На задворках империи - Андрей Владимирович Булычев

Вот показалась и свита главнокомандующего.

— Гончаров! — Отъехавший от неё подполковник Подлуцкий махнул рукой. — Строй своих людей!

— Взвод, в две шеренги становись! — крикнул Тимофей, показав рукой слева от себя. — Тигран, своих четверых тоже сбоку ставь! Поправились, стряхнули пыль! Взвод, равня-яйсь, смирно! — рявкнул он, увидев подходившего генерала. — Ваше высокопревосходительство, взвод второго эскадрона Нарвского полка по вашему приказанию построен. Докладывает прапорщик Гончаров!

— Здравствуйте, драгуны! — Остановившийся в трёх шагах генерал строго оглядел строй.

— Здравжелаемвашвысокпревосходительство! — прокричали драгуны.

— А эти почему тут? Я сказал только драгун строить! — Тормасов кивнул на замерших в конце грязных ополченцев.

— Я приказал, ваше высокопревосходительство! — выкрикнул Тимофей, глядя на султан перьев генеральской шляпы. — Из союзной конной сотни Сарксяна только этот десяток не бросил, с нами остался. Командир его Тигран первым в их строю стоит. Половину убитыми и ранеными они потеряли.

— Ну пусть стоят тогда, — глухо произнёс главнокомандующий, и султан перьев дёрнулся. — Сотника Сарксяна с командиров снять, перевести в ополченцы. Этого самого Тиграна в сотники.

— Слушаюсь. — Стоявший подле генерала офицер с полностью золотым горжетом[20] преклонил голову.

— Молодцы, драгуны! — Тормасов оглядел стоявших перед ними. — Не подвели, удержали позицию. Благодарю вас за службу!

— Рады стараться, вашвысокпревосходительство! — рявкнул строй.

— Сто рублей им, Владимир Сергеевич, выдашь. — Генерал кивнул на шеренги. — А прапорщику запись с благодарностью в послужной список. Для следующего чина пригодится. Поехали. — И, развернувшись, пошёл к коням.

— Взвод, вольно! — крикнул Гончаров, выдыхая.

Глава 14. Всё не напрасно…

По дороге прошёл арьергард, и капитан Кравцов дал команду сниматься с укреплений.

— Как же это так, ваше благородие, персов отбили, людей положили, большие силы на подмогу пришли, а мы уходим, поворот этот неприятелю отдаём? — наклонившись и придержав коня, спросил у Тимофея Кошелев.

— Стратегия, Федот Васильевич, что же тут поделать? Мне самому обидно этот политый нашей кровью драгунский форт оставлять. А что поделать? У главнокомандующего ведь свои планы. Ему главное — перекрыть персам выход в Шамхорскую долину и постараться разбить их в одном большом сражении.

— Так ведь и тут можно, у этого поворота их бить, как вот мы, только большими силами? — проговорил, подъехав вплотную, Лёнька.

— А вот встревать в разговор старших чином нехорошо, драгун Блохин, — сделал замечание, усмехнувшись, Тимофей.

— Виноват, ваше благородие! — рявкнул тот. — Извинение просим.

— Ну вы сами посудите, братцы, разместить всю армию в горах ведь невозможно, — продолжил излагать Гончаров. — Ну никак не смогут все войска в этой теснине долго стоять. Запереть её, конечно, можно крепким заслоном, но только зачем? Персы тогда пойдут другой путь искать к долине. А так пусть они этот завал растаскивают, дорогу расчищают, потом всё одно по нашим же следам и пойдут. В Шамхорскую долину начнут спускаться, зайдут, а тут уже мы, к бою изготовленные, их поджидаем. Если дураки, значит, сунутся, вот тут-то генерал Тормасов все силы на них-то и бросит, и поверьте мне, обязательно разобьёт. Не было ещё такого случая, чтобы персы нас в открытом бою одолели, и не будет. И они это знают. Так что поглядим.

