Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 5 - Артём Март

— Это будет самая большая ошибка в твоей жизни, — сказал я.

— Если ты будешь послушным и сделаешь все правильно, Летов, я уйду с миром. Твоя девка не пострадает.

Решив, что я не дам Минаеву так просто выйти из квартиры, я спросил:

— Чего ты хочешь?

— Только имена. Кто вел следствие? С кем из силовиков ты сотрудничал, чтобы устроить нам облаву?

— Зачем это тебе?

— Какая разница? — Он упер дульный срез Марине в висок, девушка тихо застонала, — Просто скажи, и все. Остальное — не твое дело.

— Ты собираешься мстить? — Спросил я холодно. — Мстить им? Ради чего? Ради Корастелева, которого уже взяла за жопу милиция?

Минаев нахмурил брови. Пождал тронутые шрамом губы. Потом потер саму отметину.

— Брешешь.

— Да? — Я хмыкнул. — Можешь мне не верить. Но если ты даже что-то и узнаешь о сотрудниках, рассказывать будет некому. Корастелев в СИЗО. Твой выживший дружок раскололся и сдал тебя с потрохами. Милиция ищет тебя по всему городу.

Я почувствовал, что десантник колеблется. Он отвел взгляд в нерешительности. Крепче сжал пухлую спинку кресла в порыве накатившей злобы. Кажется, десантник подозревал, что такое развитие событий более чем возможно. Знал и теперь понимал, что загнал себя в ловушку.

— Кто ты такой, Летов? — Спросил он. — На кого работаешь? РУОП?

— Я охранник, — пожал я плечами. — Простой охранник.

— Ты врешь, снова ложь! — Начал выходить из себя Минаев.

— Тихо-тихо, — поднял я ладонь, видя, как Марина сжалась от крика Семена. — Давай без резких движений. Тебя найдут, Минаев. Пока ты в Армавире, у тебя нехилый шанс попасться милиции. Тогда тебя будут судить за торговлю оружием. Ты хочешь, чтобы к этому добавился еще и эпизод с разбойным нападением и убийством?

— Одним больше, одним меньше, — Сжал пистолет Минаев.

Схватив Марину за плечо, он заставил ее подняться.

— Я ухожу. Девка идет со мной.

— Не стоит этого делать, — покачал я головой. — Не закапывай себя глубже. Хватит уже.

— С дороги! Ни то я вышибу ей мозги!

— Тогда я убью тебя, — проговорил я спокойно. — Убью, и тогда квартиру ты покинешь только в черном пакете. Отпусти девушку.

— И ты дашь мне уйти? — Минаев вопросительно приподнял подбородок.

— Тогда мы обсудим варианты, — сказал я.

Внезапно зазвонил телефон. Марина вздрогнула, Семен гаркнул на нее:

— А ну, не дергайся! Трубка трезвонит весь вечер. Что, звонят дружки из отдела? Да, Летов?

— Отпусти девушку, — повторил я.

— Витя! — В дверях комнаты неожиданно появился Фима.

От напряжения мы даже не заметили, как он вошел.

— Какого хрена ночную смену не пускают на склад? — Проговорил он возмущенно и застыл на пороге.

От внезапного появления Ефима у Минаева сдали нервы. Он вскинул пистолет и выстрелил в Фиму.

— Нет! — Крикнул я и отчаянно бросился на Семена.

В этот момент он выстрелил второй раз, но теперь в меня.

Глава 28

Боли я не почувствовал. Только толчок слева, пониже груди, чуть было не вывел меня из равновесия. Минаев явно целился в сердце, но промазал. Набросившись на него, я тут же схватился за пистолет. Увел его вверх, подальше от себя. Снова прогремело несколько выстрелов. Штукатурка посыпалась на нас с Семеном.

Он замешкался, уставился на пистолет. Марина же, в этот момент удивила меня по-настоящему. Оказавшаяся между нами, она просто ударила Минаева кулачком в пах. Когда Семен замычал от внезапной боли, я отпихнул Марину в сторону. Девушка упала на пол.

А потом я стал бить Минаева в живот ножом, раз за разом наносить удары в область печени.

Минаев, казалось, первые несколько мгновений не замечал их, несмотря ни на что, старался отвоевать у меня пистолет. Однако он сдался.

Семен согнулся, стал заваливаться назад, потом упал. Я грохнулся на него сверху. Мы рухнули так, что в квартире задрожали люстры. ПМ с металлическим лязгом отлетел куда-то в сторону.

Я медленно поднялся. Только сейчас заметил, что вся моя рубашка под ветровкой пропиталась кровь. Моей кровью. В этот самый момент, в теле будто бы активизировался рубильник, запускающий болевые ощущения. Я скрывался от сильной боли в брюшной полости, но не застонал. Медленно отполз от Минаева, лежавшего в луже его крови.

— Сука… — Прохрипел он и выплюнул красную слюну на подбородок. Потом попытался медленно подняться на руках, встать.

— Кажется, все пошло не по твоему плану, — сказал я Минаеву, оперевшись спиной о стену и прижимая руку к ране.

— Витя! — Марина бросилась ко мне, — боже, Витя!

Она не знала, что делать, и только уставилась на мое окровавленное тело дурными глазами.

— Нужно что-то, чтобы остановить кровотечение. Какая-нибудь тряпка, — сказал я.

Заплаканная Марина покивала, а потом принялась расстегивать блузку на груди. Стянув рубаху и оставшись в одном только бюстгальтере, она скомкала свою одежду, прижала к моей ране.

— Изобретательно, — ухмыльнулся я, придавливая блузку к телу окровавленными руками.

— Боже, Витя… Я… Я сейчас позвоню в скорую!

Марина торопливо встала и хотела, было побежать к телефону, но застыла. Корчащийся от боли Минаев лежал у ее ног в собственной луже крови. Помедлив пару мгновений, она оббежала десантника, бросилась к телефону и стала набирать ноль три.

Минаев медленно сел боком. Сплюнув кровь.

— Ты не уйдешь далеко в таком состоянии, — сказал я холодно. — Истечешь раньше. Жди лучше скорую. Тогда, может быть, останешься жив.

Минаев бросил на меня взгляд. В нем читалась смесь шока, злобы и страха. С трудом поднявшись на ноги, он торопливым, неловким шагом побежал вон из квартиры. Переступил лежащего в дверях комнаты Ефима.

— Плохое решение, — проговорил я, кривясь от боли.

— Да-да, к нам ворвались, — начала по телефону Марина. — Жених защищался, но в него стреляли! У него… У него кровь!

Посмотрев на Фиму, я медленно, сквозь боль, поднялся.

— Витя! — Крикнула Марина и бросила трубку на телефонный столик, метнулась ко мне. — Куда ты⁈ Тебе нельзя двигаться!

— Спасибо, Марин, — проговорил я, глянув на нее с грустной улыбкой. — Если бы не ты, я мог бы не выжить.

— Витя… — Она обняла