Рокировка. Новый СССР - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

крипом покрышек перед зданием школы, где проходят матчи. — Бегом!

Жанна нас только взглядом проводила, а мы вбежали в школу, а потом и в спортзал. Сразу же увидели отведённые нам места. Курзина ждал пожилой соперник, а меня мой сверстник, который уже радовался победе. Ну, посмотрим, у меня в запасе есть уйма времени, целых три минуты, против полутора часов у соперника. Привычно двинул королевскую пешку и нажал кнопку на часах и только потом сказал:

— Прошу простить за ожидание, машина сломалась.

— И сдаться не хочешь? Флаг уже поднимается! — сказал соперник, не спеша отвечать на мой ход.

— С чего бы? — искренне удивился я и хмыкнул: — Нет уж, а то ведь действительно без сладкого останусь.

Играть пришлось быстро, а это сказывается на просчёте вариантов. Правда, когда соперник размышлял над свои ходом, то мог не смотреть на часы. Одна беда, мой сверстник, часто делал странные ходы, сбивая меня с толку. Первоначально подумал, что он готовит ту или иную засаду, но потом пришёл к выводу о зевках в игре на время. За минуту до того, как мой флаг на часах мог бы упасть, я добился большого перевеса по фигурам и мат объявил.

— Следовало лучше думать, — поморщился мой противник. — Но и ты, — кивнул на мой флажок, — был в минуте от проигрыша.

— С учётом того, что ты потратил полчаса, я же всего две минуты, то эта партия тебе в актив точно не пойдёт, — парировал я.

А вот Александр Николаевич решил упростить свою позицию и произвёл многочисленные размены. В итоге у него осталось три пешки против двух. Где-то он сумел-таки небольшое преимущество получить. Тем не менее, партия оказалась ничейной, после определённого количества повторных ходов. А ведь Курзин мог выиграть, если бы имел хотя бы лишних секунд двадцать, но партия свелась вничью.

— Такими темпами ты не выйдешь из группы, — сказал Сан Саныч моему тренеру. — Чего опоздали?

— У кого-то запаска спущенная, а насоса нет, — вздохнул Александр Николаевич и добавил: — Пальцем показывать не хочу.

— Колесо пробили? — уточнил Валенов. — Уж не заднее ли правое?

— Угадал, именно его, — подтвердил Курзин. — Как догадался?

— Латали мне его недавно, шиномонтажник навеселе был, — развёл руки в стороны Сан Саныч. — Извини, что так получилось.

— За что прощения просишь? — хмыкнул мой тренер. — Мы же сюда с тобой приехали, потом обратно смотались и только когда назад направлялись колесо спустило. Пробили, гвоздь поймали или заплатка не выдержала — не важно. Беда, что насоса в машине нет.

— Одолжил одному знакомому, а тот не вернул, а потом я забыл про него, — признался Сан Саныч.

— Знакомого или насос? — подошла Жанна с каким-то парнем, у которого фотоаппарат в руках. — Знакомьтесь, это Иннокентий, местный фотокорреспондент из газеты «Старицкий вестник».

— Очень приятно, — склонил голову парень.

Слишком он смазлив, шмотки любит, джинсики модные, а велюровый пиджак и вовсе статусный. Скорее всего у родни денег куры не клюют, следовательно, этот Кеша состоит в каком-то клане. Каким ветром его сюда занесло, а точнее, в фотокорреспонденты?

— Приветствую, всегда прессе рады, — улыбнулся Сан Саныч, а вот Александр Николаевич посмурнел, но сказал:

— Добрый вечер, приятно познакомиться.

— И чего тут забыл фотограф? — хмыкнул я, не став соблюдать тактичность. — Неужели нам не хватит профессиональной журналистки? Жан, мы боимся, что Иннокентий тебя от нас уведёт на какое-нибудь другое мероприятие.

Мои слова оказались для всех полной неожиданностью. Жанна первой поняла, почему я так поступил и поэтому усмехнулась, подошла к Курзину и взяла того под руку, а потом сказала:

— Не бойтесь, никто меня никуда не уведёт. Если и отлучусь, то на время. В городе есть интересные места, про которых можно пару статей, а то и репортажей написать. Это же моя работа и за её счёт живу.

— Так ты с ним? — нахмурился фотокорреспондент, кивнув на Александра Николаевича.

— А что такого? — хмыкнула Жанна. — Разве тебя это каким-то боком касается?

Я кивнул Сан Санычу на выход из спортзала, мы тут явно лишние. Похоже, наметился этакий треугольник, в котором моему тренеру окажется ох как непросто. Что-то Жанну с Иннокентием связывало, похоже не просто работа. Они расстались или кто-то за кем-то бегал? Ну, мне без разницы, это головная боль Курзина, пусть сам разбирается.

— Сергей, хотел у тебя поинтересоваться, — произнёс Валенов, когда мы направились в гостиницу.

— Слушаю, — сказал я.

— Ты играешь уверенно, быстро и точно, создаёшь интересные комбинации и при этом утверждаешь, что до этого не тренировался, так?

— Верно, — коротко ответил и уточнил: — Вопрос-то какой?

— Почему раньше не пришёл и как так сумел научиться?

— Хм, однозначно не ответить, — медленно произнёс я. — Начну с того, что играл сам с собой, книжки на досуге почитывал, задачки решал от скуки, но всерьёз не помышлял о такой карьере. Однако, когда настала пора идти в последний класс, а потом выбирать дальнейший путь, то задумался. Кем стать, какие у меня способности и умения? Поступить в институт, получить диплом и устроиться на фабрику или завод? Пойти в мастеровые или стать военным? Честно говоря, ничего не прельщало. А однажды, в парке дело было, — принялся врать, чтобы как-то состряпать легенду, — с одним дедком решил поиграть. У того партнёра не оказалось и он сидел скучал. Так вот, все партии у него выиграл, он сильно удивился и напророчил мне блестящую карьеру в спорте. Но дело даже не в этом, меня стала переполнять энергия, с помощью которой, понятия не имею как, но старику помог избавиться от болей в коленях и пояснице. А придя домой, слова деда никак из головы не выходили. Прикинул, а почему бы не попытаться? Изначально в шахматный клуб зашёл, он оказался клановым. В блиц поиграл, немного выиграл, но предложение господина Акимова не принял.

— Михаила Фёдоровича? — почему-то напрягся Сан Саныч, до этого момента слушавший моё повествование без комментариев.

— Отчества не знаю или не помню, — пожал плечами и добавил: — Он чуть старше меня, а клуб…

— Знаю, — отмахнулся Валенов и кивнул на два автомата с газированной водой: — Утолить жажду не хочешь? Что-то у меня в