Бессердечный принц. Раскол (СИ) - Мелевич Яна

— В чем дело, ефрейтор Накимов? — я поморщился, припоминая фамилию парня.

— Теракт, ваше высокоблагородие, нападение магов хаоса и призванных! На Большом проспекте Васильевского острова, прямо у ворот Императорской больницы №1. Вас вызывают. Его императорское величество и его императорское высочество уже выехали туда.

Сцепив зубы, я сжал кулак и бросил Дарию:

— Заканчивай здесь, потом мне передашь отчет.

— Влад, на тебя ночью напали… — попытался возразить он, но я шагнул к выходу и поспешил собраться.

Когда вылетел на мороз в наполовину расстегнутом пальто, наткнулся на мрачного Баро. Судя по виду, его тоже официально вызвали с выходного на место происшествия. И день нас ждал очень непростой.

— Никогда не планируй свиданий с нашей работенкой, Ящинский, — проворчал он, едва мы, поскальзываясь, поспешили к патрульной машине.

Я расслабился, чувствуя, как ушло напряжение после неприятной стычки в квартире.

— О, так цацки ты для дамы надел? Решил сразить красавицу наповал блеском украшений?

С боевым кличем Баро набросился на меня у машины. Парни за рулем удивленно выпучили глаза. Отскочив, я ощутил, как почва под ногами стала слишком гладкой. Подтаявший снег, припорошенный белыми хлопьями, превратился в лед. Взметнув руками, я покачался и схватился за теплый капот, наклонился вперед. Крепкие объятия удержали меня от риска расквасить нос.

Выпрямившись, я отряхнул брюки и ткнул Баро кулаком в грудь.

— Еще раз так сделаешь, нечем будет дам клеить, — беззлобно рыкнул я и похлопал его по плечу. — Зачем ты вообще пошел на свидание? Только не говори, что скука заела.

Обойдя машину, я схватился за ручку, но замер, когда услышал внезапно посерьезневший голос Светлакова.

— Вчера я встретил шувани, Влад. Она кое-что мне поведала.

Я моргнул, затем сообразил, что Баро говорил о ведьме. Именно так цыгане называли женщин, обладающих магическими способностями. Своих и чужих с некоторых пор. Только, как правило, жили они в таборах. Свободно разгуливающая колдунья с цыганской магией? Ловкая обманщица.

— Она предсказала тебе любовь и богатство? — хмыкнул я. — Ты уверен, что это была не шарлатанка?

Баро покачал головой.

— Я же сам шувани. Да и не будь им, все равно бы понял. Вряд ли шарлатанки предсказывают своим жертвам скорую смерть.

Глава 32. Алексей

— Ваше высочество, вы очаровательны, — Андрей демонстративно задрал голову и расхохотался на всю столовую. — Искрометный юмор и красота — я завидую своему кузену.

Я поморщился, спрятав выражение отвращения за глотком чая, и скользнул взглядом по напущенным фрейлинам принцессы. Маргарита Вильчек бросала кокетливые взоры из-под ресниц на моего кузена, а Изабелла Хотек изображал смущение юной девицы каждый раз, когда Андрей обращался к ней. Он умело манипулировал вниманием столь привередливых особ, а Вильгельмину очаровал всего лишь парой брошенных фраз об уме и чувстве юмора.

Изворачиваясь червем, кузен распространял чары безмерного обаяния в надежде, что это сыграет ему на руку. Надеялся заполучить расположение будущей императрицы? Или сам метил в ее мужья?

— Андрей, — отец с беспокойством посмотрел сначала на меня, затем на кузена, — ты прибыл по какому-то вопросу?

Появление племянника взбудоражило его, волнение промелькнуло в глазах. Ничего удивительного, ведь предполагалось, что молодой князь проведет время в полезных раздумьях насчет будущего. Позорное возвращение из Европы, разногласия с матерью. Андрей не хотел в родовое поместье, поскольку там Екатерина Павловна занялась бы устройством его личной жизни. В столице всяко веселее, чем в какой-нибудь глуши с навязанной женой.

— Отвечу на твой вопрос, отец, — я улыбнулся, затем поставил чашку на блюдце. — Андрей жаждет помочь сделать, взять на себя решение всех организационных вопросов, связанных с торжественным открытием сезона.

На лице отца замешательство сменилось просветлением.

