Семь дней в июне. - Анатолий Анатольевич Логинов

стуле напротив. Впрочем, какая Петровна, Маринка Ющенко, тогда ещё Половая, была всего года на три меня старше и когда, ещё в восьмидесятых, был комсомол, мы были с ней в одной на райисполком и Дом пионеров первичке. Она комсоргом, я замполитом. Теперь роли поменялись.

- Так, Марина, рассказывай кратко, что в администрации эти три дня делалось.

В течение ближайшего дня мне предстояло принять ряд важных кадровых решений, и очень важно было знать, кто как себя проявил в сложившейся ситуации.

Собственно, рассказ Марины был краток. В первый день все вроде текло своим чередом. Утром прошло обычное совещание и прежний Глава отбыл на сиесту. Потом стали поступать первая информация, и народ стал частью рассасываться по магазинам, частью обрывать телефоны и другие средства связи. К часу неожиданно вернулся Шульц, звонил в область. Минуты три разговаривал с Бертом. Потом затих. Сразу зайти побоялись. А когда через полчаса секретарь снова позвонили из области, а он не ответил, Ирина его мертвым и нашла. Собственно, потом половина администрации занималась домашними делами и похоронами, а остальные бегали по запросам из области. Мужики еще в военкомат ходили. В общем, двадцать второе июня штаб Павлова... Ладно, позже с каждым разберемся.

Через пять минут Ирина занесла чай и стали заходить председатели сельсоветов. Узнал обстановку у них. Сёла всегда больше на себя полагались, и, кроме газа, больших проблем пока не было. Зато было одно большое неудобство. В отсутствии районной власти в приграничной зоне трудно было получить пропуска, так что кое-где, даже школьные автобусы второй день не ездили. Распустились, блин! Что же поставлю третьим пунктом в своей повестке. За этими разговорами мы пропустили по пятьдесят "беленькой". Потом ещё по стопке. Начавший трясти меня мандраж прошел.

Время близилось к часу дня, и мы вернулись в кабинет. Наш видеомарафон возобновился. На это раз ненадолго. Перед отключением мы получили ЦУ и краткое разъяснение про газ. Обещают подать уже утром. Отключение было вызвано катастрофой на западных участках газопроводов, что повлекло проблемы с УзбекГазом гнавшим его на экспорт по наше ветке "Бухара-Урал". Сейчас все технические и прочие вопросы были сняты и заслонки завтра откроют. Следующий видеоселектор назначили завтра в девять.

По окончанию селектора я всех отпустил. С председателями сельсоветов договорились, что к семи вечера они представят списки транспорта и лиц для согласования их передвижения в пограничной зоне. Ирину я попросил передать это в Тамбаровский поссовет. Да, ещё с ним решать задачку.

Пока Дима занимался перестановкой селекторного оборудования я прошел в комнату отдыха. Нужно было наметить план действий. Включив самовар, я вернул бутерброды из холодильника на столик (Ирина успела за 5 минут убраться). Набрал мамин сотовый. Уже часа четыре как я ушел, мама волнуется. Гудок шел долго. Ответа не было. Так, на домашний перезвоним. На третьем гудке трубку подняли.

- Аллё, аллё? - голос мама был явно запыхавшийся.

- Это я, ма, у вас все нормально?

- Нормально, я только на двор отошла.

Как всегда. А сотовый с собой брать не судьба?

- Сын как?

- Мультики смотрит. Позвать?

- Не надо. Ма, я сегодня наверно поздно буду, на работу меня взяли. Испеки, что-нибудь к ужину.

- Спеку, А куда взяли?

- Приду, скажу. Пока, ма.

Налив себе чаю. Я присел на диван и стал обдумывать ситуацию. Задачи были в целом понятны, в первую очередь нужно решать вопросы с обеспечением людей хлебом, обеспечения их нормальной жизни в условиях военного положения. При этом нужно действовать быстро, но осторожно, укрепляя свое положение. Как известно - нельзя объять необъятное! Одному эту задачи не решить. Тем более с той расхлябанностью, которая овладела администрацией!

Я вышел в кабинет, сел в высокое кожаное кресло глава (надо бы его заменить после покойника), и нажал кнопку аппарата внутренней связи.

- Ирина.

- Да, Виталий Александрович.

- Найдите и пригласите ко мне на четырнадцать тридцать Кобец Галину Ивановну, Гинкеля Андрея Ивановича и Смирнову Ларису Викторовну. И Марину Петровну, сейчас пригласите.

Через минуту зашла Марина.

- Вызывали?

- Да, Марин, присаживайся.

Я вспомнил о пылившейся на холодильнике папке, но с ней разберусь потом.

- Кто сейчас владеет зданием Хлебозавода?

- Рустам Бурамбаев.

- Оборудование там живо?

- Не знаю точно, но вроде только лимонадный цех демонтировали.

- Хорошо. Отсутствие лимонада сейчас не критично. Пригласи его и Парфенова на пятнадцать тридцать ко мне. Да ещё Сергея Глыбова пригласи, зятя коновыевского. Подготовь документы по проблеме с хлебом и путях её решения. Посидим, вместе подумаем.

- Я не успею.

- Еще два часа?!

- Похороны же сегодня. Владимира Августовича. Девочки идут.

Блин! Третий день же! Да, третий день войны и паралича райадминистрации!

- Марина, ять! Сейчас война! В районе хлеба нет! А у нас третий день из-за одного немца администрация не работает! Тебе что, состав за саботаж на практике изучить захотелось?

Марина вспыхнула и вжалась в стул. Я снова нажал кнопку селектора.

- Ирина, передай немедленно всем начальникам отделов, кроме экономического. В два часа разрешаю отлучиться только одному сотруднику из отдела. От КУМИ и РОО пусть поедут руководители. К 15 часам всем быть на рабочем месте. Быстро.

- Поняла, Виталий Александрович.

- Выполняй. Петрович тоже может ехать, сама не отлучайся.

Я повернулся к Марине.

- Успокойся. И... иди - работай. Своих - никого не отпускай. Бояться нам уже поздно, да и некогда.

Марина ушла. Я подумал, что ещё сам успею к выносу тела. С одной стороны я должен был отдать почести своему предшественнику, а с другой... Сложное решение.

Что ж, пусть мертвые хоронят своих мертвецов! Живые же требуют хлеба.

Забрав с холодильника папку с оперативной информацией и месячными отчетами, я углубился в чтение.

Собственно отчеты представляли уже чисто статистический интерес, но без понимания точного места старта трудно наметить маршрут. Что хозяйство района находится в нижней половине спины, было понятно и так, в другом месте оно и не могло находиться, но, то, что в целом местно нахождения было, не столь уж и глубоко порадовало. Активные люди в районе были, возможности роста сохранились. Прежнюю администрацию нельзя было обвинить в бездействии. В районе было пять частных пекарен, три из них в райцентре. Оборудование ещё одной пекарни простаивало... И это помимо обанкроченного Хлебозавода. Я снова решил побеспокоить Марину и для этого отвлекся от чтения на селектор. Понятно, что он давал возможность прямой связи со всеми отделами, разобравшись