Сага о Головастике. Уроки инопланетного мастерства - Александр Нерей

никаких отверстий в потолке Узлового не было. Дальше подробное описание нужного мне символа и самого обратного выхода на Греноли.

Потом мультик перешёл к новой части, показывая, что именно нужно будет сделать перед тем как раскручивать М-маховик. Какой шкаф открыть, который рычаг опустить, какую кнопку нажать, и так далее. А вот третья его часть оказалась куда интересней. Мне показали невиданный механизм, состоявший из полой трубы большого диаметра и прочих сопутствующих агрегатов.

Я так понял, сначала мне придётся довольно долго бегать внутри этой трубы, чтобы она начала вращаться, а потом как-то утяжелилась для достижения номинального веса, и превратилась в настоящий маховик. После этого к ней прижмутся магнитные щётки с контактами, и моя работа будет закончена. Тяжёлая труба-маховик продолжит вертеться по инерции, а я должен буду сразу же удалиться, потому что искусственная гравитация в генераторном модуле уменьшится до нуля. Так что, побегать в трубе в своё удовольствие не получится.

— Вопросы? — вернулась ко мне ЭВМ, когда экран снова зазеленел.

— У матросов их не бывает. Надеюсь, у меня хватит сил для этого беличьего забега. Или подкрепиться, на всякий случай? — призадумался я ненадолго. — Водички с собой взять, что ли?

— Эту работу легче делать вдвоём или втроём, но, думаю, вы и один справитесь. Придётся пробежать несколько километров. Скорость – не главное. Ваша задача: равномерное вращение устройства и такое же постепенное увеличение веса. После того, как покинете генераторный зал, гравитация обнулится. Советую не мешкать, чтобы не потерять обороты вращения из-за трения, — напутствовала меня ЭВМ и отключила экран.

Пришлось собираться с духом и настраиваться на длительную пробежку и заумные переключения неведомых устройств.

* * *

Прибыв на Ха-Да, я целеустремлённо пошагал к символу входа в генераторный отсек. Напускной бравады хватило даже на проход сквозь закорючку на ракушечной стене, а вот дальше всё усложнилось. Что включать, а что передёргивать – в голове сразу же перепуталось, но спасли символы и стрелки, намалёванные уже на шкафах с самими устройствами.

Щёлк, перещёлк, хрясь, бум, скрип, снова щёлк, и я у двери в отсек с М-маховиком. Собрался с силами и вышел, как гладиатор на арену. Точнее, вошёл в обыкновенную дверь, как в школьный спортзал, а оказался в помещении с одним-единственным аттракционом. И тот не очень-то интересный.

Бегать я не любил. Или не умел. Зато выносливость меня не один раз спасала при наматывании кругов вокруг стадиона или вокруг школы. Но там были простые уроки физкультуры, а это настоящая работа. Моя первая настоящая работа. Если не вспоминать обыкновенные неземные приключения, конечно.

Открыв последний требуемый по инструкции пульт, стоявший у самого маховика, я перещёлкнул пару рычажков и вошёл в его раструб.

Всё оказалось несколько заумнее, чем в мультике. И труба высотой около десятка метров, а не пяти-шести, как мне представлялось в фильме, и раструбы или расширения у неё оказались на входах-выходах. Возможно, для удобства скатывания споткнувшихся гуманоидов, а возможно, для каких-то других целей. Но для себя я отметил, что в случае неуклюжего падения, выкачусь из трубы довольно комфортно и ни обо что не стукнусь.

«Такие аттракционы в парках нужно ставить и народ веселить, а не только генерировать энергию в пространстве», — подумал я и взял старт.

Для начала раскручивания пришлось забегать чуть ли не на серебристую стену, но потом труба тронулась, и процесс разгона пошёл. Нехитрое, но и нескучное дело. Взяв оптимальный темп для распределения сил на долгое время, я нащупал нужную мне высоту, и углубился в работу, а параллельно с ней в размышления.

Сначала представил себе других инопланетян, потом как они дружно бегают в таких трубах-генераторах, а заполировал целой оравой своих подчинённых, которых я незнамо как провёл на неведомый узловой астероид и заставил вырабатывать так нужную Все-Сети энергию.

Настолько живо размечтался, что не сразу заметил, как начала увеличиваться весовая нагрузка трубы, отчего бежать стало труднее, а мой комфортный пятачок для бега сместился на некоторое расстояние вперёд и вверх. Дальше уже никаких интересных происшествий не произошло.

Бежал, пока справа на табло не включился зелёный символ, сообщивший, что минимально допустимые обороты, рассчитанные на мой вес и энергию, достигнуты, а значит, настала пора возвращаться на Греноли.

Не останавливая монотонный бег, я сменил его направление и удалился из генераторного зала, а потом, после пары заключительных переключений в энергетических щитах, убежал и из Узлового Ха-Да.

— Динамо бежит! — радостно доложил я Образу, когда включил её в работу. — Что ещё можно натворить, пока желание и силы не закончились?

— Спасибо за помощь. Больше никаких сигналов нет. Если ваши планы на просмотр записей не изменились, могу приступить к ПК-обучению. Это аббревиатура Первого Контакта. На случай отсутствия под рукой переводчика или другой Электронной Машины, — бодренько так, врезала по моим спортивным мозгам Образ, окунув вспотевшим от бега личиком в очередное галактическое блюдечко со сметаной.

— Вот, значит, какая благодарность? Я и так трое космических суток маялся и терзался, а вы… Сначала просмотрю и переварю все художества фальшивого Пещерыча, а потом, если задержатся вести от Ватарии, начнём обучение. Шестидесятый допуск, хоть к чему-то да обязывает. И это… Свяжитесь, с кем собирались. Попросите о встрече с настоящим гуманоидом. Только не слишком зелёным и не очень взрослым.

А сейчас я в каюту. После водных процедур вызову вас для просмотра, анализа и комментариев. Договорились? Пора взрослеть и смелеть, — разобиделся я на самого себя и заказал уроки неведомого вселенского мастерства для путешественников по галактике, её параллелям и временам.

Наказал себя за трусость и нерешительность, что в принципе одно и то же.

Пещерные записи

Хорошо помню, что очень долго тогда плескался в ванной. То горячей водой разогревался, то холодной остужался. Думал, что от контрастных струй за пять минут закалюсь и стану смелым и отважным. «Вот сейчас после горячей пойду… Нет, после холодной», — настраивал себя, как незнамо на какой подвиг, но так и не настроил. Напридумывал неизвестно чего, до такой степени пугавшего, что на простую телезапись осмелиться не мог.

— Слово же дал, что посмотрю, — стыдил себя вслух и, как будто, достучался до спрятавшейся храбрости.

Выскочил из ванной, а переодеться-то не во что. Пришлось вытираться и заматываться в одеяло. «Сразу после просмотра – стирка», — напутствовал себя,