Механическая пьеса для пианино истории - Анатолий Анатольевич Логинов

Достроить серию из четырнадцати легких крейсеров проекта «шестьдесят восемь- бис» с последующей модернизацией и перевооружением реактивным оружием…

Завершить работы по проекту подводной лодки «627». Для отработки специальной силовой установки закончить работы на объекте «М» в Обнинске…

Завершить формирование 124-го минно-торпедного полка дальнего действия на Черноморском флоте, начать формирование двух полков такого типа на Тихоокеанском флоте и Атлантической эскадре Балтийского флота…

Для вооружения дальних разведывательных и противолодочных полков авиации ВМФ начать поставки самолетов Ту-20 в вариантах оснащения Ту-20МП и МР…

В области реактивного оружия флота необходимо продолжить отработку комплексов управляемого оружия КСС и П-15 для вооружения капитальных кораблей флота, «Сопка» — для береговой обороны, начать разработку управляемых самолетов-снарядов для оснащения подводных лодок, а также катеров флота…

Таким образом, к концу рассматриваемого периода флот будет иметь шесть линкоров, один броненосец береговой обороны, два линейных крейсера, один учебный артиллерийский корабль, семь авианосцев, учебный авианосец, три подводные лодки с ядерными силовыми установками, двадцать один легкий крейсер…»

Повторно пробежав глазами написанное человек взял ручку и размашисто расписался внизу листа: «Согласен с учетом замечаний. ЛП».

Германская Демократическая Республика. Аэродром Лехфельд

Несколько новых, только что вышедших с завода реактивных истребителей Ла-15 стояли перед площадкой опробования двигателей. Возле них располагались несколько бригад, выполнявших какие-то работы. На взлетно-посадочной полосе в готовности к старту стоял, оглашая окрестности ревом своего двигателя, еще один Ла-15 с уже нанесенными на него опознавательными знаками Люфтштрайткрэфте/Люфтфертайдигунг (ВВС и ПВО) ННА ГДР — равносторонним черно-красно-желтым ромбом, с нарисованными в нем циркулем и штангенциркулем, окруженными венком из колосьев.

Стоявший у окна кабинета высокий, моложавый немец слегка поморщился и прикрыл створку, а затем, повернувшись к сидящему за столом собеседнику, продолжил разговор.

— Так вы считаете, герр Алексеефф, что разработки братьев Хортен очень перспективны?

— Думаю, что наиболее интересными из всего, что мы с вами рассмотрели, будут именно проекты истребителя-бомбардировщика типа «летающее крыло», — ответил на немецком, с отчетливо различимым русским акцентом, человек, сидящий за столом. Несмотря на свою «истинно арийскую» внешность, это был действительно один из талантливейших, хотя и недооцененных советских конструкторов — С. М. Алексеев. Работавший в войну заместителем Лавочкина, а после нее руководивший конструкторским бюро, в котором работали немецкие авиаконструкторы, он был направлен в ГДР для помощи в организации производства, в том числе истребителя Лавочкина, во вновь организованном Народном обществе самолетостроительных заводов.

— Что же тогда опытно-конструкторское бюро займется проработкой данного проекта, который и мне представляется наиболее перспективным. Теперь давайте рассмотрим возможности переоборудования ваших Туполефф-4 в транспортные самолеты…

Через несколько недель в ОКБ города Фридрихсроде закипела усиленная работа. Переведенные в него инженеры из нескольких, ныне вошедших в единый комбинат авиационных фирм начали работу над проектом нового истребителя-бомбардировщика с индексом «Хо-9» с двумя двигателями «БМВ-4» и бомбовой нагрузкой в две тонны. Самолет выглядел совершенно непохожим на все существующие, настоящим гостем из будущего. Бесхвостое летающее крыло с выступающим фонарем кабины, с расположенными над крылом воздухозаборниками и соплами двигателей, очень напоминало появившийся позже и в другой реальности стратегический бомбардировщик «Спирит».

Через полгода на том же аэродроме комиссия военных и гражданских чинов осматривала полномасштабный макет самолета.

— Доктор Танк, вы считаете, что этот, я бы сказал, чрезвычайно необычный самолет и есть то, что может быстро выпустить наш авиаконцерн? — с недоверием в голосе спросил стоящего рядом высокого, моложавого гражданского полковник Густав Рёдель.

— Да, полковник. Именно так, потому что вся его конструкция разработана нами и использует уже готовые технологии. Вы, как начальник отдела истребительной авиации, сами хорошо знаете, с какими трудностями мы столкнулись при запуске в производство лицензионного истребителя Ла-15. Двигатель мы до сих пор выпускаем с применением некоторых русских деталей.

— Что же, раз вы так уверены, я буду голосовать за выпуск этих самолетов. А как наши русские коллеги?

— Они тоже заинтересовались. Возможно, нам удастся получить заказ.

— Хорошо, будем ориентироваться на эту модель. Но это все же истребитель-бомбардировщик, а не чистый истребитель. Как у вас дела с истребителями?

— На базе Ла-15 прорабатываем возможность создания более тяжелого всепогодного истребителя с радиолокационным прицелом. Но эти разработки только начались.

— Что же, если русские ничего нам не поставят, будем ориентироваться на ваш проект.

— Есть возможность получения самолетов от русских? — профессор Танк был явно озабочен.

— Да, ведем переговоры по вооружению эскадр перехватчиков их тяжелым истребителем Ла-25. Пока результаты мне неизвестны, — ответил полковник.

Ему явно понравилась озабоченность профессора. Еще со времен юнкерского училища он недолюбливал этих гражданских снобов, годных лишь для насмешек. Пусть профессор понервничает, может быть придумает что-нибудь.

— Интересно, а что это за аппарат, — полковник обратил внимание на стоящий в стороне вертолет.

— Это мы создали свой вариант геликоптера. Отделение концерна «Фокке-Анхелис» предложило вариант с соосными винтами, наподобие русского Камова, но несколько иной конструкции.

— Вы считаете, что эти… «летающие мельницы» имеют серьезные перспективы?

— Конечно, не как истребители, но для разведки, корректировки, связи…

— Понятно. Но все же, по моему мнению, сейчас нам важнее истребители.

Испания. Гибралтар

Прибывающие в гавань военные корабли, даже столь новые и мощные как эти два авианосца, почти не привлекали внимания привычных ко всему гибралтарских обывателей. Но вот взлетевшие с них самолеты…

Да, это были не привычные бипланы «Гладиатор» или современные монопланы «Спитфайр». Это было нечто новенькое. С палубы новейшего, только недавно вошедшего в строй после модернизации авианосца «Арк Роял» в небо сорвались, ревя моторами реактивные, странной конструкции с одним каплевидным фюзеляжем и двумя хвостами, истребители и винтовые, но отличающиеся необычным шумом моторов, истребители- бомбардировщики[9].

Стоящий в группе встречающих корреспондент газеты «Балтимор Таймс» Ян Дудл опустил голову и бросил взгляд на подвижного, эмоционального соседа явно южноевропейской внешности — корреспондента испанской газеты «Вердад»[10] Тестиго Онесто[11]. Тот спешно щелкал своей портативной «Лейкой», пытаясь поймать в объектив стремительные, проносящиеся по небу самолеты. Наконец он оторвался от камеры.

— Ну, Онесто, вы убедились, что демократические страны способны защитить себя от большевистского тоталитаризма? Или до сих пор сомневаетесь в необходимости Атлантического Союза.

— Да, самолеты потрясающие и, на мой взгляд, способны противостоять русским. Но одни самолеты ничего не решают. Даже с помощью