Семья - Алексис Опсокополос

что было, то прошло. Теперь у нас другая жизнь и другие вызовы.

— Это да, — усмехнулся я. — Вызовы теперь не под стать прежним.

— Какими бы они ни были, ты всё преодолеешь и всех победишь!

— Очень на это надеюсь. Не победить нельзя.

— Ты победишь! — уверенно произнесла Мила, обняла меня и добавила уже тихо в самое ухо: — Потому что я люблю тебя.

— Я тебя тоже люблю, — сказал я и крепко прижал Милу к себе.

Мы стояли обнявшись, и я так сильно прижимал к себе Милу, словно кто-то собирался её у меня отнять прямо в этот момент. Я чувствовал, как бьётся её сердце. И как же мне не хотелось её отпускать.

— Ты к нам надолго? — спросил я, когда объятия всё же пришлось разомкнуть. — На ужин останешься?

— Ну я бы и до утра осталась, если ты не против, — ответила Мила и лукаво прищурилась.

Глава 22

— Вставай, мой мальчик! — голос бабушки донёсся сквозь сон, но буквально за секунду я пришёл в себя, и тепло, исходящее от ладони княгини Белозерской, лежащей на моём лбу, этому сильно поспособствовало.

Накануне вечером бабушка заявила, что я должен хорошо выспаться, и поэтому лично ввела меня в девять вечера в состояние оздоровительно сна. И вот теперь пришла, чтобы разбудить.

— Который час? — спросил я, вставая с кровати.

— Ровно девять, — ответила бабушка.

— Я спал двенадцать часов?

— Да. Потому что никакая магия не подготовит организм к большим нагрузкам лучше, чем долгий здоровый сон. Или у тебя были запланированы какие-то дела на это утро?

— Никаких.

Бабушка была права: нужно было выспаться. И если бы не её заклятие, я проснулся бы часов в пять и думал о поединке с Эджертоном. Но думай — не думай, это не поможет. Надо не думать, а готовиться. И хороший восстанавливающий силы сон — часть той самой подготовки.

Бабушка ушла, а я умылся и надел спортивный костюм. Тратить силы на зарядку я не стал, но получасовая пробежка вокруг замка была необходима, чтобы окончательно проснуться и дать организму взбодриться.

Вернувшись после пробежки в комнату, я быстро принял душ, переоделся и к десяти уже был в обеденном зале. Позавтракали мы быстро и молча. Лишь в конце бабушка сказала, что отправляемся на точку сбора мы в одиннадцать тридцать. Значит, у меня был час, чтобы сходить к источнику и собраться.

У источника я пробыл минут двадцать — этого вполне хватило, чтобы получить сильный эмоциональный и энергетический заряд. После этого я не спеша сходил за своими Великими артефактами, надел подходящий для сражения костюм и в одиннадцать двадцать пять был в башне. Там меня уже ждал Дьяниш. К половине двенадцатого туда подошла бабушка и принялась активировать портальные врата. Накануне к нам прибыл посыльный от Александра Петровича и привёз амулет, при помощи которого мы могли открыть портал сразу к месту сбора наших войск.

Собиралась российская армия у Изборска, что под Псковом. Туда же прибыли союзники из Тюркского каганата и Хуссейн. И оттуда маги открыли огромный портал прямо на Олдерни. Большая часть наших сил к тому моменту, как мы прибыли, уже перешла порталом на остров. Мы не стали задерживаться и тоже отправились туда же.

Выйдя из портала, мы сразу же наткнулись на помощника кесаря; тот предложил проводить нас к шатру, в котором располагалась наша ставка. Мы отправились с ним.

Романова в ставке не было, там вообще почти никого не было, но зато возле неё мы встретили Каменского. С ним был невысокий щуплый парнишка лет двадцати. Завидев нас, Леонид Васильевич обрадовался, и они с парнем направились в нашу сторону.

— Екатерина Александровна, Роман! — произнёс Каменский, подойдя к нам. — Разрешите представить вам моего племянника Антона!

Парнишка слегка преклонил голову.

— Роман! — произнёс я и протянул парню правую ладонь, он сразу же пожал её и взглянул мне в глаза.

Этот взгляд меня поразил. Было в нём что-то необычное, нечеловеческое, он был каким-то невероятно пронзительным. Впрочем, разгадку этому я получил сразу же.

— Антон — анимаг, — произнёс Каменский. — Он может обращаться сапсаном. Я слышал, что Роману доступен Взгляд друида. Антон мог бы стать его глазами на время боя. Он может подняться так высоко, что его не достанет ни один маг и ни одно заклятие, а видит он настолько хорошо, что с высоты в несколько километров и мышь не проскочит незамеченной.

— Это было бы неплохо, — сказал я. — Но нам надо заранее отработать взаимодействие.

— У вас ещё есть время, — сказал Каменский, после чего посмотрел на часы и добавил: — Сражение назначено на полдень по Гринвичу. В три по-нашему. Мы решили не переводить часы, чтобы не путаться. Сражение в три. У вас в запасе больше трёх часов.

— А вы не знаете, где Александр Петрович? — поинтересовалась бабушка.

— Был здесь, — ответил Каменский. — И точно будет в час. На это время назначено совещание.

— А ставка немцев далеко отсюда?

— Не очень. Я могу Вас к ней проводить, пока Роман с Антоном будут отрабатывать взаимодействие.

— Буду Вам очень признательна, Леонид Васильевич, — сказала бабушка, и они с Каменским ушли.

— Пойдём, Антон, — сказал я молодому эльфу. — Отойдём подальше, чтобы ничто нам не мешало.

— Слушаюсь, Ваше Сиятельство, — ответил племянник Каменского.

— Давай без сиятельств и на ты, — предложил я. — Мы ровесники и принадлежим одному сословию.

Антон кивнул, соглашаясь с моим предложением. Мы отошли метров на триста от ставки, выбрали удобное место, и я сказал:

— Активировать Взгляд друида и смотреть твоими глазами — не проблема. Нам надо попытаться наладить более тесный контакт, чтобы я мог тебя направлять, показывать, что именно я хочу рассмотреть.

— Давайте попробуем, — сказал Антон и тут же поправился: — Давай.

Он быстро обернулся сапсаном, взлетел и дал небольшой круг надо мной. Я вытянул руку. Птица тут же на неё села. Я погладил сапсана по голове и активировал заклятие. Получилось: связь наладилась быстро, и она была довольно крепкой. Всё же, одно дело — смотреть глазами дикого животного, и другое — глазами анимага, который всеми силами старается тебе помочь.

Сокол взлетел, дал большой круг, а я