Виктор Хорунжий - Звездные ангелы. Новый мир

Кэти, стоя внизу, тихо шевелила губами. Она молилась Звезде ангелов, чтобы Майкл дал о себе знать. Девушка понимала: если через несколько минут он не появится, им придется уйти – ни ее отец, ни тем более младшая сестра, не смогут долго удерживаться в воздухе Дуата…

Мэти уже начал спускаться, как вдруг, прямо с неба, вниз обрушился… Майкл!

– Гервест! – воскликнул Император.

– Папа! – крикнула Кэти и бросилась ему на шею.

– Кэти! – Майкл сгреб ее своими большими ручищами. – Я верил, то видение было неспроста! И знал, что рано или поздно ты меня разыщешь. Ведь ты всегда была умницей!

– Папа, почему ты сразу ничего нам не объяснил? – Кэти зарылась лицом в складки его одежды. Ей не хотелось, чтобы отец видел ее зареванной. – Почему не рассказал, кто мы?

– Ради вашей безопасности, дочка, – серьезно ответил Майкл. – И потом, мне так хотелось подарить вам нормальное детство…

Мэти улыбался, глядя на них, но выглядел встревоженным.

– Объятия потом, сейчас нам нужно поскорей убраться из этого Мира…

Как легко было идти обратно! Огонек Элис сиял путеводной звездой, а меч Кэти освещал им дорогу.

Когда они подошли к порталу, Элис спустилась вниз. Слезы градом хлынули у нее из глаз, едва она увидела Майкла.

– Папочка! – младшая сестра прильнула к его груди. – Я знала… я надеялась… что Кэти сможет вас найти! – Вдруг она что-то вспомнила, и ее глаза засветились радостью. – У меня есть кое-что для тебя! Я сейчас…

Она метнулась куда-то и тут же возвратилась с тяжелым красно-золотым клинком в узорных ножнах.

– Мой Спарк! – воскликнул Гервест, схватив оружие. – А я-то думал, что навсегда потерял его! Ты не представляешь, дочка, какой подарок мне сделала… Как ты смогла его отыскать?

Элис уже было собралась рассказать про Ирвика и про свои приключения в Дуате, но тут к ней подошла сестра вместе с Мэти.

– Элис, – негромко сказала Кэт, – познакомься, это Император, наш родной отец.

Мэти смотрел на свою младшую дочь, его глаза улыбались.

– Ты совсем не помнишь меня, Эола, не так ли? Когда мы виделись в последний раз, тебе не было и года! Позволь мне прижать тебя к груди…

И дочь с отцом обнялись…

– Но как ты оказался в плену и здесь в Дуате? – спросила Элис.

– Когда умерла ваша мама, моя Амизи, я был сам не свой… Все потеряло для меня значение и жизнь утратила смысл. Почувствовав мою слабость, Нэру появилась однажды передо мной во главе отряда анубисов. Я мог разметать их одним движением руки, но горе отняло у меня разум и волю… Я подчинился ей и ее колдовству… Не знаю, как попал в Дуат, – помню лишь слова ее заклинаний и мстительный смех… А потом – бесконечная тяжелая мгла…

«То же самое она проделала и со мной», – подумала Кэти, вспоминая, как горечь предательства близких людей, подстроенного Темным Оракулом, отняла у нее волю к сопротивлению. Тогда Нэру тоже очень точно выбрала момент, чтобы отправить ее в тюрьму на Заклу…

Вскоре четверка уже стояла в кругу портала. Вдруг Элис ойкнула:

– Минутку! Я забыла попрощаться!

И не успели все прийти в себя, как, выскочив из окна для перемещения, младшая подбежала к большому камню.

– Спасибо тебе за все, Ирвик! – Она пожала в воздухе чью-то невидимую руку. – Может, когда-нибудь мы еще встретимся и поболтаем как друзья!

– С кем она там говорит? – удивился Мэти.

– Я никого не вижу, – ответил Гервест.

– Что это было? – спросила Кэти вернувшуюся к ним сестру.

– Разговоры – после, а сейчас – домой!

– Урса! – воскликнули четверо в один голос, и темно-фиолетовый столб света окружил их со всех сторон.

Глава 41

Трудный выбор

Закат был особенно ярким. Вскрытое багровыми полосами небо словно дышало бедой. Опасность витала в пространстве, ею было наэлектризовано все вокруг, и сам воздух казался резким. Ангелы не могли заметить зависших над облаками боевых вайтман, ждущих одного только приказа, чтобы войти в атмосферу и сжечь огнем их планету. Они не видели армии роботов, готовых броситься истреблять всех, на кого укажет перст Темного Оракула. Но все это можно было почувствовать: за их спинами словно дышала ненасытная кровожадная машина, управляемая смертью. Простые жители Урсы в отчаянии обращались к своей Звезде, моля ее предотвратить страшную войну.

