Апостат - Михаил Злобин

От такого зрелища волосы на затылке Флогии зашевелились, будто бы пытались сбежать с ее головы куда-нибудь подальше от творящегося безумства. Небесная тысяча, этот мальчишка и в самом деле настоящий дьявол во плоти… Ведь простой человек не может обладать такой яростной мощью! В одно мгновение он просто создал вокруг себя настоящий ад…

Не успев толком испугаться и восхититься той изобретательности, с которой Данмар расправился с несколькими десятками врагов за раз, Флогия ощутила на своем локте чью-то крепкую, но в определенной степени деликатную и бережную хватку. Она слегка заторможено повернула голову, и увидела большую волосатую пятерню, что поддерживала ее и настойчиво утягивала куда-то в темноту. «Астал… только у него могут быть такие огромные руки» – отстраненно подумала женщина, бредя за ним, словно послушный ослик.

– Держись позади меня, и все будет хорошо, – раздался над ее ухом бархатный бас здоровяка, и Флогия в самом деле ощутила прилив спокойствия и умиротворения.

Если Стальной сказал, значит, так оно и будет. В обществе этого угрюмого великана Владеющая всегда ощущала себя, как за каменной стеной. И даже кипящее вокруг безумство битвы не могло разрушить этого волшебного чувства абсолютной защищенности. Чувства, которого она не испытывала больше нигде и ни с кем.

Вооружившись чьим-то мечом и уже испачкавшись в чужой крови, Астал торопливо вел Флогию прямо по завалам из переломанных и дымящихся тел. Защитники лагеря сориентировались очень быстро и перекрыли беглецам любые возможные пути к отступлению. Однако Данмар прорывался вперед подобно жнецу, укладывая врагов будто сочную траву в пышные снопы. Сила, которой владел этот юнец поражала и пугала, как зарево близкого пожара. И женщине приходилось прикладывать большие усилия, чтобы в очередной раз напоминать себе о том, что эта безудержная стихия обращена не против нее.

Вскоре Флогия и вовсе перестала понимать, что происходит вокруг. Крики, звон стали, хрипы, штормовые порывы, оглушительные хлопки трепещущей от порывов ветра ткани, запах горелой плоти и кровь. Много. Очень много крови. Она чавкала под ногами, напитывая собой землю, и было решительно непонятно, как одинокий мальчишка, идущий в авангарде прорыва, оказался способен пролить столько багряной влаги.

Вот впереди грянул очередной взрыв, и в лицо женщине попало целое облако липкой пыли. Она рефлекторно смахнула ее ладонью и ощутила, как скрипят мелкие песчинки, как едва ощутимая взвесь оседает на каждом открытом участке кожи. А Данмар, не обращая ни на что внимания, продолжал рваться вперед, к одному ему известной цели. Его закованная в броню спина то и дело мелькала в хаосе самозабвенного сражения, появляясь то тут, то там. И не встречалось ему на пути врага, способного его остановить или хотя бы немного замедлить.

Дьявол… как же жутко наблюдать за ним. Флогия не могла сказать, в какой именно момент молоденький и прекрасный лицом мальчик стал живым воплощением ее кошмаров. Наверное, все-таки, главнейший удар, разбивший в дребезги образ очаровательного подростка, был нанесен тогда, когда убили Хоурая Дивита. Тогда она впервые по-настоящему испугалась этого человека. Вот только теперь, оглядываясь в прошлое, Владеющая понимала, что предпосылки были и раньше. Просто она оказалась слишком ослеплена сиянием перспектив, которые сулило сотрудничество с этим странным ребенком. И вот сейчас, посередь безнадежного ночного боя, когда одинокий юноша единолично бросил вызов армии целой империи, она осознала, насколько огромна и темна бездна, пролегающая между человеком и этим… существом.

Нет-нет, он точно не из людского племени. Никакое смертное создание в их мире не может обладать такой подавляющей силой. А та давняя просьба Данмара пустить слух о появлении в Махи ангелов, наталкивала женщину лишь на один вывод. Неужели, дружинник Небесной Тысячи в самом деле столь долгое время бродил по этой земле? И если это на самом деле так, то насколько опасно обладать таким знанием?

Ответить самой себе Флогия не успела, потому что ее отвлекло появление воинов, облаченных в доспехи цвета молодой розы. Рослые фигуры, рядом с которыми даже Астал не выглядел таким уж огромным, обступили беглецов со всех сторон, укрывая от врагов словно щитом. Взгляд Владеющей с трудом мог преодолевать мрак ночи, но она все равно сумела рассмотреть, как к юнцу в зачарованном доспехе подошел один из последователей новой веры. Он низко поклонился Данмару, выслушал короткий приказ, а затем дал знак остальным своим соратникам. Затем воители Алого Завета слитным движением развернулись и сразу перешли на бег. Несмотря на то, что их отряд был в полном оцеплении, храмовники будто бы и вовсе не замечали присутствия противника. Они мчались вперед, сминая ряды имперцев как табун коней молодую поросль, и криков боли вокруг стало еще больше.

Тем не менее, бывшие пленники держались в самом центре построения, отделенные от кровопролитного буйства незыблемой и нерушимой границей. Границей из спин экзархов, пришедших за ними по приказу мальчишки. Почему они слушаются его? Почему отринули свою веру и предали Великого Защитника? Уж не потому ли, что он и есть тот самый чернокрылый посланник неба?

Тряхнув головой, женщина снова попыталась прогнать столь опасные мысли и сосредоточиться на том, что происходило вокруг. Астал все так же тянул Флогию за локоть, перетаскивая ее через целые завалы из покалеченных и вяло шевелящихся тел. Пела сталь, ревел шторм, сверкали молнии. Но страха не было. Его целиком вытеснило осознание…

В какой-то момент Владеющая поняла, что земля под стопами перестала хлюпать подобно болотистой трясине, а обгорелые и разорванные на куски трупы больше не норовят подвернуться под ноги. Да и сама битва, если судить по звукам, будто бы переместилась за спину рвущемуся к стенам Махи отряду. А это могло значить только то, что они все-таки вырвались из вражеского лагеря. Звучало, конечно, это слишком невероятно. Забраться в самое сердце многочисленной армии противника, забрать пленников и выйти из окружения? Это даже не смешно, а вздорно. Однако и отрицать окружающую реальность было глупо.

– Данмар, – прокричал вдруг Астал, – мы не оторвемся! Они нас преследуют!

В ответ мальчишеская фигура в доспехе лишь дернула плечом, показывая: «Я тебя услышал». А затем юнец стремительно перебрался в самый арьергард, двигаясь при этом с грацией дикой лисицы и умудрившись не задеть плечом или корпусом ни одного человека.

И что же задумал этот безумец? Он ведь явно не из глупых, а потому не станет позволять отступающему отряду