Его Сиятельство Бессмертный - Элиан Тарс

на полшага. — А тебя твои люди-то поймут, Корявый? Или для вас такое нормально предлагать мужикам, а? В любом случае, я не позволю тебе прикоснуться ко мне. Подобными увлечениями не страдаю.

Корявый покраснел и тяжело задышал. А затем, поднявшись на ноги, недобро прорычал:

— Ты переходишь все возможные границы, ходячий труп!

— А ты грубишь графу в его доме, Корявый, — хмыкнул я. — Давай заканчивать с этими недоразумениями. Мы вернём долг в срок. Больше нечего обсуждать.

Бандит оскалился, дёрнул губой, а затем шумно выдохнул и перевёл взгляд на моего брата.

— Ты уверен в этом, Иван? — нарочито спокойно проговорил он.

— Абсолютно, — решительно ответил граф.

— Ты очень пожалеешь об этом. Ты можешь сохранить деньги, можешь получить мою благодарность, и…

— Не понимаю, о чём вы, Николай Николаевич, — перебил его граф. — Я уже всё сказал. Никаких результатов нет, но есть деньги. Давайте не будем переливать из пустого в порожнее, ладно?

Корявый скрипнул зубами, но вновь улыбнулся и произнёс:

— Я не люблю по много раз повторять одно и то же. Но всё же вынужден спросить тебя, граф Бессмертный. Ты уверен? Я дам твоему роду процветание, забуду о деньгах и продолжу бесплатно поставлять лекарства для твоего сынишки и дочурки твоей служанки. Более того, поспособствую развитию твоей клиники и помогу открыть ещё две здесь в Тюмени. Также могу помочь открыть дело за пределами княжества. Например, в Перми. Ну?

— Нет, — тут же ответил Иван и развёл руки в стороны. — Простите, Николай Николаевич, но мой ответ неизменен.

Корявый скрипнул зубами и медленно кивнул.

— Да будет так, — изрёк он и решительно направился к выходу. Не оборачиваясь, он бросил на прощание: — Начинайте сожалеть, Бессмертные

Мы молча ждали, пока он уйдёт. Начхав на законы гостеприимства, я наблюдал за передвижением Корявого и его людей с помощью Узора Провидения.

Раздался рёв двигателя с улицы — первая из машин длинного кортежа бандита резко сорвалась с места.

— Какой напыщенный хам! — не выдержал Илья и сжал кулаки.

— Это ещё мягко сказано, — хмыкнул Иван.

— Доколе мы будем терпеть такое отношение, отец? — уставился на Ивана сын, а затем повернулся в мою сторону. — Я ведь правильно говорю, дядя?

Он явно ожидал моей поддержки.

Я покачал головой и произнёс:

— Неправильно, Илья.

— Что? — опешил парень. — Почему? Тебе ведь тоже не по нраву этот Корявый⁈

— Не по нраву, — кивнул я. — Вот только у меня есть силы и знания, как его поставить на место. У твоего отца тоже есть сила, авторитет и власть над родом. А у тебя этого нет, Илья. И ты не вправе кричать отцу «доколе мы будем это терпеть». Мы с твоим отцом сами решим, что делать дальше.

— Эм… — растерялся парень. — Дядя, я думал…

— Если ты призываешь кого-то к активным действиям, то ты и сам должен быть готов действовать! — перебил его я. — Ты должен возглавить тех, кого призываешь, показать им путь своим примером. А ты пока юн и слаб для этого, Илья. Ты молодец, что был сегодня рядом с отцом. Но вспомни старую поговорку: нечего лезть вперёд батьки в пекло.

— Ну ведь я… — пробормотал он, а затем вскинулся и выпалил: — Я тоже могу сражаться за наш род и уже доказал это ночью!

Иван поднялся с места и, подойдя к Илье, мягко положил ему ладонь на плечо.

— Сынок, Костя лишь хочет сказать, что ему нравится твой настрой, твоя решимость. Но пока тебе рановато сражаться там, где взрослые без тебя смогут справиться. Расти и становись сильнее, Илья, — твёрдо проговорил граф. — Ещё настанет время для тебя проявить свою силу. Но позже. Не сейчас. А сейчас позволь и твоему отцу продемонстрировать, что он тоже на что-то способен.

— Не говори так, пап, — буркнул юноша. — Ты способен на многое, и все дома это знают. Ладно, я понял вас. — Он резко встал на ноги и поклонился мне. — Действительно, был заносчив. Прошу прощения. Папа, дядя, я буду защищать дом, если потребуется. И я с радостью отправлюсь с вами в любой поход, если дозволите. Я готов и жду ваших решений. Ну а пока жду, пожалуй, попрошу Григория немного подтянуть мои навыки.

Парень улыбнулся, отец одобрительно кивнул ему, а я молча показал большой палец. Странный жест начинал мне нравиться.

Илья побежал на вечернюю тренировку, мы проводили его взглядами, а как только остались одни, улыбка слетела с лица Ивана.

— Что будем делать, Костя? — хмуро спросил он.

Я хмыкнул и покачал головой.

— Неужели ты ещё не понял, брат? — спросил я прямо. — Первым делом мы поднимем на ноги твоего ребёнка. А то мне не нравится, что ты до сих пор в зависимости от Корявого и до конца не уверен, стоит ли рвать с ним связь. Идём. В очередной раз мы с тобой готовы сделать то, что другие люди считают невозможным.

Глава 28

— Направляй энергию точно так, как я говорил тебе! — недовольно ворчал я, стоя позади Ивана и положив ему ладони на спину.

Сам же граф Бессмертный, широко расставив ноги, замер над кроваткой, в которой мирно спала бледная тощая девочка.

— Я пытаюсь, Костя! Пытаюсь! — бормотал он в ответ. — Тяжёлое заклинание!

— Не ной, дери тебя леший! Ты лучший лекарь княжества или кто, а⁈ — рявкнул я, поймав очередной виток Узора нужного заклинания, который упустил Иван.

— Никогда такого не делал… — пробормотал мой брат и громко выдохнул. По его лицу градом катился пот.

— Ты справишься, брат мой, — твёрдо проговорил я. — Не зря я занимался твоим обучением и усилением. Ты готов. Ты сможешь удержать это заклинание.

Я был полностью уверен в своих словах. И всё же глупо отрицать, что нам не помешало бы больше времени на подготовку. Может быть, месяцок, другой, третий… А то и полгода.

Но пока ждёшь лучших условий, у тебя вся жизнь пройдёт. Даже если она и кажется тебе бесконечно долгой.

Я ощутил чужое присутствие в коридоре, и дверь в комнату, где лежали больные дети, с лёгким скрипом отворилась.

— Ваше… ваши сиятельства? — ошарашенно пробормотала Прасковья.