Мой Советский Союз Магических Республик - Сергей Викторович Вишневский

— Странные у вас друзья, — буркнул Осетренко.

— А какие у ведьмы еще друзья должны быть, а? — хохотнула старушка. — Поп, или ГБшник какой?

Кирилл не нашелся, что ответить. Он несколько секунд молчал, а после спросил:

— Когда я выходил — никого не было, а вернулся вы уже тут. С виду, словно сидели давно.

— А мы и сидели. Былое поминали, торг вели, — спокойно ответила старушка, взяла вареную картофелину и кивнула на мясо парню. — Ты ешь, не стесняйся.

Парень осторожно подался вперед, взял кусок мясо и задумчиво спросил:

— А как так вышло?

— Что?

— Что я вас увидел.

Старушка хмыкнула, откусила картофелину и произнесла:

— Не в ту дверь вошел.

— Так в сенях одна дверь в дом…

— Не про дверь саму я говорю, — хмыкнула ведьма. — Я про то, что мы с тобой не там, откуда ты вышел.

— А где? — хлопнул глазами Осетренко.

Старушка протянула руку, прибавила огня в керосинке и кивнула на окно. Парень подался вперед, выглянул и обнаружил в нем темный лес, без намека на снег. Серые деревья без листьев, неясные тени и темно бордовое небо.

— Это как… Это где? — прошептал он.

Старушка же убавила огонь и картинка за окном тут же обратилась тьмой.

— Что это?

— Это та сторона, — спокойно ответила ведьма.

— А как… мне…

— Ты ешь давай, — кивнула она на тарелки. — Не бойся, выведу тебя обратно.

Кирилл откусил мясом и растерянно глянул на Чахарду.

— Ешь, и меня слушай, — произнесла старушка. — Семка парень смышленый, да как и все роду нашего проклятый. Проклятый на кровь, потому и сделать ничего нельзя. Когда мать под сердцем его носила сильно я старалась, чтобы боком не вышло. Удалось…

— Как проклят? — прожевав спросил Осетренко.

— На еду увела. Чтоб не взялся делать он — все гадость редкостная выходит. Одно только у него выходит складно — мясо. Да и то, не всегда и не всё.

Парень хлопнул глазами.

— Ешь, дурень, — хмыкнула старая. — Не любит он меня, за дела мои. Было дело, наследила я знатно в этих местах. До сих пор помнят, но по мне так лучше пусть боятся, чем с каждым вторым ручкаться, да нытье их слушать.

— А как же… На что живете?

— На беде людской, — хмыкнула ведьма. — За помощью идут. Я годами беру.

— А приворожить можете?

— За такое только кровью беру, — ответила та и хмыкнула. — Да и след на тебе. Без слез бабских по твою душу не останешься.

Кирилл нахмурился, а старушка тем временем взяла огурец.

— Ты не про молодок думай. Думай, как дело будете делать, на которое вас красный подписал.

— Откуда вы знаете?

— Знаю у кого спрашивать, — фыркнула ведьма. — Думайте, ибо не на дело вас пускают. Приманкой будете. Извернетесь, дело свое сделаете — другой разговор с ним будет. Не сможете — зайцами петлять придется.

— Зайцами? В смысле…

— Умный охотник, если зайца бегущего увидит — не бьет. Ждет того, кто зайца гонит. Понял?

Кирилл прожевал кусок мяса и кивнул.

— Раз понял, поди ко мне… — поманила его ведьма. — Ближе…

Кирилл неуверенно подался вперед, к руке ведьмы. Та собрала пальцы в щепотку и резко ударила парня в лоб.

* * *

Кирилл дернулся и резко встал на кровати.

Оглядевшись по сторонам, он с удивлением обнаружил, что лежит в кровати и ничего похожего на ночное происшествие не было.

Парень глянул на соседнюю койку, но Семен уже встал. Спустив ноги с кровати, на прохладный пол, парень хотел было встать, но тут зацепил что-то в простыни. Пошарив рукой, он достал небольшой кусок мяса.

— Так… — растерянно произнес Кирилл и замер, услышав из большой комнаты голоса, парень замер и прислушался.

— Переплатил, — недовольно проворчала старуха. — Сорок тысяч — не в какие рамки.

— Ну, а как еще? — буркнул Семен. — Был бы выбор — подумал, не переплачиваю ли, а так… И так еле нашел моряка. Думал, может у ГБшников спросить, но…

— К ним с таким не ходи, — отрезала ведьма. — Как только услышат — насядут так, что не слезешь.

— Любишь ты демонизировать, — вздохнул Семен. — Подходит хоть?

Кирилл осторожно поднялся с кровати и выглянул в комнату. За столом у какого-то свертка сидела старушка. Напротив сидел Кот.

Старушка нагнулась к свертку, тщательно обнюхала и кивнула.

— Подходит.

— Доброе утро, — кивнул другу Семен, заметив его в дверях. — Ну и соня ты!

— Да, я тут… — смутился Осетренко и только сейчас заметил, что кусок вареного мяса до сих пор в руках. — Спалось хорошо, вот и уснул.

— Киря, ты как смотришь на то, чтобы в обед в город двинуть?

— Нормально, — пожал плечами парень.

— Хорошо. Ты вещи собери, — кивнул он на комнату. — Я пока сгоняю с билетами. Перекусим и в путь.

— Понял, — кивнул друг и направился к комнату.

Старушка проводила его взглядом мутных глазниц и повернулась к Семену.

— Хороший парень. Верный друг будет, — кивнула она и усмехнулась. — Только беда у вас одна.

— Ба, не начинай, да, — сморщился Кот. — Вот как будет, так будет. Я с твоими штучками иметь дело не хочу.

— Смотри сам. Я для родной крови за совет платы брать не буду, да и неволить выбором тоже.

— Спасибо, — кивнул парень и поднялся. Он накинул теплую куртку, шапку на голову и спросил:

— Ба, сколько еще… — кивнул он на стол.

— Не знаю, Семен. Никто не знает. Как разобью клятву — сразу узнаешь. А пока только точить ее, корежить.

Парень кивнул, напялил валенки и вышел из дома.

* * *

Парни стояли у лестницы, у выхода из лекционного зала.

— Надо будет потом еще раз повторить, — буркнул Кирилл, пролистывая только что записанную лекцию. — Мне вот эти все гормональные штуки прям очень не нравятся.

— Знаешь, Киря, мне кажется, что они никому не нравятся, — усмехнулся Семен, заглядывавший в его лекции. — Блин не замечал, что у тебя почерк такой корявый и мелкий.