— О как, стратегия! — Кошелев поднял вверх указательный палец. — А ты, Лёнька, только в разговоры старших горазд лезть да под ногами путаться! Отъедь-ка чуть назад, в свой ряд.

Персы в открытое сражение с русскими силами в Шамхорской долине не вступили. Наследный принц поспешно отступил обратно за Аракс, изрядно утомив свои войска гонками по горам. В новый набег он решился пойти только через месяц окружной дорогой через Карабахское ханство, но в сорока верстах от Елисаветполя был опять перехвачен конным авангардом Тормасова и опять поспешно отступил в горы, после чего уже окончательно отошёл к Эривани.

Осенью стороны приступили к обсуждению условий будущего перемирия, войска же стояли в полной боевой готовности. От персов можно было ожидать всякого, поэтому русские посты раскинулись от Карского пашалыка Османской империи на западе и до границ с Персией у Каспийского моря на востоке.

Второй эскадрон Нарвского драгунского полка вместе с двумя ротами егерей из семнадцатого с середины октября перекрывали дорогу, идущую с севера от Шуши в Тебриз. Место было важное, тут у Аракса сходились пути из Тифлиса, Эривани и Карса, а также из восточных прикаспийских ханств и Персидской империи. Поэтому на валах возведённого у реки форта всегда стояла в боевой готовности полная рота егерей, а рядом находился спешенный полуэскадрон драгун. Остальные силы располагались в приличном по местным меркам селе и должны были в случае тревоги прийти на помощь товарищам.

— Вот, а ты, небось, даже и не поверил мне, когда я говорил, что ты далеко пойдёшь. — Одиноков потрепал по плечу Тимофея. — Только и сам я не чаял, что в офицеры сможешь выйти, думал, только в вахмистры, а тут вон, гляди-ка — целый господин прапорщик. Рад, искренне рад!

— Спасибо, Пётр Александрович. — Гончаров сделал поклон головой. — За советы ваши и за ваше доброе отношение благодарю. Я ведь, признаться, вас часто вспоминал, слышал про штаб-офицерский чин и про орден Святого Георгия.

— Да уж, жаркое в прошлом году дело было, — вздохнув, произнёс майор. — Думали, уж и не сможем в ледяную стужу через горы и целую армию неприятеля прорваться, но с такими командирами, как полковники Котляревский и Лисаневич, можно хоть в огонь, хоть в воду. Разметали мы персов и вырвались из ледяной ловушки. Жалко Карягина сейчас нет, порадовался бы Павел Михайлович за своих егерей. Помнишь, какой отчаянный рейд был в пятом году? Вот уж тогда действительно славно повоевали.

— Так точно, помню, господин майор, — с улыбкой произнёс Тимофей. — Разве же такое забудешь?

— Ладно, ты заходи ко мне в гости, я вон в том доме квартируюсь. — Он показал на приличный каменный особняк. — Там и штаб наш гарнизонный. Кофе попьём. У меня, кстати, для тебя подарок будет, ты ведь знатный книгочей. Знакомец из штабных из столицы занятную книгу привёз. Ну да не буду до поры до времени секрет раскрывать. Вот придёшь и сам всё увидишь.

— Спасибо, Пётр Александрович. — Тимофей поклонился старому знакомому. — На сутки к посту заступаю. Если позволите, сменюсь и к вам зайду.

— Очень хорошо, буду ждать. — И штаб-офицер, козырнув молодому прапорщику, направился к выстроенной неподалёку роте егерей.

— Ваше благородие, взвод проверен, в строю двадцать девять душ. — Кошелев кивнул на замершие шеренги кавалеристов. — Вернувшиеся вчера из полкового лазарета Балабанов с Казаковым тоже здесь. Проверил, службу нести могут, оружие обихожено, кони в полном порядке.

— Хорошо, спасибо, Васильевич. Выходим к