сотворили люди мои?

— Да, народ Мною избранный, виновен в преступлении, и Мой долг — вразумить тебя.

— Доблестные воины все делали только лишь по слову Твоему! Город разрушили и сожгли. Острием меча лишили жизни мужчин, женщин, стариков и детей. А что пощадили клан Рахав — так на то клятва была — а клятву преступить никак нельзя!

— Не юли, Йошуа! Разве не говорил я тебе для передачи всем и каждому из народа твоего, что серебро, золото, утварь медная и железная и прочие дорогие вещи — это ни в коем случае не трофеи солдатские? Названное есть достояние Господа, и место имуществу сему не в шатрах воинов, но в сокровищнице Моей!

— Ты говорил мне это, Боже, и я, с великим рвением исполняя указ Твой, довел слова эти до людей своих!

— Однако часть Моего достояния украдена одним из твоих бойцов и спрятана в шатре его. Прискорбный факт, Йошуа! Нарушена Моя заповедь! Я негодую!

— Выходит, гневаясь, Ты остановил наше победное шествие по Святой земле? Осрамление в Ае есть кара Твоя за преступление наше?

— Да, Йошуа!

— Украл один из народа, а наказание всему народу?

— Постановил Я для избранного Мною народа, что для него на веки вечные будет так: “Один в грехе, а все в ответе!”

— Господи, Ты сказал, что еще не поздно исправить дело? Говори, как быть мне, дабы заслужить прощение Твое?

— Найди врага народа твоего и истреби его!

— Научи!

— Первым делом приведи весь народ к суду по коленам его — и так установишь, в котором из колен вор.

— Весь народ поголовно?

— Да, поголовно! Когда дознаешься, к какому колену принадлежит виновный, приведи к суду все семейства этого колена, и тогда обнаружишь, в каком из них вор.

— Все семейства?

— Все! Когда найдешь семейство, скрывающее виновного, приведи к суду все дома этого семейства, и тогда узнаешь, в каком доме вор.

— Все дома?

— Все! Когда определишь дом виновного, приведи к суду всех мужчин этого дома, и тогда найдешь вора.

— Всех мужчин?

— Всех поголовно!

— Что делать с вором?

— Уличенный в похищении Моего добра сожжен будет огнем — он и все, что у него — за то, что преступил завет Мой и за то, что сделал мерзость в народе иудейском!

— Вразуми меня, Боже, какое средство употребить для поиска среди колен, семейств, домов, мужчин?

— Средство это — жребий!

— А как увериться, что не ошибся я? Прости вопрос мой, Господи, но разве жребий не раб случайности?

— Мне огорчительно невежество твое, Йошуа. В созданном Мною мире нет случайности, но властвует причина. Я единственный правлю своим творением, и всё и вся подчинено не случаю, а воле Моей!

— И жребий тоже?

— Нет исключений!

— Завтра же с утра я устрою суд по слову Твоему, найду похитителя и поступлю с ним, как Ты велишь!

— Ступай, Йошуа! Очисти народ от скверны, и верну Я избранникам своим удачу, и разгромите вы с Моею помощью Ай и дальше двинетесь вглубь страны, которую завещал Я вам!

— Боже, почему не сказал Ты мне о краже до сражения в Ае? Я нашел бы вора, и не вкусили бы мы горечи позора!

— Неужто полагаешь ты, что не подумал Я об этом? Запомни навсегда, Йошуа: Я, Господь Бог твой, изощрен, но не злонамерен! Я бы непременно уведомил тебя загодя, да только кража случилась после сражения в Ае!

— Теперь я запутался вконец! Великий Боже, помоги выбраться из тупика! Молю, растолкуй дело рабу Твоему!

— Внемли, Йошуа! Взявши Йерихо, иудеи ликовали свыше меры — значит, была порча в народе! Прискорбный факт сей не ускользнул