Апогей. Часть 2 - Руслан Темир

Выйдя на общий балкон в фойе этажа, Саша посмотрел на непривычно опустевший «Исток», только звуки разбора завалов разбавляли картину полного опустения. Медленно и протяжно вздохнув, Князев включил рацию.

— Вика, ты на связи? Как вы там?

— Да, на связи. — Моментально ответила Колмагорова. — Держимся. С детьми тяжело. Приходиться держать их в автобусах. Представляешь, что это такое? Только Женька сидит рядом со мной спокойно, остальные уже устроили балаган похлеще обезьянок из советского мультика. Да и народ вообще нервничает. Ожидание напрягает. Даже твой вызов сейчас заставил всех вздрогнуть. Так и ждут сообщения, что оборона прорвана и «Исток» уничтожен.

— Надо быть оптимистичнее. Отобьемся. — Попытался подбодрить Князев.

— А если нет, Саш? Что тогда будем делать?

— Я поеду к вам, вместе со Стивом. Заберем оставшихся на базе и рванем в Бжид. Уйдем через Сочи в Грузию или еще южнее. Может, как Эмиль хотел, в Израиль подадимся. Я вас не брошу. Обещаю, что при любом раскладе мы будем вместе.

— Это конечно обнадеживает. Но нам надо будет кормить всех, где-то спать. А здесь дети, старики, раненные. Народ, не сильно пригодный для физического труда и добывания пропитания. И Израиль… Ты хорошо подумал? Если в России, где оружия у населения было не так много и народ более спокойный, такое творится, то представь, что там происходит. И территории там намного меньше, люди жили более плотно, не спрячешься и не укроешься.

— Да про Израиль это я так, просто к слову пришлось. Найдем где приткнуться, не переживай. Главное вообще выбраться. И я очень надеюсь, что нам вообще не придется. Анклавовцы не знают, ну может не полностью, про наш ракетный потенциал. Есть чем их удивить. Глядишь и отобьемся. А на вторую такую атаку сил у них больше не будет, да и «Проталий» уничтожен, эта атака скорее посмертная конвульсия, чем запланированная акция.

— Очень хочется в это верить. Так устала от всех этих разборок и войн. Хочется просто жить, чтобы ты рядом, Женька и все. Готовить вам завтрак, отдыхать вместе и больше никогда не брать с собой насточертевший пистолет-пулемет.

— Я думал тебе он нравится.

— Нравится, когда лежит в сейфе и изредка берешь его на стрельбище, а не когда он — жизненная необходимость. Когда это все уже закончится?

— Не знаю, Вик. Понятия не имею. Сам уже устал до чертиков. Но понимаю, что даже если мы с тобой бросим все это, уедем в глушь втроем, то спокойно жить нам долго не дадут. Ради будущего Женьки необходимо разобраться с «Проталием» и всеми общинами сейчас. Перекладывать проблемы на плечи следующего поколения тупо и безответственно. Можно спрятать голову в песок, мол «моя хата с краю, ничего не знаю», или «я человек маленький, ничего не смогу изменить, так зачем вообще ввязываться», но только мы и сможем что-то поменять. Чтобы Женя росла спокойно и потом, повзрослев, не задавалась вопросом, почему мы все прое… потеряли в смысле, и ничего не предприняли, когда могли.

— Ты веришь Воеводову? В том, что все это Лесной устроил? — Перебила Вика.

— Не знаю. — Растерялся от неожиданного вопроса Князев. — С одной стороны в словах и выводах Вадима есть логика, но с другой я тогда вообще не понимаю Кира. Зачем ему понадобился этот «план Голдстейна», зачем он собрал нас и помогал, зачем дал все эти изобретения, реактор? Что-то здесь не вяжется, и я не понимаю что. Уже всю голову себе сломал.

— Я тоже постоянно об этом думаю и не могу собрать картину воедино. Воеводов — вояка до мозга костей, прямо как мой отец. Они мыслят четко, рублено, у них нет полутонов, все либо белое, либо черное. Решения принимают радикально, но в данной ситуации слишком много нестыковок, и с таким подходом здесь точно не разберешься.

— Вот, я точно так же думаю. Ладно, сейчас главное пережить сегодняшний день и удержать «Исток», а потом уже будем думать о роли Лесного во всем это балагане. Ты правильно сказала, тут без ста грамм не разберешься.

— А еще лучше без поллитра виски. — Ответила Колмагорова.

Даже через рацию Князев понял, что Вика улыбнулась, и сам сразу же вспомнил их ночные посиделки на лавочке возле пруда с бутылкой и ломтиками колбасы с сыром.

— Надо будет повторить. — Немного успокоившись от приятного воспоминания, сказал Саша.

— Обязательно. Ты выпивший довольно забавный.

— Забавным меня еще не называли. — Князеву до скрежета зубов захотелось обнять Вику, сгрести ее в охапку и сжать так сильно, чтобы аж почувствовать, как клетки ее тела соединяются с его клетками. Вот только пара десятков километров и две колоны вражеских сил не дадут воплотиться этому желанию сиюминутно.

— Люблю тебя очень. — Грустно выдохнула Колмагорова.

— Я тебя тоже, Ви. — Зажмурившись от боли, словно произносил эти слова в последний раз, сказал Князев.

* * *

— Здесь тормози. — Сказал Сахаров водителю, указав место рядом с вставшими возле дороги двумя БТР.

Вся верхушка небольшого перевала между Бжидом и Джубгской развязкой уже заставленная прибывшей военной техникой. Часть людей успела спешиться и сгруппироваться во взводы, на ходу получая команды от руководителей. Справа, в стороне от шоссе, съехав по проселочной дороге, уже разворачивались в боевой порядок установки ПРО и РЗСО. Артиллеристы занимались установкой минометов и развертыванием гаубиц.

Марк