Однако этот день приближался. Нэру собрала все силы для последнего решительного и победного броска и лишь ждала удобного момента, чтоб одним взмахом руки развязать побоище, равного которому не было ни в одном из Миров.

Ангелы-воины тоже не теряли времени даром: со всех планет, куда успели добраться вестники повстанцев, в подземную цитадель Эндор-Хельма стекались добровольцы, а затем небольшими группами, через новый портал, тайком переправлялись на Урсу.

Однако мощь Темного Оракула многократно превосходила силы отрядов ангелов, возглавляемых Императором Мэти, и относительно небольшой армии горров, приведенных в полную боевую готовность.

Каждый, кто мог трезво оценить ситуацию, понимал: победить Нэру может только чудо. Но это не сломило свободный дух ангелов. Жить в мире с насаждаемыми диктаторскими законами и следить за его постепенным разрушением не собирались те, кто сумел устоять против лжи и коварства Темного Оракула. В сравнении с этим смерть для них казалась не худшим выходом.

Ортэй, одетый в простую серую тунику, сидел за столом, инкрустированным драгоценными каменьями, и нервно барабанил по нему тонкими пальцами. Его волосы не были подвязаны, императорская корона лежала на полу.

Последние несколько дней он утратил интерес ко всему: к саду с удивительными цветами, прекрасным одеждам, волшебной ангельской музыке. Ему все опротивело. Такие приступы хандры и апатии случались с ним уже не раз, а со дня гибели Брэг повторялись все чаще и сильнее, превращаясь в хроническую болезнь. Один и тот же вопрос тупой болью отдавался в его голове: зачем он живет? Если уже ничто не приносит удовольствия: ни власть, ни богатство; если не с кем поговорить по-дружески и некого любить… Не лучше ли уйти во мглу Дуата и сгинуть там от тоски и одиночества?…

Однако он по-прежнему цеплялся за свою жизнь – то ли из-за страха, то ли из-за призрачной надежды, что все еще может измениться…

Ортэй понимал: рано или поздно Нэру разделается с ним. Но до сих пор он покупал свою безопасность исполнением ее разных подлых поручений. Время искреннего восхищения прекрасной, могущественной и доброй Нэру давно миновало. Теперь он ненавидел ее и вместе с тем боялся.

Вот и сейчас Ортэя страшил гнев Темного Оракула за невыполнение приказа: он давно должен был пустить по инфобоксам отвратительную ложь о своих сестрах, чтобы в зародыше подавить слухи об их доблести, которые стали распространяться среди ангелов после амбрийской битвы.

Обычно молодой Император не вникал в процесс создания нужной дезинформации. Он просто заказывал ее лаерам, щедро оплачивал и ставил в эфир, не просматривая. Теперь же речь шла о Кайре и Эоле, поэтому он все-таки решил глянуть на заготовленную ложь – но не смог досмотреть до конца. Столько вранья, цинизма и подлости было там, что даже ему, уже привыкшему к методам Нэру, стало тошно. После этого просмотра и начался новый приступ депрессии.

Тяжело вздохнув, Ортэй взял в руки колокольчик с намерением вызвать охранника и отдать приказ пустить подготовленный материал по всем информационным устройствам. Звон резко прозвучал в тишине императорского дворца. Дверь распахнулась, и в комнату вошел… его отец.

Ортэй не сразу узнал Мэти. И не только потому, что тот был переодет в форму императорского охранника. Что-то новое появилось в его глазах: он смотрел так, будто видел сына впервые.

У Ортэя пропал дар речи. Он замер, не сводя с Мэти глаз. Первым порывом было броситься к нему с криком «Отец!» и обнять его широкие плечи. Но вот перед глазами появился образ матери, нежной и ласковой, – единственного существа, когда-либо любившего его. А в голове зазвучали слова Нэру: «Твой отец бросил Амизи, когда она истекала кровью… Он мог спасти ее, но не сделал этого… Он убил ее!»

Ортэй выхватил меч и принял боевую стойку.

– Не знаю, кто ты: дух, мираж или действительно Мэти – мой отец, восставший из мертвых. Но сейчас ты ответишь за смерть моей матери!

С этими словами он бросился на Мэти, подняв меч. Отец легко отбил атаку сына.

– Разве так я обучал тебя драться? – спросил он у Ортэя, не переставая отражать его удары. – Ты, видно, совсем разучился держать в руках оружие! Чем ты был занят все это время? Нежился в мягких постелях и нюхал цветочки?… Ты воин, Ортэй! Ты родился бойцом!

– Да, я воин, – в голосе молодого Императора слышалась ярость. – И сейчас я докажу тебе это, убийца!

– Если ты хочешь наказать убийцу Амизи – разверни свой меч против Нэру! Именно она завела твою мать в смертельную ловушку…