— Правда? Замечательно! Сейчас наилучшее время для балов, людям нужен праздник. Займись также организацией столовых и сбора продуктов для передачи малоимущим.

— Да, дядя. Для меня честь послужить на благо страны любым из возможных способов.

Кузена чуть не перекосило, но хватило такта и воспитания сдержаться. Бросив в мою сторону испепеляющий взор, он отвернулся к леди Изабелле и защебетал какую-то чушь про нашумевшего композитора — Штефана Мозера. Беседа превратилась в увлекательную пикировку на музыкальные темы, искусства и размаха балов нашей империи и Австро-Венгерской.

— Я бы с удовольствием включилась в процесс подготовки. Если позволите, — подала голос Вильгельмина, стоило мне сделать глоток. Опустив ресницы, она улыбнулась и показалась очаровательные ямочки на щеках.

— Дорогая, вы гостья. Просить о подобном было бы дерзко с моей стороны, — с придыханием выдал отец.

Я незаметно кивнул слуге, который все понял. В руке императора оказался платок, кашель утонул в складках кружевной ткани. Беспокойство в голубых глазах Вильгельмины, затем заинтересованно выглянувшая из-за плеча кузена леди Маргарита, заставили меня громко прочистить горло.

— Прохладно, а поедание замороженного шербета явно не пошло нам на пользу, — быстро проговорил я.

— Ты прав, Алексей. Генерал Мороз в феврале особенно лют и безжалостен, — усмехнулся отец.

— Генерал Мороз?

Вильгельмина похлопала ресницами, а леди Изабелла изогнула брови. Обе девушки выглядели крайне удивленными.

— Главный защитник России, — улыбнулся Андрей, перехватив мой кивок. — Ни один противник не победил наши зимы.

— Здесь… Холодно, — поежилась леди Маргарита, покосившись на невозмутимую Вильгельмину. — Ее высочество сегодня вышла на прогулку в сад, а вернулась полностью продрогшей.

— Не преувеличивай, Марго. Ее сиятельство, княгиня Репнина-Волконская, была любезна и предоставила мне свое пальто.

— Княгиня? Ольга провела ночь в Зимнем дворце?

Улыбка Андрея стала шире, когда он повернулся ко мне. Издевка в его интонации достигла цели, атмосфера непринуждённости исчезла. Растворилась в дымке раздражения, а семейный завтрак превратился в безмолвную дуэль взглядами.

Вильгельмина опустила голову, после чего тихонько вздохнула. Сделала вид, будто очень увлечена остатками чая в чашке, а ее фрейлины встрепенулись. Возмущенная Изабелла приоткрыла рот, издала невнятный звук и вытаращила глаза, став похожей на рыбу.

— Простите, разве в Российской империи любовницам вашего императорского высочества позволено столь открыто… Проявлять пренебрежение к потенциальным невестам?

— Графиня, — я сделал акцент на титуле, что поумерило пыл леди Изабеллы, — мы уже говорили сегодня о правилах и этикете в моей стране.

— Но…

— Белла, — в голосе Вильгельмины запела сталь.

Хвала Всевышнему, разгорающийся спор прервал отец.

— Думаю, ее высочеству и молодым леди требуется отдых, — император взмахнул рукой, двое слуг незаметно подошли к столу. — Проводите принцессу с подругами в отведенные покои. О помощи в организации балов мы обязательно поговорим вечером.

— С радостью, ваше императорское величество, — присела в прощальном поклоне Вильгельмина, затем негромко шикнула на подруг.

Они не дошли даже до дверей, когда в столовую ворвался Корф, нарушая все мыслимые и немыслимые протоколы. С оттянутым галстуком, взъерошенный и напуганный, он метнулся к императору, рухнул на колени и пробормотал:

— Ваше императорское величество, не велите казнить. Беда к нам пришла, горе великое.

— В чем дело, Илья? — я склонил голову, взглядом велел прислуге увести принцессу с фрейлинами.

Напоследок Вильгельмина обернулась, несколько секунд смотрела неотрывно на меня, затем исчезла за резными створками. Наступившая тишина в столовой давила на уши, Андрей нахмурился, а я рухнул на стул. Корф послушно ждал, когда ему вернуть право слова. Лишь после отцовского дозволения, поднялся и заговорил дрожащим от напряжения голосом: